Улей
Шрифт:
Пока он злился на Рут, вокруг начало происходить нечто новое. В противоположном конце коридора что-то загудело, и раздался тонкий перезвон.
По всем ответвлениям подвала разнеслось легкое эхо чьих-то шагов. Такая мелкая, завихряющаяся поступь могла принадлежать только женщине. Он осмелился высунуть нос из-за угла, чтобы подсмотреть.
В красном свете к двери главной темницы шла дама средних лет в белом халате нараспашку. Периодически она оглядывалась, но пока никого, кроме нее, не было.
Данила не мог не заметить, как
Снова раздались уже знакомые гул и перезвон лифта. Женщина чертыхнулась. Оставался последний замок, но ее торопливые движения были неточными.
Кто-то бежал по коридору, и послышалась приглушенная речь: мужская, женская и ломающийся басок тинейджера.
«С Рыжей придут еще двое».
Спина Данилы похолодела. Сейчас все и случится.
«Фиделис, не подведи, прошу тебя…» – думал он, как если бы она могла слышать его.
Но она даже не знала, что он существует и молит ее о чем-то.
Женщина открыла дверь, и на нее сплошным потоком пролился золотой свет. Ее торжество ощущалось всей кожей. Чему же она так радовалась?
Полуоткрытая дверь загораживала проход. Ему оставалось лишь прислушиваться. Вскрик. Металлический скрежет где-то у самой двери. Короткий и странный разговор женщины с девушкой. Они говорили по-английски, и Данила опознал в речи девушки безупречный британский акцент.
«Мирру убьет Рыжая», – вещала Кларисса.
Ту, в белом халате, действительно убили, очень быстро и без церемоний. Опять все сходилось, линия событий текла пока как по рельсам. Но момент расщепления вероятностей был уже близок.
Данила просто зажмурился и ждал.
«Она умрет, и защита спадет. Дай им войти в камеру. Бойся Рыжую, она – очень сильный медиум, а еще безмозглая. Двое других безопасны, но следи за взрослым на всякий случай…»
«Раз. Два. Три. Четыре. Пять…» – зачем-то начал считать он про себя, пытаясь успокоить нервишки.
Из камеры доносился приглушенный разговор. Лязгали цепи и гремели замки.
Значит, и ему пора.
Из кармана джинсов словно сам выскользнул тот самый нож, с которого он начал свой первый ритуал. Маленький камень в ручке как будто озорно подмигнул Даниле.
«Давай сделаем это! Вот же будет потеха!»
«Это будет полный…» – подумал Данила.
Как сомнамбула он направился ко входу и заглянул в узкую расщелину между дверью и стеной. В золотом свете, исходящем от тела Королевы, застыли три фигуры: Фидель, парня в очках и подростка в косухе на два размера больше нужного.
– По-моему, она сдохла. Даже жабры на ушах не двигаются… Мне кажется, она просто недотянула до освобождения. Смотри, я тыкаю ее – и ничего!
–
Нико, убери свой ботинок.– Да ей все равно… Она – труп. Бли-и-ин, тоже мне бог.
Фидель отстраненно взирала на тело Королевы, которое неожиданно перестало подавать признаки жизни. Стоило снять с нее цепи, как она перегорела.
Она медленно подняла на Нико покрасневшие глаза. Тот, как обычно, трепался, шевелил Королеву ногой, пререкался с Саидом.
«Сделай это, моя маленькая Фидель…» – продолжал дрожать внутри нее голос.
Единственный знак того, что на самом деле Королева еще жива. Но она так слаба… Она только на Фидель и рассчитывает.
А та стоит как парализованная.
– Эй… – к реальности ее вернул голос Саида, и его лицо перед глазами обрело четкость. – Это все? Ты… выполнила задуманное?
– Нет, – эхом отозвалась она.
– Слушай, она недотянула до спасения, и это не твоя вина, – нервно произнес он. – Оставь уже это. Прошу тебя, Фидель…
Он заглянул ей в лицо с мягкой улыбкой, и показалось, что ее уговаривают, как ребенка. Из-за его плеча выплыло и растерянное лицо Нико.
– Фидель, ты сделала для нее все, что могла, – вторил малой. – Берем Винсента и валим отсюда уже… Без тебя мы не сможем.
Зубы впились в нижнюю губу, и она почувствовала вкус собственной крови. А рука, все еще сжимающая ритуальный нож, предательски задрожала…
Когда она начала колебаться, Данила понял, что все пропало. Никогда рыжая не выполнит, что должна. Даже Вангу не включай, достаточно просто разбираться в людях на уровне бытовой психологии. Он видел, как с ней говорили парни и как она смотрела в ответ, и понимал: они – друзья, команда. Что бы там Фидель ни поручили Господа, ее лояльность к этим двоим подорвет любой долг.
«Твою ж мать…»
Тогда он решил не медлить. Берешься, так делай. Но последний шанс все же был: попробовать с ней поговорить.
– Она не умерла, – подал голос Данила, быстро войдя в камеру.
Троица встрепенулась и пугливо обернулась на его голос.
Фидель сощурилась, мигом обрастая немыми подозрениями. Откуда взялся этот чумазый блондин? Почему она его не ощутила? Она чувствовала небеса и землю, каждый уголок планеты, если это было необходимо, и особенно в первый день новой луны. А этот взялся словно из воздуха…
Саид с Нико недоуменно воззрились на Хаблова, который старался идти спокойно, чтобы они ничего не заподозрили. Его лицо сохраняло нейтральное выражение, и поэтому никому из троих он не понравился.
– Это что за пень? – тут же начал нарываться Нико.
– Да уймись ты, – сказал Саид, отвесив ему легкий подзатыльник.
Фидель смотрела на Данилу с хладнокровием земноводного и видела больше, чем ее сварливые ребята. Явно медиум, но какой-то странный, словно с него стерли все опознавательные знаки.