Ты будешь моей

— Последнее как раз и настораживает. Сестренка, я тут все-таки старшая, помнишь? У меня сердечного приступа после твоих новостей не будет?

— Мы больше ничего не должны твоему предыдущему работодателю. Долг закрыт, — мой цыпленок опускает глаза в пол.

— Как это не должны? Я ведь договорилась с Волошиным на выплату частями и, насколько мне известно, впереди было еще семь месяцев, чтобы полностью все покрыть, с процентами. Что ты сделала, Диан?

— Это не я… Вот, смотри, — она протягивает мне какой-то вчетверо сложенный лист бумаги.

Разворачиваю его и пробегаю взглядом по написанному. Расписка о полученной в долг сумме, которая полностью покрывает все, что я должна была выплатить Волошину.

— Откуда у тебя это? Так, а здесь что? Что с твоей шеей? — я тянусь к Диане, чтобы отбросить ее волосы, и вижу не слишком умело замазанные тональником синяки будто бы от пальцев. — Тебя душили?

— Агат, пожалуйста… Все ведь улажено? Ты больше ничего не должна этому человеку, можно мы закроем на этом тему?

Я вижу, как Диану трясет, и решаю отложить этот вопрос. Припахиваю ее к готовке, чтобы отвлечь сестру, и у меня вроде даже получается — к концу Ди успокаивается и перестает прятать от меня глаза.

Позже выясню все подробности, Ян как раз завтра вернется из Москвы, и я смогу немного поклевать ему мозг на эту тему.

Он уехал решить все вопросы с квартирой — отдать ключи агентству, забрать вещи и договориться о перегоне машины к нам сюда. Мы решили остаться в северной столице, так было удобнее всем.

На следующий день я сюрпризом еду в аэропорт, хоть Ян и просил не делать этого. Стою, как дурочка, с плакатом рядом у выхода и отсчитываю минуты до приземления его самолета.

Телефонный звонок немного удивляет, но мне приятно, что первым делом Ян вспомнил обо мне.

— Ты где, малыш? — слышится из динамиков, когда я принимаю вызов.

— Я?.. Я дома, жду тебя, как ты и сказал… — улыбаюсь самой себе.

— Почему не открываешь тогда?

Я хихикаю в трубку. Кажется, кое-кто тоже решил сделать мне сюрприз и прилетел раньше. Не удивлюсь, если Ян с самого начала все это планировал и специально сказал мне неправильное время.

— Не открываю, потому что жду тебя в аэропорту, — честно признаюсь, ухом прижимая телефон к плечу, а свободными руками сворачивая плакат, над которым заморочилась.

— Детка, ну я же просил, — так же весело отвечает мне Ян. — Жди тогда, приеду сейчас за тобой.

— Может, мне лучше такси взять? Так будет быстрее.

— Кофе лучше себе возьми. Жди, сказал.

Из-за этого его командного тона мне хочется сделать все наперекор, но если я сейчас уеду, мы снова разминемся. Придется ждать встречи еще дольше.

Ян уезжал всего на два дня, даже меньше, а мне хочется быстрее запрыгнуть на него и…и облизать моего мужа с ног до головы.

Теперь уже не фиктивного. Эту тему мы пока не обсуждали, но недовольный прищур Яна, когда я попыталась снять кольцо в его присутствии, сказал мне о многом. Я, правда, возмутилась, что свое-то он не носит, но мне тут же продемонстрировали цепь, на которой и был тот самый ободок.

Заскучать я не успеваю, Ян приезжает быстро. Вместе с ним появляется букет из персикового цвета кустовых роз. Он сплющивается, когда мой несдержанный муж прижимает меня к груди и водит носом по виску, спускаясь к губам.

— Пахнешь вкусно, чудо. Меня даже «бизнес» не спас, кто-то наблевал в проходе перед взлетом, пришлось нос зажимать.

— Я-ян… — смеюсь от его прямолинейности. — А как же сказать мне, что скучал? Ночами тосковал?

— Два дня, детка, — усмехается, но, заметив мое возмущенное сопение, тут же старается исправиться. — Скучал, тосковал. Не жрал и не спал, только о тебе думал.

— Так лучше, но над формулировками тебе все равно надо еще поработать. Поехали домой?

У моей сестры сегодня еще две пары, о чем я сразу сообщаю Яну. Он набрасывается на меня на кухне сразу после душа, расстегивает джинсы, спускает их по моим бедрам и сразу заполняет, стоя сзади, подальше отодвигая нож, которым я подрезала розы.

Сначала доводит до оргазма меня, подключая пальцы, а через минуту кончает сам на мои ягодицы.

— Переезжай ко мне.

Я закусываю губу, потому что не знаю, как реагировать. Он сказал это под воздействием эмоций? Или?..

Но у меня же Диана, за которой надо присматривать. И это все как-то слишком быстро. Вдруг мы не сможем на постоянной основе существовать на одной территории? Начнем ругаться или того хуже — поймем, что не подходим друг другу?

— Агат, я серьезно. Набегались уже друг от друга.

— Набегались… — глуповато повторяю за ним.

— На хер все эти игры, достало. Хочу тебя рядом всегда. Просыпаться и не шкериться от твоей сестры. И чтобы ты от меня по утрам сломя голову никуда не убегала.

— Пару раз всего было, по работе. Ты же не умеешь меня аккуратно раздевать.

— Я договор подписал на год, специально ради этого тебе не то время сказал. В нормальном ЖК со всеми удобствами. Диане можно будет поближе к универу что-то поискать.

— Все продумал, да?

— Над одним пунктом еще думаю. Дождаться твоего согласия или закинуть на плечо. Что скажешь, чудо мое?

— Скажу, что тебе вообще-то советовали беречь руку. Ты и так всех врачей достал со снятием, мог бы спокойно доходить положенный срок.

— Не мог бы, — рыкает Ян в ответ. — Посмотрел бы я, если б у тебя чесалось там, куда не дотянуться. Да и нормально все срослось, вы, женщины, вечно перестраховываться любите.

— У тебя последний врач — мужчина, — хмурю брови и прищуриваюсь, но мы оба понимаем, что делаю я это в шутку.

— Слишком много времени провел в женском коллективе, — отфыркивается Ян и переводит взгляд на мои ноги.

Я знаю, что он захочет дальше сделать. Поднять меня так, чтобы я оказалась кверху попой, и утащить собирать чемоданы.

— Подумаю, хорошо? — бодаю Яна в плечо и так и остаюсь в этом положении. Во время секса мы оба вспотели, так что я чувствую соль на языке, когда украдкой тянусь к шее своего мужа и восполняю потребность в прикосновениях.

Целую его, балуюсь языком, ощущая, как Яна перетряхивает из-за щекотки. Мне все еще кажется, что его могут в любой момент у меня забрать, поэтому я превратилась в какую-то прирученную одомашненную кошку, которой вечно надо тереться о кое-кого, топтаться лапами по нему и иногда кусать.