Том Джоу

— Но я же не экономист. — Не совсем понимаю, при чем здесь я.

— Все это, — лич еще раз указал на экраны с цифрами, — результат реакции на события. Вам предстоит эти события создавать.

Питер Оуэнс был доволен своей карьерой. Если бы в словаре напротив фразы «Жизнь удалась» требовалось привести пример — можно было смело описывать бытие мистера Оуэнса. В свои тридцать пять лет он владел собственной юридической компанией, курировавшей вопросы десятка серьезнейших корпораций. Еще в университете Питер завел множество знакомств с перспективными студентами — будущими мэрами, прокурорами и чиновниками, благодаря которым через десять лет после окончания учебы мог парой телефонных звонков решить любую, даже самую грязную, проблему своих нанимателей. Владельцы корпораций никогда не приравнивали себя к обычным людям и зачастую перегибали палку, оставляя за своей спиной трупы и горе обычных людей. Одной из персональных задач Оуэнса было решать подобные проблемы так, чтобы ни единое грязное пятнышко скандала не коснулось щедрых нанимателей. Деньги затыкали рты, заставляли служащих стирать записи и закрывать глаза. Но львиная доля средств оставалась в карманах самого Питера. Оуэнс был незаменим и ценил свои услуги весьма высоко. Он гордился собой, порою представляя, что может случиться с тем или иным корпоративным боссом, если завтра Питер откажет ему в очередной просьбе. Подобные мысли весьма грели эго Оуэнса, так что в свой кабинет он поднимался в отличном настроении, отвешивая комплименты встречным дамам и приободряя сотрудников добрым словом. Преодолев очередную ступеньку — удивительно легко, будто порхая, и войдя в кабинет, Питер обратил внимание на странное поведение рабочего портфеля, откинутого на диван, — портфель парил прямо перед ним, потихоньку поднимаясь над его головой. Неожиданно мир вокруг будто моргнул, превратившись из уютного благоустроенного офиса в улицу, застроенную небоскребами, почему-то вращавшимися вокруг него…

Тело успешного юриста счищали с асфальта в течение часа. Прибывший наряд полиции уныло принялся за неприятную работу и через какое-то время добрался до содержимого портфеля, найденного рядом с телом погибшего. Несмотря на вызванных агентов безопасности и оцепление района происшествия, информация все же просочилась в прессу. Материалы, добытые при последующем обыске дома Оуэнса, вызвали эффект взорвавшейся бомбы: со своих постов были скинуты сотни человек, десятки отправились в бессрочную каторгу, четверых показательно казнили. Эксперты еще месяц пытались просчитать объем финансовых потерь, вызванных обычным несчастным случаем.

Сотрудники Питера единодушно сошлись во мнении, что их босс просто не смог жить с подобным грузом на душе. Камеры службы наблюдения и химанализ подтвердили ненасильственный характер смерти.

Никто не заметил юношу, наблюдавшего за трагедией с начала до конца из окна соседнего здания.

ГЛАВА 22

Работа на Синдикат началась уже на следующей неделе, после того как завершился комплекс по вживлению корпоративной сети и имплантов для повышения вычислительной способности мозга. От собаки в качестве напарника на миссиях пришлось отказаться, так как такое соседство сильно привлекало внимание окружающих.

Новую нейросеть мне отрекламировали как высокопроизводительную, весьма гибкую в перепрограммировании, изначально содержащую в себе ряд идентификаторов для оперативной смены личности. Сам же я мог добавить, что теперь наверняка вся моя переписка и мое местоположение известны боссам, но не особо от этого напрягался. В любом случае отказаться от нее я бы не смог, а вот мысли, как обойти ее недостатки, уже появились и потихоньку воплощались в жизнь. Если вы решили, что меня целиком и полностью устраивает предложение лича, — то сильно ошибаетесь. Тот выбор, что якобы был у меня во время вербовки, не давал мне шанса на отказ. Более чем уверен, что при отрицательном ответе в той памятной беседе он бы просто убил меня или иммобилизовал с целью промыть мозги. Логика простая — если это не сделает он, то сделает кто-то другой, так какой смысл отдавать добычу соперникам?

Самое ценное, что я получил от сделки с Синдикатом, — время на планирование, дабы уйти от всей этой свары начальников, разведчиков, магов, аристократов предельно чисто, не оставив за собой ни единой зацепки. А пока план претворяется в жизнь, почему бы не поработать и не поучиться у мастеров закулисной борьбы?

Нашей задачей было создание искусственной случайности, способной вызвать резонанс в обществе. Мелкий камешек реальности, задетый нами на вершине горы, через некоторое время превращался в неудержимый селевой поток, поглощающий под собой чиновников, предприятия и целые города. Мы не занимались банальными убийствами, словно киллеры; от нас требовалось создать происшествие, декорации для события и его огласку. Например, наведение чиновнику мысли хлопнуть, пардон, по заднице женщину-премьера союзной страны оказывалось куда эффективнее наших самых смелых ожиданий. В тот раз переговоры завершились грандиозным скандалом, подогретым точечным воздействием на женщину. Чиновник навсегда покинул олимп власти, и несколько десятков контрактов так и не были заключены. Фигуранты скандала и рады были замять неприятный момент, но огласка не позволяла быстро решить конфликт. Масс-медиа были нашим союзником и не давали тихо погасить создаваемые нами скандалы. Где-то на фоне всей этой кутерьмы заведомо проинформированные биржевые искины неплохо зарабатывали для боссов Синдиката.

Обычно операция планировалась около недели, еще десять дней занимала подготовка и материальное обеспечение миссии. Всей подготовительной работой занимались компании по найму, не входившие в Синдикат и нанимаемые на целевой планете. В конце концов, мы не таскали из угла в угол запрещенное вооружение и не занимались чем-то предосудительным, да и облик нашей команды был весьма мирным. Со стороны наши действия выглядели максимум чудачествами богатых и не давали повода для подозрений.

Мы меняли документы, облики, характеры, вчитывались в новые собственные биографии и забывали все это через пару дней после успешного завершения дела. Несколько раз приходилось в экстренном темпе переваривать серьезные объемы информации — досье на сотни людей и довольно специфичные разделы знаний. Далеко не всегда удавалось найти подходящую точку наблюдения за объектом, зачастую мы выступали в качестве гостей на банкетах, слетах, конференциях и обязаны были суметь поддержать диалог на любую тему. Все это давалось нелегко, но спасала продвинутая химия, в основном обезболивающего и тонизирующего свойства.

Сами задания в основном проходили в непринужденной, расслабленной обстановке светского общества. Я танцевал с Антониной, моей напарницей, наслаждался пустяковой беседой, вместе мы медленно двигались по залу и приветливо улыбались другим парам, выслеживая объект влияния. Ни разу в нас не заподозрили чужих. Благодаря повальному доверию технологиям, все операции проходили чисто — раз мы внутри помещения, значит, нас пропустил гостевой искин. Охрана опять-таки целиком доверялась автоматике, отслеживающей агрессивное поведение гостей. Мы же всегда были вне подозрений, после некоторых внедренных «улучшений» в программные коды охранной автоматики, за авторством Умника — признанного гения нашего подразделения.

Взлом программного обеспечения проводился штатным техником обслуживающей систему компании, которому «внезапно» — при моем участии — захотелось обновить прошивку аппаратуры, так что никаких следов мы не оставляли. Безусловно, на банкетах прислуживали и люди, но это скорее было данью традиции, так как в век автоматизации максимум, что им дозволялось, — донести блюда от комбайна-повара до стола.

Иногда все происходило довольно просто и без накладок, к примеру, цель внезапно для себя терялась в огромном особняке, брела в поиске лестницы или лифта, но неизменно приходила в нужное нам место. В зависимости от задачи, дальнейшие сценарии могли сильно различаться — либо цель находит документы в кабинете (или думает, что нашла), либо застает любовников (или опять-таки принимает внушенный образ за правду), или же просто шагает в шахту лифта. В любом случае, для намеченных объектов операции все завершается скандалом и оглаской, расторгнутыми договоренностями, подорванной репутацией. И огромными доходами — для нашего босса.

Почему бы просто не внушить образ жертве без всяких блужданий по чужому дому? Вот тут-то и кроется главное затруднение в моей работе. Невозможно убедить человека в том, чего ты сам не знаешь. Нужны его мотивы, его страхи и подозрения; но всего этого никак не узнать, не являясь близким родственником! Без реалистичных декораций «чистое» внушение проваливается, нужно, чтобы хотя бы обстановка была настоящей и убеждала разум в реальности привнесенных извне чувств. Вот если привести человека в настоящий кабинет, дать ему взять в руки кусок пластика с абсолютно любой информацией и надавить чувством удивления, горечи, осознания предательства, гнева и ярости, тогда достигается нужный результат. Страх и подозрение сплетаются с чувствами и самостоятельно рисуют в разуме нужное содержание текста документа. Например, я понятия не имею, от чего лорд Грей взбешенным вылетел из кабинета своих, уже бывших, друзей, но итог остается прежним — сорвался крупный контракт между ними, а светский вечер превратился в свару и букет взаимных оскорблений. Журналисты радовались вместе с нами.

Бывали и очень проблемные задания, да что там — натуральные провалы, единственным плюсом которых было то, что нам удавалось уйти живыми. Многие ключевые фигуры окружали себя магами, не входившими в Синдикат. Далеко не все так монолитно в обществе колдунов, как мне рассказывал лич, но это полбеды. Если бы маги выполняли свою работу пассивно, как наемники, то проблем бы не возникало. Практически сразу стало понятно, что опекаемые ими люди не являются их боссами, скорее все было с точностью наоборот. Маги-одиночки лично охраняли свои инвестиции в этом мире и довольно активно реагировали на любые попытки агрессии. Активно — это означает, что все не ограничивалось банальной погоней, а походило на загонную охоту, и скажу вам, переход из позиции охотника в жертву — это очень и очень неприятное ощущение. Мир внезапно становился крайне неуютным и неудобно маленьким, по пятам неслись существа, описать которые одним словом было просто невозможно, ввиду отсутствия таких слов в известных мне языках, а коротенькое — «монстр» — никак не передавало те чудовищные мощь и скорость, что таились в призванных колдунами зверях. Космопорты блокировались, местная полиция получала наши идентификаторы и с веселым азартом подключалась к охоте. Причем соседство монстров их совершенно не смущало. Как нам объяснили позже, монстров принимали за новые секретные военные разработки, что отбивало у полиции всякое любопытство. Собственно, и полицией в полной мере это нельзя было назвать. Каждый раз с подобным мы встречались на «частных» планетах, выкупленных нашими противниками полностью — от «кукольных» президентов до последней забегаловки. Закон в таких местах трактовался однозначно не в нашу пользу, так что единственным решением в случае провала было бегство. Как же так, спросите вы: втроем против одного мага? Тут надо учитывать, что уж если целый Синдикат так и не сумел сломить волю одиночек, то не нам с ними тягаться.

Самое интересное, что в каждом подобном случае я заранее видел мощную ауру мага-охранника и предупреждал коллег. Видели те моменты в фильмах, где главный герой говорит легендарную фразу: «Не нравится мне все это…», а его друзья все равно несутся в самое пекло? Вот такой же результат. Со мной соглашались исключительно в тот момент, когда за нами уже гнался очередной многолапый или многокрылый зверь. Причем нас бы обязательно догнали, но за некоторое время до поимки я развеивал магический конструкт, как делал это с заклинаниями первого своего соперника-мага в особняке Веттинов. Каждый раз мы недоуменно переглядывались и благодарили небеса за чудесное спасение. Официальная версия, взятая за основу, — нас просто хотели припугнуть, потому и конструкт был временный. Я не спешил сообщать правду и рассказывать о своем таланте. Тем более не горел желанием демонстрировать его нашим соперникам, потому каждый раз уводил монстра как можно дальше от его хозяев. Естественно, видеозаписи со смертью своей зверушки они получат, но вот разобраться без личного наблюдения вряд ли сумеют. Козырь в рукаве лишним не будет.