Ударные

— Глитч, а ведь он прав… нужно было попросить подвести машину к казармам, — Третий сдержанно поддержал Ай’Джи, ибо сам с трудом делал каждый шаг.

— Грх. Морж, заткни их уже! Нам идти от силы минуты две!

— Ну так просто потерпи две минуты…

На ответ капрала Глитч устало покачал головой. Даже он сейчас был не в состоянии продолжать спор, так что решил смириться с причитаниями братьев.

Но, к его счастью, среди отряда все же нашелся тот, кто был способен заткнуть Ай’Джи и Третьего. Примечательно то, что для этого даже не пришлось грубить.

— Эй, не тащи ее по земле. Порвешь ве…

— Давайте я помогу. Ставьте их сюда.

Ударные обернулись на голос одного из бойцов, и увидели Лаки, который пришел с двумя грузовыми тележками. Как только он взял сумку Ай’Джи, а затем и Третьего, тут же послышались облегченные вздохи.

— Ох, мои косточки… спасибо, новичок! Ты наш спаситель!

— Выручил, Лаки. Благодарю.

— Да не за что. Надо было сразу их взять, как подошли к вокзалу.

Кроме этих двоих, свои сумки Лаки передали Квот и Харт. Дрозд и Морж просто пожали плечами и пошли дальше, так как предпочли не перекладывать свою ношу на других. К ним можно было также приписать и Глитча, но тот решил сперва докопаться до Лаки. И слово «докопаться» здесь подходит как нельзя лучше.

— Хочешь купить наше уважение подхалимством, новичок? Лучше брось это дело, иначе добьешься обратного.

— У меня и в мыслях не было, сэр… Я лишь хотел помочь, — Лаки выпрямился от неожиданного обвинения, но в последний момент отвел взгляд в сторону.

— Ну-ну.

Развернувшись, Глитч перекинул сумку через плечо и пошел вслед за капралами. Лаки не понял, заметил ли тот его неуверенность, но ему определенно стало обидно.

— Ну, не знаю насчет него, а меня ты купил! Ты лучший, — хлопнув Лаки по спине, Ай’Джи вместе с Третьим побежали за остальными, оставив его одного.

И пока отряд уходил дальше, Лаки пытался управиться с двумя тележками одновременно. Он был не настолько силен, чтобы все время держать их вместе, из-за чего на неровной поверхности они разъезжались в стороны. В этот момент он даже стал жалеть, что предложил воспользоваться ими.

— Не слушай Глитча, Лаки. Он просто с трудом принимает любые изменения. Хах, знал бы ты, что он вытворял, когда только вступил в отряд.

Подойдя сбоку, Харт забрал одну тележку и стал толкать ее в сторону автопарка. Разумеется, Лаки оценил помощь в тот же момент.

— Спасибо. Не хочется конфликтовать с ним, но как этого добиться? Он ведь с первого взгляда меня невзлюбил.

— О чем ты? Вы ведь братья, забыл? — Харт слегка стукнул кулаком по плечу Лаки. — Он, конечно, резковат, но по-своему любит и заботится обо всех своих братьях. Просто выполняй приказы лейтенанта, не рвись вперед отряда, и тогда Глитч тебя зауважает.

Благодарно кивнув, Лаки покрепче сжал тележку и ускорил шаг. Их командир уже должен был ждать отряд у машины, и стоило поторопиться, чтобы тот не прождал слишком долго.

* * *

Сам Верс в это время беседовал с Бетой. Сидя в машине, они обсуждали вчерашний допрос и то, что вампирше удалось разузнать.

Снаружи же стоял командир Зиф и, поставив свой шлем на крышу автомобиля, наблюдал за небом. Отсюда он не мог подслушать разговор этих двоих, но ему не особо и хотелось. Так гвардеец мог провести хотя бы несколько минут в тишине, не обременяя себя мыслями о службе.

— Так что, — спросил Верс у Беты, — вам удалось что-то найти?

— Для начала скажу, что стало с твоей просьбой. Когда гвардейцы пришли сообщить родственникам покойного бригадира о его смерти, то им долго никто не отвечал. Они решили, что те на работе, поэтому зашли к ним после объявления комендантского часа. Узнав об этом, я пошла вместе с ними, но к двери так никто и не подошел.

Раньше комендантский час был днем, но после нормализации жизни в городе его перенесли на вечер, чтобы не нарушать распорядок дня простых граждан. Обычно это время использовали для того, чтобы проверить, все ли жители вернулись в свои дома, и в случае необходимости послать на поиски пропавших отряды ударных.

Несмотря на появление у жителей подконтрольных территорий прав и некоторых свобод, город все еще контролировался военными. Слеим, являясь местом строительства Цитадели и кладезем ценных ресурсов, представлял стратегическую ценность для Отвергнутых, из-за чего они не могли позволить гражданам бесконтрольно покидать город. В свете последних событий осторожность гильдии стала особенно актуальна.

— Вы поднимали тревогу? Я ничего подобного не слышал.

— Не пришлось. Выломав дверь, мы обнаружили в квартире три тела с отсеченными головами. Коронер сказал, что это была жена и родители бригадира. Похоже, они могли знать что-то, что могло навредить твоему фельдмаршалу.

— Зараза… Больше у него не было родни?

— Ты же знаешь крестьян. У них никогда не было денег на то, чтобы купить каждому по отдельной квартире. Даже сейчас, когда мы выдаем их бесплатно, они продолжают жить вместе. Кажется, им все еще тяжело принять окружающую действительность, — Бета произнесла эти слова с небольшой жалостью в голосе, но, кашлянув, постаралась вернуть себе прежнее хладнокровие. Хотя после следующих слов ей не удалось до конца скрыть свой подавленный вид. — Ему повезло, что они с супругой не завели детей… Судя по тому, что фельдмаршал без колебаний убивает всех, включая женщин и стариков, мы имеем дело с отбитой мразью.

— Не сочтите за грубость, но разве вам это не нравится? — Верс, переживающий за судьбу обычных людей гораздо больше многих Отвергнутых, не мог не указать на лицемерную позицию Беты. — Я слышал, что вы получаете удовольствие от пыток и издевательств над другими.

— Это очень грубо и бестактно, лейтенант, — однако Бета внезапно рассердилась, услышав это обвинение. — Мне нравится мучить тех, кто перешел дорогу гильдии и является конченой тварью, но я никогда не пытала невинных. Думаете, я рада тому, что какой-то псих перерезал глотки трем непричастным людям? Я, конечно, не святая, но после увиденного я не испытала никакого удовольствия. Лишь злость и грусть.

— П-простите, госпожа Бета. Мне не стоило верить слухам и делать преждевременный вывод, — искренне поклонившись, лейтенант просидел в таком положении ровно до того, пока сама Бета не попросила его поднять голову.

— Прощаю. Ничего удивительного, что все делают из меня какого-то монстра, пусть я и стремлюсь сделать жизнь этих людей проще и безопасней. Обычно все вспоминают, как я уничтожила армию Эс-Мады, но, видимо, теперь и про пытки узнали…

Вопреки сложившемуся мнению, Бета была одной из немногих в верхушке Отвергнутых, кто предпринимал шаги по улучшению жизни жителей подконтрольных территорий. Вместе с Милией она разработала ряд законов, закрепляющих права людей и социальных меньшинств. Кроме того, именно она уровняла мужчин и женщин на законодательном уровне, пока Милия делала то же самое в отношении людей и полулюдей.