Только монстр

Джоанна думала, что это прогонит царапавшее изнутри дурное предчувствие, но оно, напротив, только усилилось. Тогда она еще раз обвела взглядом помещение, понимая, насколько глупо пытаться снова и снова отыскать родственников в этой толпе самой, но…

Сначала внимание привлекла татуировка с изображением изящной русалки вокруг запястья одного из посетителей. Джоанна подняла глаза. Раньше она видела этого мужчину лишь однажды и постаревшим, но каждая его черта отпечаталась в памяти. Лежащему среди цветов в Холланд-парке мертвецу было за пятьдесят. Сидевшему за столом еще не сравнялось и тридцати, но светлые волосы уже начинали редеть, на круглом по-мальчишески лице губы кривились в высокомерной усмешке.

На один бесконечный момент образ из памяти показался более реальным, чем гостиница. Перед глазами Джоанны вновь представали ночной сад рядом с Холланд-Хаусом, лабиринт из живой изгороди чуть поодаль. И мертвый мужчина, лежащий в изломанной позе с пустым взглядом. На бледной коже откинутой руки отчетливо выделяется черная русалка вокруг запястья.

Этот человек был там. Нужно предупредить его.

Из распахнувшейся двери долетел порыв холодного воздуха, напоенного брызгами дождя.

Словно издалека донесся оклик Аарона, с отчаянием в голосе просившего Джоанну остановиться, но она уже направлялась к мужчине.

При ее приближении тот поднял голову, и тут же выражение любопытства на лице сменилось презрением при виде браслета с золотой подвеской в форме лисы с маленьким серебряным язычком.

– Я… Я знаю, – в умиротворяющем жесте вскинула ладони Джоанна. – Знаю, что Ханты и Оливеры враги. Но пожалуйста, послушайте меня. В будущем произойдет нечто ужасное. Только вместе мы сможем это остановить. – Когда разъяренный мужчина вскочил, она схватила его за рукав и продолжила: – Подождите и послушайте хоть секунду. Прошу! Среди людей вскоре родится герой, который убьет множество монстров. Он убьет вас!

Как и в почтовом отделении, в голове билась мысль: «Сейчас, вот сейчас все изменится, и события прошлой ночи будут исправлены» по мере того, как Джоанна рассказывала Оливеру детали нападения – дату, место, время. Перечисляла всех, кто погибнет.

И в точности, как в почтовом отделении, ничего не случилось.

Очевидно, она делала все неправильно. Говорила неправильные слова. Вот откуда взялось то гнетущее чувство. Джоанна ощущала, что нарушает негласные принципы, непонятные ей нормы поведения, но не могла остановиться. Она была уверена: если сказать нужные слова в нужное время, если заставить собеседника понять, то все наладится. Все вернется на свои места.

Внезапно на нее упала тень. Даже не оглядываясь, Джоанна знала, что сзади стоит Аарон. Знала, что он загораживает ее от других посетителей.

– Скажи ему, – взмолилась она, надеясь, что Оливеры быстрее договорятся между собой.

– Аарон? – удивился мужчина с русалкой на запястье. Он окинул взглядом растрепанного, мокрого парня и расплылся в ухмылке. – Глава нашей семьи знает, что его сынок шатается по дешевым гостиницам вроде этой, да еще в компании девчонки Хантов? Или ты пал еще ниже, чем мы полагали?

Слегка дрожащими пальцами Аарон потянулся поправить запонки на манжетах и, кажется, только сейчас вспомнил, в каком виде находится – без пиджака, промокший до нитки, в облепившей тело рубашке, – после чего обессиленно опустил руки.

Мужчина с русалкой уже открыл было рот, чтобы продолжить, но вмешалась Джоанна:

– Да послушайте же вы меня ради всего святого! – от царапающего ощущения грядущей беды перехватило горло, но сейчас имело значение лишь то, что собирался сделать Ник. – Вы должны сообщить всем, что скоро родится человек, который истребит монстров!

– Убери эту сумасшедшую от меня, – процедил собеседник, обращаясь к Аарону, затем вырвал руку из хватки Джоанны и принялся поправлять запонки.

– Скажи ему! – обернулась она к спутнику, но тот взял ее за плечо и оттащил в сторону, давая мужчине с татуировкой возможность уйти, а затем увлек за собой по короткой лестнице на второй этаж. Едва осознавая происходящее, Джоанна все же нашла силы воспротивиться: – Что ты делаешь? Отпусти меня! Нужно вернуться вниз и еще раз попробовать убедить твоего родственника!

Когда они оказались в большом номере с окнами, выходившими на залитую дождем улицу, и Аарон захлопнул дверь, Джоанна вновь набросилась на него с упреками:

– Ты даже не помог мне! Да еще и утащил прочь, не дав предупредить того мужчину о нападении.

– Это бы не сработало.

– Конечно же, это сработало бы! Если бы мы сообщили об охотниках, то их бы остановили, и все бы снова стало по-прежнему. Можно будет даже не считать украденное время, потому что мы бы все исправили, и исчезла бы необходимость его забирать.

– Господи, какая же ты… – прорычал Аарон с досадой. – Какая же ты необразованная! Нельзя изменить то, что уже случилось, Джоанна!

– Что ты имеешь в виду?

– Линия времени защищает себя и корректируется.

– И что это вообще значит?

– Значит, что отправленные тобой письма будут доставлены по неверному адресу или потеряются. Виктор не обратит внимания ни на одно из твоих слов. Что бы ты ни сказала или ни сделала, нападение все равно случится.

– Нет, – покачала головой Джоанна. – Ты ошибаешься.

– У тебя не получится помешать гибели родных, – вздохнул Аарон. – Просто ничего не выйдет.

– Ошибаешься, ошибаешься, ошибаешься! – едва понимая, что говорит, выпалила она, задыхаясь. – Ты даже не попытался убедить того мужчину! Может, он бы тебя послушал.

– Разве ты сама не чувствуешь, что я говорю правду? – сказал Аарон. – Разве не ощущаешь сопротивления хронологической линии? Не видишь свидетельств этому везде вокруг?

– Но мы явились сюда, чтобы спасти родных! – воскликнула Джоанна, не желавшая ничего ни ощущать, ни видеть. – Только для этого вернулись в прошлое!

– Это ты для этого вернулась в прошлое.

– Что ты такое говоришь? – потребовала ответа она, но затем вспомнила все их обсуждения, за время которых Аарон ни разу не упомянул, что планирует изменить события прошлой ночи. Лишь сама Джоанна собиралась спасти родных таким образом. Она уставилась на него. – О нет…

– Мы должны были исчезнуть, а если бы остались, то погибли бы вместе с другими монстрами. Согласилась бы ты украсть время только для того, чтобы сбежать оттуда?