Топтала

— Могу. Я тебе помогаю потому, что верю, тебя подставили и ты невиновен. А расследовать тебе лично это дело сам бог велел. Только ты знаешь все нюансы.

— Тогда слушай. Его зовут Вячеслав Петровский. Он известный кинорежиссер, актер и любитель наколок. Мне надо знать про него все. Как можно быстрее. — Сергей взял из кабины журнал, развернул и показал эксперту.

— Слышал про него, известная личность. Ты думаешь, он причастен к убийству Германа?

— Уверен.

Мисяев посмотрел на фото, подошел к своей машине, достал из салона ноут-бук и поднял крышку. Включил компьютер, вышел в Интернет, связался с дежурившим в лаборатории МУРа своим товарищем и запросил его переслать данные на Петровского.

— Вот так, — сказал он Сергею. — Через минуту все, что в МУРе на него есть, будет у тебя.

— До чего дошла техника! — удивился Краснов. — В наше время неделю ждешь ответа на запрос о паспортных данных человека, находящегося в другой республике. А сейчас пять минут — и все.

— Но и преступники этой техникой владеют не хуже нас. Сейчас расследуем дело троих хакеров. Представляешь, с компьютера, находящегося в одном из московских офисов, они взломали код банка в США. Скачали с промежуточного счета крупной американской авиакомпании выручку от авиабилетов за сутки. А это несколько миллионов долларов. Перевели деньги в Польшу, но их сообщник, тоже русский, не успел деньги со счета снять. Американцы быстро обнаружили кражу, определили, куда были переведены баксы, и передали дело в Интерпол. Парня польская полиция схватила, а деньги вернула владельцу. Нам сообщили о проделках наших соотечественников, и мы подключились к делу. Теперь расследуем обстоятельства, выясняем, какую программу они использовали для вскрытия кода.

Сергей понимающе кивнул, но его сейчас больше заботил Петровский.

На дисплее компьютера появились строчки информации, и приятели начали читать. В ней указывались адреса двух квартир Петровского, телефоны — два домашних и сотовый, и номера трех его машин. Не пропустили и адрес дачи в Томилине.

— Я тебе эти данные сейчас распечатаю, — сказал Коля и подключил ноут-бук к принтеру. Через пару секунд Сергей держал в руках лист бумаги со всеми данными на Вячеслава Петровского.

— Ну и ну, — не переставал удивляться он. — Техника идет вперед семимильными шагами.

— Это пустяки по сравнению со спутниковой связью, — заулыбался Мисяев. — Сейчас телефонные компании подключаются к чужому спутнику и передают телефонные разговоры через него. Вот открыли уголовное дело по факту. Но это секретная информация, потом как-нибудь расскажу. — Он сложил технику в портфель, открыл дверцу и сел в машину. — Звони, если что.

— Спасибо, Коля, — Сергей крепко пожал ему руку.

Мисяев включил мотор и поехал по берегу пруда. Краснов сел в машину и направился в другую сторону.

Алексей и Михаил приехали в главный офис Германа Фрейна, находящийся в его «Экслимбанке». Оставили машину на стоянке перед огромным двадцатиэтажным зданием из голубого стекла и бетона и пошли к раздвижным дверям. Войдя в просторный мраморный холл, осмотрелись. К ним подошел высокий мужчина в темном пиджаке, темном галстуке и черных туфлях.

— Здравствуйте, вы из уголовного розыска? — спросил он.

— Да, — ответил Алексей. — Майор Фомин и капитан Нечаев. — Они предъявили удостоверения.

— Я Сергей Александрович Копысов, вице-президент компании Германа Фрейна. Вы звонили мне и договаривались о встрече. — Он достал удостоверение и показал муровцам: — Пройдемте в кабинет.

Они направились к турникету, и охрана их беспрепятственно пропустила. Алексей и Михаил заметили, что лица у дюжих парней были скорбные, а к рукавам фирменных голубых рубашек с погонами были прикреплены черные повязки. Заметив их взгляды, Копысов пояснил:

— Германа все любили, он пользовался непререкаемым авторитетом и уважением. Его смерть — потеря для всех сотрудников компании.

Еще муровцы отметили, что везде царит идеальная чистота, убранство банка поражает строгим стилем и изысканным вкусом. О дороговизне здания и интерьера они даже не задумывались.

Сыщики вошли в лифт и увидели свои лица в большом зеркале, встроенном в стену. Копысов нажал кнопку, лифт плавно и быстро домчал их на двадцатый этаж, в пентхауз, где располагался кабинет Германа Фрейна.

Через просторный светлый холл они направились к дверям, зашли в огромный кабинет и сели в предложенные им кресла у небольшого журнального столика.

— Это кабинет Германа, — сообщил Копысов. — Вон в том кресле за тем столом он работал. — Он указал на большой офисный стол в центре кабинета и кожаное кресло по соседству.

Сам кабинет и его убранство были похожи на сотни таких же кабинетов: интерьер, кресла, стулья у стола, компьютер, оргтехника. Словом, ничего лишнего.

— Герман любил простоту, чтобы было удобно работать, — пояснил Копысов.

Оперативники обратили внимание на картины на стенах, на вазы в углах кабинета, на большое количество статуэток в шкафу напротив окна.

— Шеф любил живопись, мини-скульптуру. Он патронировал Художественную академию, спонсировал конкурсы художников и собирался даже открыть свою галерею.

— Это все хорошо, но перейдем к делу, — начал Фомин.

Копысов внимательно взглянул на него.

— Вы были посвящены во все дела компании Германа Фрейна?

— Конечно, ведь я являюсь ее вице-президентом.

— Как правильно, то есть юридически, называется ваша компания?

— Холдинг «Герман Фрейн компани». Она зарегистрирована в Гибралтаре и имеет дочерние компании по всему миру. Виды деятельности самые разные, от добычи нефти, газа, алмазов и других полезных ископаемых до аукционной деятельности и торговли недвижимостью. У нас даже есть свое телевидение. Мы владеем акциями многих российских каналов.

— Какую часть управления капиталом в компании имеете вы?

— Контрольный пакет акций как холдинга, так и всех дочерних компаний у Германа, но у меня тоже есть значительная часть. Вторая после него. Я имею право голоса наравне с ним.

— Скажите, если бы у Германа и его компании возникли проблемы, вы бы об этом знали?

— Какие проблемы? — удивился Копысов.

— Например, конфликт с конкурентами.

— Я понял ваш вопрос, — кивнул он. — У нас постоянные конфликты с конкурентами, и все об этом знают. Мир бизнеса жесток и коварен, идет постоянная война за рынки сбыта, за новые технологии, за информацию, за покупателя продукции. Это в порядке вещей, но никогда еще никто не решился физически ликвидировать главу фирмы. Это не приведет к победе над конкурентом, а только усугубит положение. В самом рассвете дикого капитализма крупнейшие предприниматели России собрались на совещание, на сходку, если хотите, и решили никогда и ни при каких обстоятельствах не опускаться до убийства. Действовать только юридическими методами, по букве закона. Своего закона.

— Но происходят же взрывы и расстрелы и заказные убийства?

— Это у мафиозных воротил, мелких и средних предпринимателей. Олигархи нашего уровня до этого не опустятся. У нас все под контролем и методы воздействия на конкурентов иные. Если кто-то вдруг закажет кого-то, это сразу станет известно тому, кого заказали, и тогда не уцелеет и заказчик. Так все перестреляются, никого не останется. Зная закон бумеранга, все действуют в рамках договора.

— Каковы ваши версии убийства Германа?