Урод
Шрифт:
– Тем более!
– Но как им относиться тогда к тому, что ты закрываешь меня собой?
Мэдин умолк и даже машинально отступил от брата.
– Да, ты защитишь меня, но окончательно убедишь всех в том, что я действительно просто калека.
Он даже не запнулся, проговорив эти слова.
– Прости, но на кону моя честь и единственный шанс ее защитить- это не убегать от правды.
–
– Дерша.
– Почему ты так уверен?
– Потому что сам этот факт может вывести меня из себя, - признался Антракс, надевая белую маску, специально созданную для этого дня. – Если я не готов к суду сегодня, то я не готов к тому, что ждет меня в будущем, так что считай это естественным отбором в действии, не так ли Бог Войны решает судьбы своих подопечных?
– Не смешно, - пробормотал Мэдин, понимая, что обсуждать им больше нечего.
Все это действительно напоминало Антраксу тот далекий уговор с отцом, та давняя игра, в которой главное было не оказаться пойманным, и вот спустя двадцать лет его все же поймали. Что ж, он сам виноват. И потому он даже улыбался, благо эту мягкую улыбку скрывала маска.
– Ты занимаешься ремеслом вопреки своему титулу, - продолжал Дерша.
– Нет, - отвечал Антракс с легким пренебрежением.
– Но ты занимаешься медициной.
– Да.
– Ты лично лечишь людей нашей страны.
– Да.
– Ты неоднократно покидал Эштар чтобы вылечить иноземцев.
– Да.
– И тебе платили за это.
– Да.
Антраксу становилось смешно от того, к каким мелочам цепляется его обвинитель.
– И ты все равно утверждаешь, что ты не ремесленник? – Дерша от негодования даже задал вопрос вместо утверждения.
– Да, - с легкой насмешкой ответил ему принц.
Дерша выдохнул и обратился к совету:
– Да он не принимает даже самые простые законы.
– Нет, - ответил ему принц, сохраняя хладнокровие.
Дерша вновь обернулся, посмотрел на него прищурившись и заговорил:
– Ты состоишь в переписке с Зилом Мендом.
– Да.
– Зил Менд был советником короля Манра.
– Да.
– Это политическая переписка.
– Нет.
– Но захват Ливленда вы обсуждали.
Дерша достал из рукава мантии письмо и протянул его самому ближайшему человеку из совета.
– Да, - без малейшего сомнения ответил Антракс.
– И это, по-твоему, не политика?!
– Да.
Принц с трудом заставил себя не смеяться, но едва заметные насмешливые нотки все же прорвались в его ответ.
Дерша улыбнулся.
– А граф Ливель из Авелона, - вдруг произнес он.
Антракс молчал.
– Граф Ливель будучи единственным потомком Айвана, короля Авелона, отрекся от прав на престол.
– Нет, - тихо проговорил Антракс, можно даже сказать, с сомнением.
– Не отрекся? – удивился Дерша.
– Нет.
– Ах… он не единственный потомок, - с насмешкой протянул Дерша. – Значит ты тоже наследник
Айвана?– Нет.
– Но потомок.
– Да.
Стало на мгновение тихо.
– У тебя планы на трон Авелона?
– Нет.
Этот ответ был таким категоричным, словно речь шла о чем-то, чем Антракс просто брезговал.
– Ты поклоняешься Авелонским богам.
– Нет.
– Но статуя Снежного Бога стоит в одном из покоев замка.
– У меня она тоже стоит, - вмешался внезапно Эеншард. – И все знают почему. И если уж кто-то забыл, то я напомню, моя жена, мать Антракса, дочь короля Айвана, поклонялась Снежному Богу и две статуи стояли в северном крыле со времен моей свадьбы. После смерти королевы одну из них я велел перенести в южное крыло, а вторая осталась в северном, и как там стояла, так и стоит вот уже двадцать семь лет, и стоит она дольше, чем он ходит по этой земле.
Никто не ответил ему, да и Дерша не сразу решился заговорить, видимо сомневался еще какое-то время.
– Ты привез из другой страны ребенка.
– Да.
– И это не твой ребенок.
– Да.
– Но ты назвал его сыном.
– Нет.
Дерша удивленно посмотрел на Антракса.
– Он называет тебя отцом.
– Да.
– И ты позволяешь ему это.
– Да.
– А потом назовешь наследником.
– Нет.
– Даже если никто не родит тебе сына.
– Да.
– А может ли кто-то вообще родить тебе ребенка.
Антракс задумался. Вопрос показался ему некорректным, неточным и неоднозначным, но взвесив все, он выбрал вариант, который счел самым верным:
– Да.
– Только от твоих рук никто никогда не забеременеет, - с насмешкой проговорил Дерша.
Среди членов совета прокатился смешок. Мэдин едва слышно выругался.
А Антракс ответил даже на это самым невозмутимым тоном:
– Да.
От такого ответа Дерша даже вздрогнул, подавившись своим смешком. Ему вдруг стало страшно, словно он только сейчас понял, что вышел в прямое противостояние с опасным человеком, но чтобы взять себя в руки он решил довести свою издевку до конца.
– Ты хоть знаешь, что вообще следует делать с женщинами?
– Да.
Голос Антракса даже не дрогнул. Упоминание Авелона явно волновало его куда больше глупых шуток ниже пояса.
– Тогда, пожалуй, у меня осталось лишь одно утверждение: ты калека и евнух.
Антракс ответил не сразу, но не от того, что его шокировало это заявление или сбило с толку, скорее раздумывая, оценивать это заявление как часть обвинения или счесть оскорблением. Решив для себя эту моральную дилемму, а заняло это не больше трех секунд, он спокойно ответил:
– Нет.
Дерша ничего не сказал и только развел руками, явно работая на публику. Мужчины совета о чем-то переговаривались, затем один из них с пышной черной бородой заявил:
– Пусть первой отвечает женщина.
– Иди в центр зала, - проговорил Мэдин, буквально толкнув Лилайну вперед.
Только теперь девушка поняла, что она единственная женщина во всем зале. Даже Лен-Фень была по другую сторону запертых дверей. Дрожа от ужаса, она все же сделала несколько шагов, прошла мимо Антракса и в отчаянном ужасе предстала перед мужчиной, взявшим ее силой.