Третья сила

Сначала он ничего не увидел. Окуляры противогаза покрывали капли воды.

«Дождь, что ли? Вроде нет. А, это же брызги. Просто брызги», — догадался купец, смахнул капли и с радостью и удивлением понял, что все нормально. Лодка преодолела середину реки и неслась к правому берегу, с каждой секундой сокращая расстояние.

Скрипели уключины. Пёс и Суховей налегали на весла. Рядом с Антоном сидели караванщики, продрогшие, притихшие. Бунтовать они вроде бы не собирались. Волны били в борта лодки, но перехлестывали редко. Пока купец не открыл глаза, ему казалось, что в лодке уже плещется своя Нева. Посмотрев теперь под ноги, Антон обнаружил, что воды там не так уж много. Дальний берег реки, застроенный заводами и высотными жилыми зданиями, быстро приближался. А еще сквозь туман все яснее и яснее проступали обломки огромного моста, некогда соединявшего два берега.

Именно туда, к сохранившемуся пролету моста Александра Невского, и вел свое суденышко Молот.

«Ну, кажется, все получилось», — подумал Антон Казимирович, вылезая из лодки следом за грузчиками. Сталкер — то ли Пёс, то ли Суховей, в противогазах они казались близнецами-братьями — протянул купцу руку и прогудел:

— Добро пожаловать на правый берег.

— Спасибо! — произнес Краснобай, усилием воли уняв сотрясающий все тело озноб. — Это было круто...

— Да ладно вам, обычная работа, — пожал плечами сталкер. — И не спешите радоваться, нам еще до метро топать.

Им продолжало везти и здесь. Отряд благополучно добрался до привычных глазу любого, кто хоть раз бывал в городе, павильонов метро, расположенных с разных сторон широкого проспекта. К удивлению Краснобая, Молот повел отряд дальше.

— А это разве не метро? — остановил Антон Бориса, указывая на изящную литеру «М» и надпись: «Новочеркасская».

— Тут у них входа нет, — объяснил сталкер. — Слишком близко к берегу. И к Империи. Попасть в Оккервиль можно только через Ладожскую.

Отряд двинулся дальше. Челноки, пребывавшие первое время после высадки в приподнятом настроении, начинали уставать. Краснобай и сам выдыхался. Сталкеры чуть заметно нервничали. По их поведению купец понял: начинаются опасные места, населенные хищниками.

Стоило им отойти на порядочное расстояние от Новочеркасской, как удача отвернулась от Молота.

Раздался топот. Он стремительно приближался, нарастал. Скоро уши людей уловили странные звуки, похожие на хрюканье. К отряду кто-то приближался, и этих «кого-то» было много. Очень много. Сталкеры остановились, вскинули оружие. Челноки сложили на землю рюкзаки и достали пистолеты. Антон взялся за дробовик «Рысь»^[15], которым заботливо снабдил его перед выходом Зубов.

Не успел отряд приготовиться к бою, как враг показался из-за поворота.

— Твою мать! — зарычал Молот.

— Едрена вошь! — отозвался Игнат, вскидывая АКС.

— Ни хрена себе... — выдохнул Антон, сглотнув. Руки, сжимавшие ружье, затряслись.

Взметая клубы пыли, оглашая окрестности топотом и хрюканьем, к ним неслось стадо маленьких, приземистых свиней. Из их пастей на покрытых жутковатыми наростами мордах торчали огромные серповидные клыки. Короткие кривые ноги, придававшие копытным забавный вид, несли мускулистые тела на удивление быстро. Сомнений не оставалось: стадо несется именно сюда. К людям.

Автоматы ударили дружно. Трое хряков, вырвавшиеся вперед, с оглушительным визгом рухнули на асфальт. Оправившись от первого шока, открыли огонь и челноки. Антон Казимирович, хоть стрелком он был паршивым, тоже зацепил картечью нескольких мутантов. Тут даже целиться не приходилось — наводи дробовик на свиней да жми на спуск. Заряд обязательно попадал в цель, так плотно бежали копытные мутанты.

Сначала казалось, ураган свинца просто сметет стадо, не дав тварям даже приблизиться к отряду. Однако те хряки, которых накрыл самый мощный залп, были молодняком. Пушечным мясом. За ними следовали монстры в два, в три раза больше — настоящие вепри. А огонь как раз стал ослабевать. Антон опустошил дробовик и потратил кучу времени на то, чтобы снарядить «Рысь» новыми зарядами. Руки его дрожали, пальцы плясали, мешая сосредоточиться. Антон никогда даже не подозревал, что в ходе реального боя все происходит так быстро. Отвлеклись на перезарядку и челноки.

Один из кабанов, самый крупный, самый свирепый, воспользовавшись паузой, пошел на пролом и прорвался сквозь огонь. Налетел на зазевавшегося ходока по имени Гаврила и поддел парня своими жуткими бивнями.

Ни ОЗК, ни теплая одежда под ним не смогли спасти Гаврилу. Из рваной раны фонтаном хлынула кровь. Дико крича, корчась в конвульсиях, судорожно пытаясь затолкать обратно внутренности, парень забился на асфальте, но быстро затих. Рядом с ним рухнул, получив в бок два заряда картечи от Краснобая, и сам мутант.

С удвоенной силой заработали автоматы.

Но атака не ослабевала. Вепри-убийцы падали под огнем сталкеров, но из развалин появлялись новые и новые. Караванщики, отстреляв запасные магазины, прекратили огонь. Антон, уложив дробью еще пяток мутантов, полез за своими зарядами и похолодел от ужаса. Оставалось всего шесть боеприпасов.

— Патроны на исходе! — закричал Псарев.

— У меня тоже! — подал голос Суховей.

— Подпускаем поближе и бьем в упор! — заревел Борис. Зычный голос сталкера дрогнул — у него тоже кончались заряды.

А натиск чудовищ не ослабевал. Словно чувствуя скорую победу, хряки захрюкали громче, с упоением, с торжеством.

«Это конец», — понял Антон Казимирович, выронил опустошенный дробовик, рухнул на землю и закрыл глаза, приготовившись распрощаться с жизнью.

И тут рядом раздался чудовищный взрыв.

Уши Антона Казимировича мгновенно заложило.

Оглушенный, растерянный, обхватив руками пульсирующую голову, он поспешно открыл глаза.

На асфальте темнело и дымилось пятно, оставленное разрывом. Трое кабанов лежали, разорванные на части. Остальные прекратили атаку, заметались, пытаясь понять, что случилось. Не понимали этого и люди — сталкеры опустили оружие и растерянно крутили головами.

В самой гуще стада грянул еще один взрыв, и четыре здоровенных вепря забились на земле. Двое потрусили вспять, волоча за собой выпавшие кишки.

Только теперь Антон понял, что случилось.

К ним на помощь пришли сталкеры Оккервиля.

Поливая хрюкающих монстров шквалом свинца, рассеивая стадо гранатами, со стороны вокзала шли в атаку три фигуры в противогазах и ОЗК.

Двое вели огонь из автоматов, один из ружья.

Пули пробивали шкуры кабанов, вырывали огромные куски плоти, перебивали им лапы. И вепри, напуганные новым врагом, не устояли. Испуганно хрюкая, стадо пустилось наутек.

Тридцать с лишним трупов остались лежать посреди проспекта.

— Вот это да... — только и смог прохрипеть Антон Казимирович.

Он привстал на четвереньки, потом кое-как выпрямился. Деревянными руками попытался подобрать «Рысь». С третьей попытки ему это удалось.

— Целы? — поинтересовался мужик, вооруженный ружьем, останавливаясь около Антона.

Язык не слушался, ничего, кроме сдавленного стона Краснобай так и не смог издать. Но все же нашел в себе силы показать сталкеру большой палец.