Удар

– Приходило, Лус, – ответил Ицу. – Более того, мы знаем почему. Но нам бы хотелось выслушать и твою версию.

– Люди живут не в своем мире. Это не их мир. Хотя они создали его своими руками, но этими руками руководили мы. И получилась жесткая материальная структура. Материя, материальные блага. Чем больше материальных благ, тем лучше и уверенней чувствует себя в этой жизни человек. Но эта формула счастья является по-настоящему верной лишь для клона. Для человека, существа больше духовного, нежели материального, подобная трактовка – иллюзия, великое заблуждение.

Сильный порыв ветра свалил где-то рядом дерево. Оно рухнуло со страшным треском, и это заставило Луса замолчать.

Воспользовавшись паузой, заговорил Дэйв:

– За мной тоже охотилась Служба Безопасности. Она организовала на меня три покушения.

– Три покушения?! – с сомнением посмотрел на Дэйва Лус. – И вы остались живы! Невероятно! Кто вы?

Дэйв колебался. Ему очень хотелось узнать причину покушений на его персону, в то же время он прекрасно понимал, что подвергает себя риску, объявив постороннему человеку, что Михель Дэйв жив.

– Я Безумный Михель, – Дэйв, перед тем как это произнести, бросил взгляд на Тайгера, словно заручаясь его поддержкой.

– Безумный Михель?! Михель Дэйв?! – еще больше удивился Лус.

– Собственной персоной! – с легкой улыбкой произнес Дэйв.

Ему явно льстил эффект, который он произвел на Луса, открыв свое имя.

– Но каким образом?.. Вас же убили в Южной Америке!

– Как видите, не убили.

– Я понимаю, что вам тоже хочется знать, по какой причине вас хотели устранить?

– Именно так!

– В ваших действиях мы, хоть и смутно, но разглядели опасность для себя. Вы вели себя, мягко говоря, странно. Эти ваши авантюры с Оттавой и Монте-Карло, неизвестно, что бы они разбудили в людях, на какие мысли и чувства они бы их навели. Мы решили не рисковать.

– Кто это мы, черт побери! – вдруг взорвался Дэйв. – Преступная банда? Организация?

– Организация! – спокойно произнес Лус. – Еще в начале двадцать первого века люди вспоминали о душе. Существовали социальные институты и научные общества, которые рассматривали мироздание, опираясь на трансцендентный, метафизический опыт. Было много монастырей, храмов. Существовала государственная религия, которая, по сути дела, была профанацией великого учения, но, тем не менее, имела влияние. Еще время от времени слышались голоса подвижников духа. Но потом появились мы, клоны. Клон абсолютно рационален и обладает, по сравнению с человеком, более суженным, более направленным умом, причем с рождения. В то время как ум человека с рождения созерцателен, и только со временем он начинает сужаться, учиться концентрироваться, ибо без этого не выжить. Чем более сужен ум, а значит, и более целенаправлен, тем более преуспевает индивидуум в жизни. Здесь мы, клоны, даем большую фору человеку. Благодаря этому большинство клонов всегда преуспевали в жизни и занимали высокие должности и посты, находили себя в области финансов, техники и науки. Просто становились богатыми людьми. Зачастую очень богатыми. Потому нам не трудно было контролировать деятельность людей и ход событий. Нам удалось создать и навязать цивилизации целую культуру нелепостей. Нынешняя культура – это культура маразмов на основе потребления.

Лус замолчал и обвел глазами присутствующих, словно желая убедиться, произвели ли его слова должный эффект.

– Но зачем это вам нужно? – спросил Дэйв.

– Человек призван в этот мир для собственного совершенствования, – снова заговорил Лус, а не для того, чтобы без конца ублажать свою плоть. Если он это поймет, цивилизация пойдет по другому пути, пытаясь обрести новый смысл своего существования. Единственным критерием оценки человека станет степень его духовного развития. Возникнет совершенно другая культура. Кто мы будем в ней со своим умением реализовывать себя только через материальное? Никчемные, жалкие существа, лишние на этой планете. Мы будем стоять на самой низшей ступени социальной иерархии. Мы не можем такого допустить. У клона всего одна жизнь, и он хочет прожить ее достойно. Вы ловкие люди, и мы не сумели убрать вас, – обратился Лус к Тайгеру и Ицу. – Но вы упустили время. Так что человечество обречено. Оно зашло в тупик, вырождается и деградирует. Ваши женщины мужеподобны, мужчины женоподобны. Клоны умней вас, красивей, крепче. Вы деградировали настолько, что уже не сможете вернуться к истокам. Вас с каждым годом становится все меньше, и мы, клоны, занимаем ваши места. У вас все меньше мужчин, способных дать полноценное семя. Ваши женщины все чаще рожают уродов или не в состоянии родить вообще. Вы кончитесь, тихо и незаметно даже для вас самих. Наступит день, когда человечество сойдет со сцены эволюции видов, – Лус, наконец, замолчал и отвернулся к окну.

Наступило долгое молчание. Сказанное Лусом было настолько невероятным, что в первые минуты никто не мог произнести и слова.

«Вот так тихо, исподволь извести цивилизацию людей под корень и занять их место, совершив фальсификацию, подмену…» – размышлял Тайгер, глядя на Луса.

На лице клона играла едва заметная улыбка. Похоже, он упивался произведенным эффектом.

– Бах клон? – спросил Ицу.

– Да! – ответил Лус. – Он попытался вселиться в тело человека и тем самым убить двух зайцев: обрести не только здоровье и молодость, но еще и завладеть чужой душой, и обрести жизнь вечную. Бах полагал, что при обмене тел по системе профессора Вольфа душа не переходит в другое тело. По сути дела, Бах предал нас. Но мы не препятствовали ему. Нам был интересен этот эксперимент. Ведь никто, даже профессор, не знал, что происходит с душой во время обмена телами. Кстати, Бах сейчас на вилле. Вы хорошо спрятали его, но мы, в свою очередь, хорошо искали и нашли. Поскольку его приемный сын в бегах, вдобавок преступник, старый усталый человек вынужден возвратиться к делам, – Лус усмехнулся. – Я полагаю, что выданная информация стоит моей жизни.

Тайгер и Ицу переглянулись.

– Стоит! – ответил Тайгер. – Но вы пока будете находиться под арестом.

На другой день из газет они узнали, что Бах во время налета на виллу получил четыре пулеметных пули в грудь и скончался на месте.

– Тебе ничего не приходит в голову в связи с этим? – спросил Ицу у Тайгера.

– Например?

– Например, что такая огромная гора денег осталась без присмотра.

* * *

Холодный сильный ветер пришел с Лабрадора. Он гнал по Гудзону тяжелую свинцовую волну, бился упругой грудью в небоскребы и дробился на более мелкие сквозняки, которые неслись по декабрьским улицам Нью-Йорка, как стаи озверевших собак.

Тайгер с Ицу стояли недалеко от здания центрального американского управления Службы Безопасности. Они находились здесь уже около часа и слегка промерзли на холодном ветру. Обни Джефферсон, шеф американского отделения Службы Безопасности опаздывал.

– Черт возьми, где этот черномазый! – негромко поругивался Ицу, пряча подбородок в вороте легкой, не по погоде, куртки. – Наверное, не может оторваться от очередной красотки.

– Ты забываешь, что сказал Лус, – произнес Тайгер, этаж за этажом прощупывая взглядом стоящее перед ним здание.

– Да. Все никак не могу привыкнуть, что клону на женщин плевать.

Из бесед с Лусом они выяснили, что у клонов почти отсутствует инстинкт продолжения рода, хотя чисто механически они могут совершить половой акт и время от времени, когда этому благоприятствуют обстоятельства, идут на сексуальный контакт с женщиной. А в общем клон может вполне обходиться и без нее.

– Хорошо устроились, сукины дети! Они свободны от томления души и плоти, – произнес Ицу.

– Они свободны от всего человеческого, – подытожил Тайгер. – А вот, похоже, и тот, кого мы ждем, – произнес он, когда из-за угла вынырнул большой черный лимузин. Он подъехал к входу в здание и остановился. Из него выбрался огромный шофер, перешел на другую сторону машины и распахнул дверцу. На улице появился негр, великолепный образец, своими размерами превышающий даже шофера. В распахнутом пальто и с непокрытой головой, он не спеша направился к дверям здания. Шофер шел за ним, умело прикрывая шефа спиной.

– Очень хочется сделать его прямо здесь, – произнес Ицу, неотрывно глядя на скрывающуюся в дверях управления парочку.

– Да, соблазнительно, – согласился Тайгер. – Подошел и выстрелил.

Оба прекрасно знали, что в этот момент за улицей из здания следило не менее десятка снайперов. Потому так вальяжно и прошел эти семь метров от машины до дверей директор американского отделения Службы Безопасности.

– Ладно, идем, – сказал Тайгер. – На нас уже наверняка обратили внимание.

Ицу кивнул и плотней запахнул куртку на груди.

Они прошли насквозь продуваемой улицей до подземки и скрылись в ней.

В вагоне тоже было не жарко, но все-таки гораздо теплей, чем на улице. Они проехали двенадцать остановок и вышли недалеко от Бродвея, где снимали дешевую комнату, которую сдал им безработный актер.

Через десять минут они стояли у своего временного пристанища.

Двери им открыл хозяин, который за неделю ни разу не вышел из дома.

– Вам надо срочно переквалифицироваться, пока не поздно. Вы же еще не старый человек, – сказал Ицу.