Требуется подкаблучник

Глава 6

А в воскресенье маменька позвонила с утра пораньше, безбожно выдернув меня из объятий Морфея, и потребовала исполнить свой дочерний долг, придя на воскресный обед. Я, было, испугалась, что она опять нашла мне очередного жениха из хорошей семьи, и начала осторожно ее расспрашивать. Но, слава богу, на этот раз обошлось. Или женихи все разъехались на выходные, а имеющиеся в наличии не прошли строгий маменькин отбор, или еще по какой-то неведомой причине, но обед планировался в узком семейном кругу: родители, я и маменькина болонка Мотя - редкой мерзости волосатая сука, так и норовившая цапнуть меня за ногу. Очевидно, от ревности: я была молода и красива, а Мотя стара, безобразна и подслеповата. Впрочем, маменька болонку обожала и называла своей подружкой. Спасибо, что не дочерью и моей, соответственно, сестрой.

Обед в отчем доме прошел предсказуемо. Сначала я отчиталась о прошедшей неделе, особо упирая на загруженность по работе и ловко обходя вопросы о личной жизни. Потом мы сели, наконец, за стол, где я в полной мере насладилась кулинарными способностями маменькиной кухарки. Матушка терпеть не могла готовить и, несмотря на все ее заверения о том, что женщина должна уметь вести хозяйство, не могла приготовить и самой простецкой яичницы. Поэтому батюшка, промучившись пару лет после женитьбы, взял в дом кухарку. К чести матушки нужно сказать, что с остальными домашними делами она справлялась мастерски, а уж рукодельницей была, каких поискать.

После вкусного обеда матушка решила продолжить допрос. Для этого она использовала свое тайное оружие, а именно шоколадные пирожные. Матушкина кухарка готовила такие пирожные - пальчики оближешь! Я их обожала, но позволяла себе очень редко, будучи уверена в том, что пару минут удовольствия не стоят пару лишних килограммов на талии.

Но сегодня, позволив себе отведать любимого десерта, я немного отвлеклась и потеряла бдительность.

– Настенька, - пропела мамуля, наблюдая за тем, как я, жмурясь от удовольствия, отправляю в рот очередной кусочек шоколадного пирожного, - мне кажется, что ты очень много работаешь. Вот и вчера! Ну, какая работа может быть в субботу?

– Просто мы с Лешкой немного увлеклись, - с набитым ртом сообщила я.

Матушка тут же вцепилась в меня мертвой хваткой. Нет, не физически вцепилась, а морально. Что гораздо хуже.

– А кто такой Лешка? Твой начальник?

Судя по ее заинтересованному тону, а также стальному блеску в глазах, я очень сильно попала. Придется выкручиваться, ведь не могу же я признаться матушке в том, что Лешка это просто первый встречный парень, которого я подцепила в винном отделе, и с которым тут же, можно сказать прямо на месте, трахнулась. А потом притащила его домой и ... Маменька этого не переживет. А вот интересно, что взволнует ее больше всего? То, что я познакомилась, можно сказать, на улице? Или то, что у меня был секс с практически незнакомым мужчиной? А может то, что я притащила домой незнакомца? Черт, одернула себя, о чем я сейчас думаю?

– Алексей это мой сослуживец, - с трудом проглотив десерт, ответила я.

– Как интересно!
– воскликнула маменька.
– А кто он такой? Сколько ему лет? Кто его родители? Надеюсь, он не женат?

Вопросы сыпались, как из рога изобилия.

– Он работает в соседнем отделе, мама, - начала сочинять я.
– Немного старше меня. У него папа профессор. Не спрашивай, чего, я и сама не знаю. Неудобно было интересоваться, ты же понимаешь. Не женат.

Слушая меня, мама кивала с довольным видом. Не иначе как примеряла неведомого ей Алексея на роль потенциального зятя. И тут я обратила внимание на папеньку. На протяжении нашей послеобеденной беседы он сидел, молча, попивая портвейн и не сводя с меня веселого взгляда.

– Петя, - обратилась к нему маменька, - послушай, как интересно!

– Да, да, - ответил папенька, вставая с кресла.
– Очень интересно.

Он подошел ко мне, еще раз оглядел с ног до головы, потом поцеловал в лоб и сказал тихо:

– Взрослеешь.

И покинул нас, сославшись на дела.

– Ты же знаешь отца, - прокомментировала его уход маменька, - вечно в работе. Так что у тебя с этим Алексеем? Кстати, как его фамилия?

– Вяземский, - не моргнув глазом, ответила я.

Матушку я знала прекрасно и понимала, что после моего ухода она начнет обзванивать знакомых и интересоваться, не знает ли кто Алексея Вяземского. Надеюсь, такого в природе не существует, иначе окажется, что парень крепко попал. От матушки еще никто не уходил.

– Алексей Вяземский, - словно пробуя сочетание на вкус, вслух произнесла мама.

А я руку готова была отдать на отсечение, что про себя она добавила: Анастасия Петровна Вяземская. Да, вот такая у меня матушка. Но что поделать, родителей не выбирают.

Дальнейшая наша беседа сильно напоминала гонки с препятствиями: мама пыталась выведать побольше информации о моих отношениях с неизвестным ей (и несуществующим в природе) Алексеем Вяземским, а я, в свою очередь, пыталась сделать все возможное, что бы такой информацией не делиться. Правду я сказать не могла, а врать матушке нужно строго дозировано. Потому как я совру и забуду, а мама выслушает, запомнит, проанализирует и начнет действовать.

Ближе к вечеру мне удалось вырваться из крепких объятий родительницы. Благополучно избежав очередного нападения болонки Моти (у, злобная сука!), я покинула родительскую квартиру, прикидывая в уме: чтобы такого придумать, чтобы не приходить на следующие выходные? Может тоже сказать, что уезжаю в командировку?

На лавочке у подъезда меня ждал сюрприз: мой пятый, и на сегодняшний день самый лучший, любовник сидел, не сводя глаз с дорожки. Дом у меня приличный, люди живут небедные, поэтому уже несколько лет как был поставлен шлагбаум и оборудованы парковочные места. В прошлый раз он припарковал свою машину на моем месте, сейчас, скорее всего, оставил за забором. Я заняла свое место на стоянке, закрыла машину и подошла к Алексею. Увидев меня, он поднялся с лавочки.

– Привет!
– начала я.
– Давно ждешь?

– Часа два, - он снял очки и нервно протер их.

– А позвонить не мог, потому что номер я тебе не оставила?
– догадалась я.

– Я узнал номер твоего домашнего, - ответил Лешка.
– А номер мобильного выяснять не стал. Домашний не отвечал. Я решил, что ты занята. И вот приехал.

Смотрю на него, и как-то неловко становится от того, что сама не позвонила. Получается, прям как в поговорке "поматросил и бросил". И эта неловкость вдруг странным образом трансформируется в нехилое такое либидо. Никогда за мной такого не водилось, но все бывает в первый раз.

– А ну, - скомандовала я, хватая пятого за руку и таща за собой к подъезду, - пошли скорее.

Он не стал отпираться и поспешил за мной.

Хорошо, что лифт был на первом этаже. Не успели двери за нами закрыться, как Алексей поинтересовался:

– Ты что, утюг забыла выключить?

– Да какой, к черту, утюг!
– воскликнула я, прижимая его к стенке лифта и запуская руки ему под футболку.

– Настя, - прошептал он и поцеловал меня.

Несколько минут мы увлеченно целовались, пока до меня не дошло, что лифт уже привез нас на нужный этаж.