Ударные

* * *

«Тяжело в груди… перед глазами все плывет. Неужели… здесь я и умру?» — спросил про себя Уэс.

Пока лейтенант Верс не мог найти нужных слов, боец на полу обдумывал все произошедшее с ним за последнее время и оценивал правильность своей судьбы.

«Наверное, так и должно быть. Предатели… не должны умирать своей смертью. Быть застреленным или убитым тем человеком вполне подходящая смерть для такого, как я. Но я не могу принять всего остального…»

Младший лейтенант УС-73232 начинал свою службу в батальоне Лима. И по велению судьбы он одним из первых отправился на штурм столицы Королевства Преих, города Эс-Мады.

Тогда Уэс еще не обзавелся собственной волей, но он запомнил все, что происходило в ту злополучную ночь. Он шел в первых рядах вместе со своим отрядом. Они получали лишь общие приказы, но прямого командира у них не было. В итоге это привело к тому, что весь отряд Уэса уничтожили вместе с доброй половиной батальона.

Вспоминая те события, он не может сказать, что тогда его отряд что-то связывало. Они были самыми обычными бойцами, что получили приказ штурмовать город. Они не давали друг другу имен, не обменивались байками. Они даже никогда не разговаривали. Но странное чувство не давало Уэсу их забыть.

И это привело к тому, где он находится сейчас.

— Верс… — тихо обратился Уэс к лейтенанту. — Я совершил много ошибок за свою недолгую жизнь.

— Что?.. Думаешь, понимание этого или наше знакомство как-то тебе поможет? Или ты так раскаиваешься в содеянном? Поздно спохватился. Надейся, что медик успеет до тебя добраться.

— Я уже… ни на что не надеюсь. И я не жалею о содеянном.

Верс и Лаки в непонимании уставились на Уэса. Но тот лишь усмехнулся, увидев их реакцию.

— Я не думаю, что вы меня поймете. Да я и не стараюсь вас в чем-то убедить. Просто говорю, что мне… не в чем раскаиваться.

Лейтенант не отрываясь смотрел за предателем. Почему-то вся его злость сошла на нет. Осталось лишь смятение и непонимание.

Верс не любил смешанные чувства, ибо совсем не знал, как ему стоит на них реагировать.

Но раз Уэс все равно не хотел отвечать на вопросы, связанные с фельдмаршалом, Верс решил спросить о другом.

— Так почему ты предал нас? Ради каких-то людей ты отвернулся от гильдии и братьев? Пожертвовал стольким ради простых людишек? Ты прав. Я никогда этого не пой…

— Я делал это не ради людей, Верс.

Уэс поднес руку к своему лицу и стал осматривать ее. У него в глазах уже начало двоиться. А значит, времени у него совсем не осталось.

— Я просто… просто хотел навредить создателям!

Сжав кулак, Уэс ударил им по гнилой деревяшке, пока Верс пытался осмыслить сказанное.

— Но зачем? Что они тебе сделали? Ты ведь их даже в глаза не видел.

— Вот именно. Я никогда их не видел. Даже не знаю, на кого они похожи. Один раз, когда они все же предстали передо мной, то ходили в масках. И ради них я должен служить?.. Ради них ударные погибали тысячами? Это все похоже на какой-то бред…

Будь Уэс человеком, то сейчас ему не хватило бы сил сдержать слезы. Груз, висевший на его плечах столько времени, стал слишком тяжелой ношей для простого ударного.

— Я стольких ребят потерял, выполняя их поручения. Последней каплей стала та деревня. Нас отправили на убой, — Уэс встретился взглядом с Версом и решил напомнить ему о тех событиях. — Если бы не сила оператора, нас с тобой бы здесь уже не было. Им не хватило совести хотя бы быть вместе с нами?!

— Они не могли показываться. У них было задание в Снуде, а раскрытие личности привело бы к его провалу.

— И ради этого нужно было посылать нас? Я знаю, что мы должны им служить. Знаю, что должны выполнять их приказы и не задавать вопросов. Но я не могу принять такую судьбу…

Огни в глазницах Уэса стали медленно затухать. Вместе со злостью уходила и его жизнь. Но он не мог уйти из этого мира, не расплатившись за жизнь убитого им ударного.

— Я не жалею, что пошел против них… Но я не хотел ставить своих братьев под удар, — Уэс протянул Версу сжатый кулак. — Это… г-голокуб. Не тот, что я взял у тебя… На нем карта моего передвижения по подконтрольным территориям и места, которые я посещал. Подумал, что это будет моей страховкой на случай, если люди захотят меня кинуть. Кто бы знал, что я передам его тебе…

Лейтенант взял кубик из руки Уэса, после чего та в бессилии упала на пол.

— Напоследок скажу… если собираешься искать фельд… фельдмаршала… то готовься к смерти братьев. Он далеко не обычный человек. И если загнать его в угол, то заплатишь самую высокую цену…

Кристалл жизни треснул в последний раз. За броней послышался звук рассыпающегося стекла.

— Прощай, Верс… Надеюсь, твоя служба сложится удачней, чем… моя…

В холодном и старом здании лежали три тела, внешне ничем не отличимых друг от друга. Медики не успели прийти вовремя. Жизнь троих ударных завершилась на грязном полу. Но виновником был не человек или предатель. Виновником стала жестокая судьба, что свела несчастных в этом проклятом доме.

Глава 7

«Корень зла»

Верс и Лаки покинули дом и пошли в сторону базы отделения разведки. Подоспевшие патрульные оцепили гетто, а медики устанавливали личность погибших ударных. Хотя уцелевший гвардеец опознал бойца биозащиты как предателя, но из-за поврежденного черепа его личность установить не удалось.

— В итоге никто не сможет подтвердить, предателем он был или нет?

Лаки решил разбавить тяжелую обстановку непринужденной беседой. Только с вопросом прогадал. Верс был не в духе, из-за чего его ответ прозвучал довольно сухо.

— Я обо всем доложу в штаб. Хоть мы были знакомы, я не позволю личным чувствам иметь власть надо мной.

— А это не вызовет негативной реакции со стороны солдат? Если они узнают о появлении предателя, тем более среди офицерского состава, это может спровоцировать других на что-то подобное. Не говорю, что это будет массово, но раз был один, обязательно появятся еще.

— Они все равно узнают. Уэс был членом особой инспекции и обзавелся связями почти во всех подконтрольных городах. Даже на главной базе у него есть друзья. Если он внезапно пропадет без объяснения причины, они могут начать копать. Ровно то же самое будет, если командование решит объявить Уэса погибшим при невыясненных обстоятельствах. Но они не дураки. Должны понимать, что о предателе и так знает достаточно ударных.

— Понятно… Наверное, вы правы.

Казалось, Верс сам себя пытался убедить, но Лаки согласился с его словами. Факт сокрытия информации, имеющей прямое отношение к службе ударных, может посеять недовольство. Они, конечно, солдаты, но никто не позволит командирам водить себя за нос. И со временем недовольство может перерасти в полноценный раскол.

Кто бы что ни говорил, но в текущей ситуации ложь во благо не приведет ни к чему хорошему. Лейтенант считал, что это должно быть очевидно для его командования.