Трудоголик

— Хм. И что вы предлагаете?

Джен обернулась назад, указав в склад.

— Здесь был цех. А внизу — бункер. Мы там делать оружие. Хотеть электричество. Чтобы станки работать. Чтобы сделать много паф-паф. На севере, за городом — лагерь и заключённые скра. Мы их хотеть освобождать. Пока только дизель-генератор есть, его ненадолго хватать. Дорого. Если электричество станет — тогда Ала не смочь нас поработить. Мы всех перестрелять! И белых людей защитим.

Выглядело жутчайшей авантюрой. Пытаться возобновить оружейное производство в гетто на территории ещё совсем недавно побеждённой и оккупированной страны — нонсенс. Минимальные знания истории подсказывали, что первое, что делает любой захватчик — ломает промышленность, чтобы поверженный противник не мог восстановить армию.

Именно поэтому задача показалась просто безумно, захватывающе интересной. Только вот ну никак она не вязалась с «линией партии» — откровенный левак. К тому же Тизири явно сообщила, что весь сектор оккупации Шабука подумывают передать этому самому Ала.

Но я неожиданно для себя я тут же кивнул. Уж больно мне понравились эти четырёхрукие культисты — людей не обижали, и было в них что-то по-хорошему безумное, от знаменитого Че. Да и говорили они складно — передача сектора тоталитарному королевству мне совсем не нравилась, а подпольное сопротивление пойдёт только на пользу и будет лишним аргументом в пользу изменения стратегии нашим Дворцом. Тем более, что не каждые ребята готовы усадить тебя на трон! А внутренние разногласия потом уж как-нибудь удастся уладить.

— Я подумаю над тем, как дать вам электричество. И вооружение.

Скра переглянулись расстроено.

— Не сейчас? Нужна жертва?

— Да-да, на это нужно много жертв, — кивнул я. — Мне нужно напитаться душами вдоволь, иначе никакого электричества. А теперь помогите мне слезть, мне нужно вернуться в свой замок из костей.

Только я коснулся ногами пола и полез обратно на Илона Маска, как появилось уже знакомое зелёное пятно для звонка. Звонила Тизири и вид у неё был совсем не приветственный.

— Ты что творишь? Ты почему беспределишь? Почему не сообщил о свидетельстве Способности? У нас теперь минимум три тысячи разумных на чистку!

— Эм. Я не подумал.

— Ты совсем больной? Вали отсюда скорее! Я группе зачистки задачу скинула, скоро зачистка мозгов по всей округе начнётся, они тебя разнесут!

Стало немного стыдно. Я посмотрел на троицу и на толпу, видневшуюся за воротами — толпа вдруг начала медленно расходиться по сторонам. Оглянулся назад — Джен с сородичами стояли, истерично вращая головами и потирая виски, словно от жуткой мигрени. Но как только я на них посмотрел, тут же прекратили.

— Стой! Что ты делать в наш храм! — спросила Джен.

— Я ж, типа, Хозяин Душ! — успел сказать я. — Забыли, что ли?

Но эффекта это не возымело — увидел, как троица подбирает орудия и дал шенкеля своему Илонмаску. Зверь буквально пролетел над толпой у входа, не обращая внимания на окрики и попытки ухватиться за лапы.

Пробежав до конца переулка, я упёрся в тупик. С двух стороны были длинные кирпичные корпуса, впереди — что-то непонятное, сколоченное кое-как из досок. Обернулся и заметил, как от толпы отделилось пятеро скра. Они о чём-то перекрикивались, тыча в мою сторону, затем выстроились шеренгой и бодрым шагом направились ко мне. Я заметил в руках металлические пруты и что-то издалека напоминающее булаву и понял, что путь отрезан. Или нет?

Прикинул: интересно, а если попробовать прошибить шеренгу? Лошадь сбивает пешего на полном скаку, но средний человек легче лошади со всадником в пять-десять раз, а скра был на вид легче нас с Илоном Маском всего раза в два. А если заставить когтями махнуть? Нет, во-первых, я не настолько хорош в управлении мурлангами, и во-вторых — тогда моему зверю тоже может прилететь в ответ. Травмировать своего пушистого друга совсем не хотелось. Когда до нас оставалось всего метров десять, пришла другая мысль.

— Ну-ка, Илонмаск, подними меня повыше!

Я развернул слеповатую морду на дощатую стену строения позади и дёрнул поводья. Мурланг мысль понял, поднялся на дыбы, зацепился когтями, попытался подтянуться наверх. Я в этот момент лёг на шею, еле удержавшись в стременах, но манёвр у моей возницы не удался. Отцепился, и рухнул вниз, на бок. Я упал рядом, ногу на миг больно придавило седлом, но тут же мурланг встал на ноги, ткнулся в меня мордой, мол — вставай, чего разлёгся. Я встал, пощупал ногу — вроде бы перелома не было, просто сильный ушиб и растяжение.

— Хороший мурланг! Вкусный! — услышал я совсем рядом.

Скра встали полукругом вокруг нас, один из них доставал из-за спины верёвку, и быстро, очень проворно тремя руками соорудил петлю. Но нападать они не спешили. Илонмаск встал на дыбы, упёрся хвостом в землю и раскинул когтистые лапы на два метра.

А я отступил к стене и приготовился сражаться. Зажмурился, отчаянно пытаясь вспомнить Алгоритмы, которые могли бы пригодиться. И неожиданно почувствовал прохладную тяжесть лежащего в ладони металла.

Глава 15

Клинок

[??/10]

Нет, тогда я даже не вспомнил о том, что такое уже происходило со мной.

Я продолжал стоять с закрытыми глазами, но видел всё в виде отчётливых силуэтов. Время замедлилось. Клинка, который материализовался у меня в руке, я не видел, но чувствовал, как он стал продолжением моей руки. Вот он описал круг, рассёкая верёвочную петлю и толстую кожу на пальцах державшего лассо четырёхрукого орка. Вот лезвие рассекло кожанку на груди, мелкие пуговицы брызнули во все стороны, а вот прорезало глубокую рану желтокожей руке, потянувшихся ко мне. Вот заблокировало стальной прут, готовый приземлиться мне на затылок.

Один из громил замахнулся ногой, чтобы ударить мне по спине. Я прыгнул, пролетев по дуге прямо над его ботинком, лезвие сверкнуло на солнце и впилось острием в его бедро. Один удар из многочисленных рук я всё же пропустил — по касательной, в плечо, но я успел среагировать, шагнул в бок, ударив локтём и эфесом клинка прямо в морду стоявшему по другую сторону. Я видел на границе зрения, как муравьед махнул когтистой лапой, оставляя глубокие шрамы на щеке одного из нападавших. Дуга, ещё дуга, рассечёная кожа, брызги крови, приглушённый, словно через хорошие наушники, рёв, полный боли. Своей боли не было. Я увидел, как один из нападавших бежит, спотыкаясь, и не оглядывается назад, моя рука махнула ещё раз, готовая снести клыкастую голову с короткой шеи… Но вдруг замерла.

«Нет… Я не должен, не должен убивать их. Они всего лишь простые смертные».

Я открыл глаза, тут же почувствовав сильную боль в плече и в ногах. Клинок испарился, пальцы сжали пустоту. Один из скра сидел на полу и кричал, зажимая глубокую дыру на запястье, двое отошли в сторону и вылизывали раны, приговаривая «Кну Кха, Кну Кха!». Но один отошёл в сторону и доставал из-за пояса маленький, совершенно крохотный по сравнению с его лапищей предмет, сверкнуший в лучах полуденного солнца.

Тогда я ещё не понимал, что за состояние у меня было, и не понимал, как в него входить, но мозг после «режима» работал куда лучше, чем раньше. Я без труда вспомнил многоугольник, вошёл в режим обработчика. Без труда выудил из памяти фразу, заученную ещё с листочка на спине броненосца Энтон Четыре Ноги. А ещё вспомнил про загадочную тринадцатую метку, названную Тизири.