Третий путь

Об Иране мне рассказывали знакомые ребята-таджики. Я с ними пересекался по вопросам одной стройки, зашла речь о жизни, причем о жизни в разных странах. Таджики рассказывали о непростой жизни у себя на родине, и о соседних странах. Так вот, один из таджиков ездил в Иран на заработки и рассказал следующее. Язык у них близкий, понимали друг друга хорошо. Договорился он что-то сделать по стройке и работал пару недель. Увидел, что в Иране народ добрый, спокойный и работящий. Живут неторопливо, без истерик и надрывов, просто и открыто. Баблоявляется неким подспорьем, а не целью и главной ценностью в жизни. Торговля, например, такая. Привезут вечером ящики с фруктами, выгрузят перед магазином, оставят на ночь – никто не берет. Могут на ночь на улице оставить ковры. Прилавки у торговцев открыты, стоят на улице – воровства нет. Женщины целомудренны, дети уважают и чтят старших. Жизнь идет по своим ритмам и законам, как заведено веками. Аллаха и его законы чтут и живут просто и честно. С нашим таджикским тружеником за работу рассчитались, не придирались. Кормили за общим столом. Вот такая простая бытовая зарисовка. Но это – бытовые зарисовки, те, что и у тебя были про Белоруссию. Хочу остановиться сейчас на другом. Это другое – культурное наследие, или что может мир узнать о чем-то важном на примере этой страны.

Смотрим на культурное наследиеИрана. Я тут не так давно пролистал одну книжку – и просто обалдел от неожиданности. Такой простоты, глубины и мощи мало где встречал. Речь ведь идет о глубинных вопросах, на которых фундамент выстраивают. Фундамент жизни народов, на века и тысячелетия…

На мой взгляд, основы жизни, правильно или неправильно устроенное общество, способ жить у народа выстраивает лидерили вождь, или там можно назвать первое лицо, бугор, царь, шахда как угодно далее - важна суть. Но – царь только выстраивает новые основы и определённые правила жизни, и кнутом или пряником их вводит в народ. Потом народ это может воспринять или нет, удержать или растратить. Век вождя не так долог, потом приходит другой, потом третий…

Иран – древнейшая страна. Граничит с запада с Ираком, с востока – с Туркменией, Афганистаном и Пакистаном, с севера через Каспийское море – с нашей страной. Многие тысячелетия назад основу веры составлял зороастризм или солнцепоклонничество. На землю древнего Ирана приходил величайший в истории завоеватель и властелин – Александр Македонский. Через триста лет после Александра из этих земель к яслям новорожденного Иисуса пришли с востока поклониться волхвы, которым звезды на небе раскрывают свою волю и тайны. Потом Иран принял ислам. Ираном правили шахи. Они выстраивали жизнь народа.

Около тысячи лет назад, суфий и поэт Фирдоуси, из этнических таджиков, написал роман в стихах о наших дорогих руководителях, о тех, кто стоит на вершине пирамид. В книге о шахах под названием Шахнаме больше тысячи страниц, но ты послушай только три странички, наберись терпения, здесь говорится о фундаментальных вещах. Это описание похода Александра Македонского с территории завоеванной Персии в Индию, в страну брахманов. Кстати, говорят, что брахманы своими корнями тянутся далеко в прошлое, в Гиперборею и древнюю былинную Русь.

Итак, что говорит великий халдейФирдоуси о великом бугреМакедонском или об Искандере, о нашем многомерном мире, о смысле человеческой жизни на Земле…

Сергей стал зачитывать с экрана:

Вот из своих пределов, как орел, Взмыл Искандар, опять войска повел. И он в страну брахманов прибыл вскоре. Его влекло к себе познанья море. Брахманы, услыхав, что славный шах Остановился с войском в их краях, Все вышли из своих пещерных келий И обсуждать событье это сели. И написали шаху-мудрецу Письмо: «Хвала на небесах творцу! А на земле — в юдоли нашей бренной — Хвала тебе от нас, благословенный! Пусть мощь твоя и мудрость возрастет, И пусть твоя держава процветет! Йездан, исполненный благоволенья, Тебе полмира отдал во владенье. Мы служим богу. Так пошли нам весть, Зачем пришел? Чего ты ищешь здесь? Страна у нас бедна; что с нас возьмешь ты? Земных сокровищ здесь не обретешь ты. Мы волей и терпением сильны. Мы счастьем знанья истинным полны. Терпенье наше все превозмогает. А знанье людям зла не причиняет. Ты здесь, в долинах и степях пустых, Людей увидишь нищих и нагих. Коль ты у нас задумал утвердиться, То с войском здесь тебе не прокормиться». Вот к шаху прибыл их гонец с письмом Пешком; одежды не было на нем. Лишь бедра темные свои облек он Повязкою из травяных волокон. И было нечто у него в глазах, Что содрогнулся сердцем славный шах. На месте том простился он с войсками; Поехал лишь с немногими мужами. Все мудрецы святые той земли С высоких гор встречать его сошли. Плоды у ног царя на землю клали. Ведь все они не сеяли, не жали. И громко восхваленье вознесли Владыке обитаемой земли. Прислушался к речам их шах великий, Вгляделся в удивительные лики. Все были босы и обнажены, Но света и величия полны. Одежды их из листьев облекали. Плоды лесов их пищу составляли. Не ведая о битвах и пирах, Они в долинах жили и в горах. Хоть полны разной дичи степи были, Охота и убийства им претили. Питье их было — чистая вода, Плоды и злаки дикие — еда. Он спрашивал их: «Что вам служит пищей? Как вы возводите свои жилища? Зло и добро нам дарит небосвод, Что ж вы берете от земных щедрот? Вы чем и как сражаетесь с врагами?» И отвечал глава над мудрецами: «О солнце славы, доблести звезда! Мысль о войне издревле нам чужда. У нас тепло, нам не нужны жилища, Самой природой нам дается пища. Зачем парчой нам тело украшать? Ведь смертного нагим рождает мать. Нагим уходит смертный в недра праха, А мир — обитель горя, скорби, страха. Алчбы мы чужды, вечность — наша цель. Нам кровля — небо, а земля — постель. К чему мироискателя старанья? Его богатства и завоеванья? Ведь сколько б ни собрал сокровищ он, — В свой час он все утратить обречен. Блажен, кто к благу вечному стремится, А вся земная слава истребится». «Чего же больше, — Искандар спросил, — Явлений явных или тайных сил? Живых ли больше в бренном мире этом Иль навсегда расставшихся со светом?» И отвечал один из мудрецов: «На миллион, быть может, мертвецов — Два иль один живой едва ль найдется. И счастлив, кто от вечных мук спасется! Блажен, кто людям зла не принесет! Ведь всяк уйдет отсюда в свой черед». Спросил румиец: «В мировом просторе Недвижной суши больше или моря?» «Всю твердьземную, — отвечал брахман, — Безбрежный омывает океан». «Кто бодрствует во сне? — спросил владыка. Чей не простится вечно грех великий? Кто в слепоте душевной, средь забот, Не знает сам, зачем он здесь живет?» Брахман в ответ: «О светоч мирозданья, Пречистый шах, взыскующий познанья! Грешнее всех, исполненный алчбы, Завоеватель — баловень судьбы. Коль ты духовным взором обратишься Сам на себя — ты в этом убедишься. Ведь вся земля захвачена тобой. Сам небосвод как будто данник твой. А ты не сыт, хоть миром обладаешь. Мозг из земли исторгнуть ты желаешь. Душой ты ада алчешь. Устрашись! От войн кровопролитных отрешись!» Еще спросил их Искандар великий: «Кто ж на стезе неправды наш владыка?» Сказали: «То алчба — душа греха, Основа зла. Она к добру глуха». Спросил он: «В чем же суть алчбы всеядной, Ненасытимой, низкой, зверски жадной?» Брахман ответил: «Алчность и нужда — Два демона, не спящих никогда. Один иссох и злого полн упорства. Другой не спит ночами от обжорства. Сразит обоих колесо времен. Блажен, кто к правде духом устремлен!» Внял Искандар, и цвет его ланит Стал желтым, как поблекший шамбалид. Его лицо морщинами покрылось, Слеза из глаз невольно покатилась. И он спросил их: «В чем нужда у вас? Просите. Все исполню в сей же час. Всей властью с вами поделюсь моею, Трудов своих для вас не пожалею». Ответили: «Со смертью в бой иди. От смерти нас, коль можешь, огради». Сказал он: «Дни бегут неудержимо, И в мире только смерть непобедима. Будь ты хоть из железа сотворен, Тебя пожрет таинственный дракон. Увянет юный цвет, иссякнет сила — И не спастись от старости унылой». Сказал брахман: «О властелин-мудрец! Всем одарил тебя благой творец. Ты, словно солнце, разумом сияешь. Что не избегнуть смерти нам, ты знаешь. Что ж ты возжаждал мир завоевать, Войн ядовитым воздухом дышать?! Умрешь — твоя десница все утратит И враг плоды трудов твоих захватит. Зачем ты страшной тяготой такой Обременился? Где он — разум твой? Безумие — в юдоли нашей бренной Надеяться на этот мир мгновенный!» Ответил шах: «Я — раб, и не дано Мне преступить, что небом решено. Я преступил бы, будь я в состоянье, Неведомое мне предначертанье. Все решено заране. Никому Не обойти, что суждено ему. Не мной, а грозной волей провиденья Убиты были павшие в сраженье. Кто осужден судьбою, тот падет. Насильник от возмездья не уйдет. Они не жертвы моего удара. Постигла их божественная кара. Иездан велик. Мы все — его рабы. И никому не скрыться от судьбы!» Потом брахманов щедро одарил он, Но в их стране недолго прогостил он. Обиды никому не причинил И вдаль стопы на запад устремил.

Вот об этом еще тысячу лет назад грамотно рассуждали в Иране и говорили о царях.

Цари или шахи бывают разные.

Были среди древних Иранских царей и те, кто покорился злу - в этой же книге наш суфий рассказывает о том, с чьей подачи люди стали убивать и пожирать животных. Ввёл этот обычай один подлый шах с подсказки товарища дьявола, имя которому у иранцев – Иблис…

ГЛАВА 48. Шах в плену у Иблиса.

Мурманская трасса отм.377 км, время в пути 8 часов 07 минут.

Солнце над дорогой уже давно перешло зенит, и начало клонится к западу - долго и очень неторопливо. Эти дни начала сентября были разделом, за которыми период долгих северных белых ночей становится воспоминанием, когда зима начинает напоминать о себе лёгкими ночными заморозками. Дни как-то резко укорачиваются, зима подступает все ближе. Но сейчас было еще светло, остатки летнего тепла еще были разлиты в воздухе.

– Ну что, Витя, продолжаем разговор?

Мы с тобой, как крупные ученые, обсуждали один вопрос. Почему люди убивают животных, короче…

Ладно, переходим к нашему вопросу. Вспоминали мы, что говорит об убийстве животных библия... Если мне память не изменяет, то до потопа человек был кротким вегетарианцем и мудрым владыкой над живыми существами, а после потопа озверел и стал животных приносить в жертву и употреблять в пищу. Первый эту традицию завел товарищ Ной. Так? Отвечаю сам себе, что по библии это - так.

Но иранские мусульмане-суфии на эту тему также высказались.

У иранцев на это, в той же книге о шахах, много есть чего интересного. В самом начале книги наш таджикский автор товарищ Фирдоуси описывает жизнь при легендарных, еще первых шахах. Времена – многие-многие тысячи лет назад, вскоре после потопа.

Был в те былинные времена на троне хороший шах, из приличных людей. Но, как в бразильском сериале, сын его пошел по кривой дорожке. Видно, что по энергетике уродился он, как красная шапка.При рождении в тело этого юноши вселилась душа, в которой верх взяла кривая, левая и темная часть. Захотел этот юноша при взрослении получить власть, и устранил через козни дьявола своего отца, и сам стал шахом. Имя этого резвого юноши - Заххак, и был у него советник, подбивающий юношу на коварство, классический нав. В наше время, Витя, у нашего недавнего президента и нынешнего премьера тоже есть свои советники. Представляешь, всё по спирали идёт. Идёт себе и идёт. Философия, понимаешь…

( Скорее всего, в диалоге речь идет про короткое правление нашего молодого шаха - Дмитрия Анатольевича Медведева. У плеча и уха Дмитрия Анатольевича тогда, да и сейчас, всегда был молодой, спокойный и немногословный, но шустрый советник-приватизатор, кстати, сильный шахматист, отучившийся в американском университете – господин Дворкович).

Но тогда, давно, много тысяч лет назад, советником при этом юноше-шахе стал работать товарищ по имени Иблис, который мог принимать многие обличья. Шах продал дьяволу-Иблису свою душу. Мудрец-суфий в иносказательной форме описывает, как меняется после сделки энергетика человека, как после предательства отца, после поедания убитых животных сияющий световой кокон шаха перерождается и перед нами появляется убогая красная шапка, которая рвётся к власти и наслаждениям. После того, как шах - красная шапкаизуродовал свой световой кокон, на него волной пошли болезни. Шах призвал к себе на помощь эрликийцев… А вокруг такого царька пошли обычные события – начинают сгущаться беды простых людей, его подданных…

Фактически тысячу лет назад в поэтической форме рассказано, что происходит с человеком–властителем в мирах 5 и 7 измерений после того, как он прибивается к берегу велиаровых детей…

А вот дальше, Виктор, слушай в подлиннике рассуждения суфия про времена, отстоящие от наших дней на 5-6 тысячелетий. Он описывает правление коварного и подлого шаха Закхака, который залез на трон с помощью коварного товарища Иблиса после убийства своего отца: