Том Джоу

— Да какое неизвестное! К подруге! — взвилась Татьяна.

— А ты ему это сказала? Выглядело как похищение, — хмыкнул отец. — Ты совсем забылась, дочка. Он такой же лорд, как и мы. Он не твоя игрушка.

— Обычный простолюдин, вовремя купивший титул, — отмахнулась она. — Непонятно, почему его не лишили титула вместе со всеми в той истории. Если бы не это, я бы и не заинтересовалась.

— Ну-ну, — иронично вздохнул Кеннет, — поэтому ты так облизывалась на него?

— Да это же пластика! Как ты мог подумать, что я поведусь на маску… — отвернулась Татьяна.

— И все же, все же… Не важно. Важно то, что парень возник из ниоткуда. Убил мага, подмявшего под себя лорда Веттина, и тем самым заработал титул своими руками. Он не купил его. Старик Веттин уже выслал ему деньги обратно.

— Ты не говорил об этом раньше. — Девушка присела в кресло напротив отца.

— Тебе незачем было знать все это, но сейчас — нужно. Эдвард Веттин, после отречения, подал в палату прошение о возврате титула; дескать, старик совсем сошел с ума, раз усыновляет сотню человек и потом отрекает их от семьи. В ответ лорд был вынужден направить записи камер наблюдения, в которых его используют в качестве марионетки. Очень неприятное зрелище, скажу я тебе. В палате лордов паника; если одного из нас могли взять под контроль, то могут сделать это с кем угодно.

— Выходит, мы все беззащитны? — Татьяна вспомнила неприятное ощущение паралича, овладевшее ей в каре, и непроизвольно передернула плечами.

— Беззащитны. Если у нас не будет защитника, — солидно кивнул лорд Кеннет, — и кажется, ты знаешь, где его можно взять, — хитро прищурился отец, посматривая на дочку.

— Вот уж нет! Я найду его, но только для того, чтобы придушить! — вновь взвилась с места Татьяна.

— Вот и ладно, — на удивление покладисто ответил лорд, — а там посмотрим; может, обида не столь велика?

ГЛАВА 21

«И все-таки что-то безвозвратно потерялось в эпоху электронной корреспонденции», — думал я, изучая письмо от Татьяны. Необычное письмо, написанное от руки, чернилами на бумаге, а потом отсканированное и приложенное к основному сообщению. Если бы не это, вряд ли я вообще стал его читать.

Ровные строчки аккуратных букв, мягкие овалы закруглений и стремительные наклонные росчерки. Ничего не понимаю в «графоведчестве», но сам текст, даже если и не вдаваться в его смысл, визуально располагает к себе. Вряд ли такого эффекта удалось бы достигнуть, используя стилус или цифровой шрифт. Текст ощущался как живой.

Девушка предлагала организовать встречу для устранения недопонимания, возникшего при нашей прошлой встрече. Могла бы написать проще — не удалось вас грохнуть в прошлый раз, извольте быть в полночь на кладбище. Вместо этого — витиеватые политесы на половину страницы и даже предложение выбрать место и время.

Подобная наглость слегка выбила из колеи. Поначалу хотел просто удалить письмо, потом написать адрес отдаленного сектора галактики, далее крутилась мысль направить девушку в самый криминальный район моего родного города. Мальчишество, одним словом. В итоге я согласился — проще решить вопрос раз и навсегда — и наугад выбрал один из дорогих, что позволяло надеяться на качество, ресторанов Сиэл-сити на планете Ньюкасл, нашей следующей точки назначения. Из своего маршрута было глупо делать какую-то тайну, идентификаторы кораблей наверняка известны всем, кому хочется их знать. Отследить нас — проще простого. На относительную свободу перемещений можно надеяться, когда достроят мой новый корабль на верфях РИ. Я выкупил сильно поврежденный истребитель второго поколения, вытащенный искателями из зоны боевых действий. Тем не менее, модули маскировки, двигатель и еще десяток сугубо военных примочек оставались в идеальном состоянии. Владеть таким гражданскому лицу запрещалось, да и сами устройства были рассчитаны на взаимодействие с военным искином производства РИ, что делало лот малопривлекательным для покупателей. Кому нужно железо, неспособное летать, которым нельзя управлять, да еще и с правовыми проблемами? Правильный ответ — мне. Искин есть — вон, заискивающе машет обрубком хвоста, отпрашиваясь поиграть с солдатами десантной секции. На законы РИ в правовом пространстве СК плевать, а денег вполне достаточно для полного восстановления очень даже неплохой машины, аналога которой в более целом состоянии в свободной продаже просто нет. Быть может, кто-то и способен купить что-то и покруче через «подвязки» в генералитете, но, увы, не я.

Надежды отдохнуть хотя бы три дня, пока корабль выходит из системы, не реализовались. Первый день «прокачивал» в уме произошедшее, пытаясь предугадать возможные шаги недругов, второй день начался с письма от Татьяны и завершился детальным осмотром видеоматериалов о собственности — записи с ремонтных верфей, каталоги запчастей. Я даже купил платную консультацию рекомендованного инженерного подразделения, занимающегося постройкой кораблей сопровождения. Пусть даже они не занимались военными бортами — на таких выйти просто нереально, служба безопасности стойко охраняет секретоносителей, — но мой расчет на фанатизм коллектива оправдался. Если дети в юности рисуют на планшетах модели автомобилей, мечтая ими когда-нибудь обладать, то нанятые инженеры бредили нестандартными военными проектами. Да, их задумки были дорогими, не серийными, но рождались в сердце фанатов своего дела, а искины-контролеры позволяли надеяться, что воплощенные фантазии не развалятся на ходу. Мое участие ограничивалось двумя фразами — мотивирующей: «Это интересно» и ограничивающей безумный размах технического разума: «Нет, дорого». В итоге коллектив трудился даже после окончания почасового найма, изредка тревожа письмами с просьбой увеличить бюджет на модернизацию. Поставил автоответчик со словом «Да», пока сумма не уползет за миллион. Интересно, надолго хватит? Еще минут десять рассматривал «мои» земли, если можно назвать ими участок скалистого побережья безымянной речки. Ни строений, ни людей, да и всю территорию можно обойти за пару минут. Жмоты, одним словом.

На третий день произошло событие, начало которого выглядело вполне банально. Капитан отрапортовал о слабой засечке на радаре с глифом «Помогите». Даже в таком, вполне очевидном, случае требовалось мое решение, как нанимателя. Любой борт мог оказаться потенциально враждебным и нести опасность. Я согласился на спасательную миссию. Отрядам за нее зачтут призовые баллы к репутации, ну а я надеялся, что на том свете за мою доброту мне выдадут сковородку похолоднее.

Естественно, о моем личном участии и речи не шло. Мониторы, трансляция по корабельной сети — всегда пожалуйста, а на чужой борт — ни ногой. Впрочем, времена, когда я несся вперед сломя голову… да и не было таких времен, к моей чести. Потому, наверное, и живой до сих пор. Любопытные умирают первыми.

Искореженные коридоры, тела людей, сложенные в отдельной комнате. Ни на ком нет скафов — видимо, пираты не побрезговали и ими. Угнетающее зрелище. Мне хватило нескольких минут, чтобы разочароваться в затее подсмотреть за работой наемников.

Вечером капитан Роджерс лично пришел ко мне в каюту. Обычно все вопросы решались через связь — не та у него должность, чтобы лично бегать по кораблю.

— Сэр, на борту корабля найдена девушка. Обнаружили в замаскированном техническом помещении по тепловому излучению. Рядом с помещением — теплица, пока она работала — ее тепло маскировало спасенную. Сильное истощение, обморожение, кислородное голодание, — обстоятельно докладывал Роджерс. — Ничего критичного, жить будет, восстановительные процедуры уже начаты.

— Требуется дополнительное финансирование на лечение? — Честно говоря, мало представляю, зачем это надо было докладывать мне лично.

— Нет, — поморщился капитан. — Мы, буду откровенен, сняли с корабля немало того, до чего не дотянулись захватчики, это скомпенсирует расходы. Вот о них, имею в виду пиратов, я хотел бы поговорить…

Я не стал нарушать затянувшуюся паузу. Капитан хмурился, нетипично для него — так долго обдумывать слова.

— Ожидается нападение? — рискнул я подтолкнуть Роджерса к диалогу.

— Нет, — отмахнулся капитан. — Проблема в том, что пираты неправильные. Есть моменты, заметные только человеку опытному. Другие бы не стали заострять на этом внимание, но с нашим опытом довольно быстро обнаружили ряд несоответствий.

Капитан достал планшет для демонстрации.

— Обратите внимание сюда. — Кадр сложного технического устройства, основательно поврежденного людскими руками. — Это генератор атмосферы. Сложное устройство, взрывоопасное. Пломбируется производителем, настройки блокированы, отключить просто так нельзя. При стандартной практике захвата борта генератор уничтожают, дабы не оставлять свидетелей захвата. Без воздуха долго не прожить, даже если спрятаться.

— Так он вроде и уничтожен?

— Неправильно уничтожен, слишком аккуратно и технично. Обычно вот сюда, — капитан повел пальцем по картинке, — устанавливают устройство направленного взрыва с таймером. Взрыв происходит после отстыковки от захваченного борта. Тут же просто максимально аккуратно повредили генерирующий механизм, с явной заботой выпиливали. Так не делают.

Я не стал спрашивать, откуда у капитана такой опыт, тем более что он перешел к новому слайду.

— Тела жертв. Вполне стандартная ситуация: складированы отдельно, чтобы не мешать мародерке. Взгляните сюда, это отчет нашего специалиста. — Появилась диаграмма: цифры, столбики. — Аналитика характера повреждений. Я дал приказ провести расследование после того, как обнаружил предыдущий факт.