В игре (сборник)

Прямо передо мной вертится гаусс-ган. Самое мощное оружие из доступного мне в игре по классу. Подняв его, я делаю шаг вперед. Ноги слушаются с трудом.

Практически не таясь, я выхожу в зал. Из тоннеля напротив навстречу мне выходит изящная фигурка.

Разведчик. Дэльфи. Мелани. Мне кажется, я сейчас потеряю сознание.

Она идет навстречу. Ее руки пусты. Закинув гаусс-ган на плечо, я, пересилив слабость, делаю еще шаг. И еще.

Мы стоим в полуметре друг от друга. Ее зеленые глаза, полные слез, смотрят на меня. Я поднимаю забрало шлема. Она повторяет мое движение.

Миг – и я стискиваю ее в объятиях. Рядом с нами гудит столб энергии. Она поднимает голову и смотрит мне в глаза. У меня кружится голова.

– Две минуты до разряда, – шепчет она. – Я… я не хочу уходить вот так. Поцелуй меня. Пожалуйста!

Я наклоняюсь вперед и падаю в бездну зеленых глаз. Наши губы находят друг друга. По моему телу пробегает дрожь.

Я никогда не целовался в игре. Благодаря полному погружению этот процесс здесь такой же волнующий, как и в реале. Я чувствую сквозь броню, как колотится сердце Мелани. Прости…

Она едва заметно вздрагивает и отстраняется от меня, когда клинок «Нетопыря», нежно раздвинув бронепластины, вонзается ей под левую грудь. Тело девушки обмякает в моих руках, а зеленые глаза затягивает поволокой.

Прости меня, Мелани…

* * *

– Бармен! Повтори!

Человек за стойкой покосился на меня, покачал головой, но взял с полки квадратную бутылку «Джек Дэниэлс» и набулькал полный стакан.

– Не разбавлять? – Парень посмотрел на меня испытывающим взглядом.

– Не… Ик! Не разбавляй!

Он пожал плечами и толкнул ко мне стакан. Из-за уже изрядно нарушенной координации я расплескал жидкость на стойку. Бармен закатил глаза и полез за тряпкой. Осуждающе взглянул на меня. Да пошел он!

Я отхлебнул и жадно затянулся сигаретой.

После турнира меня высадили там же, где и забирали. Я вылез из автобуса и пошел прочь, когда меня окликнули:

– Эй, чемпион!

Я медленно повернулся. Вот сейчас мне всадят пулю в лоб. Никто не будет оставлять такого свидетеля.

– Подойди сюда.

Я послушно иду. Мне все равно.

– Если вдруг надумаешь в полицию идти, сначала взгляни на это.

Человек в маске сует мне что-то в руку.

Флешка.

Безразлично кивнув головой, я вновь поворачиваюсь и иду.

– Спасибо, чемпион! – раздалось сзади. Это тот охранник, что ставил на меня. Плевать.

В кармане жужжит смартфон. Достаю, гляжу на экран. Сообщение. Две группы цифр. Номер счета и пароль. Хм. Я – миллионер?

Дома я включил компьютер и воткнул накопитель в разъем.

Видео. Запускаю.

Да, в полицию я не пойду. На видео – нарезка роликов с турнира, где красочно, во всех ракурсах, видно, как я убиваю людей. Я стискиваю зубы.

* * *

В этом баре я сижу третий вечер. Днем еще терпимо, а вечером, когда стихает городская суета, на меня накатывает. Тогда я накидываю куртку и иду в бар.

Бармен сначала пытался меня разговорить, но хватило одного моего взгляда, чтоб он забросил эту идею.

Я наливаюсь виски по макушку каждый вечер. И все не могу понять, что же именно я хочу забыть. Взгляд Мелани, когда клинок моего ножа вонзился ей в грудь… или тот металлический стук, с которым упал на пол пистолет, вывалившийся из ослабевшей девичьей руки?

Я не знаю. Я просто пью.

Шамиль Алтамиров Особая игра

– Вспышка справа! Давите его! – крикнул я Монстру, отправляя в окно на третьем этаже гранату из подствольника. Вспышка термобарического заряда. Опаленный труп с выпученными глазами и вывалившимся языком вышвырнуло прямо на мое укрытие. Тем временем Монстр, Требор и Гюнтер, перевернув автомобиль набок, закрыли проулок между домами и принялись поливать из пулеметов улицу, прикрывая штурмовиков Тора, пока те не заняли квартиру на втором этаже дома напротив.

Один за другим из окон потянулись дымные следы – ракеты Тора устремились к цели. Зеленая неуклюжая коробочка броневика, ползущая в конце улицы, вспыхнула как спичка. Красные бросились врассыпную от горящей машины.

Выглядываю из-за угла: наверху что-то мелькнуло. По крыше вытянутой пятиэтажки крадется снайпер красных, заходит хевиганнерам в тыл. Ну уж хрен тебе, «неверный»! Пятикратный оптический прицел винтовки приблизил лицо снайпера, примостившего длиннющую винтовку на краю крыши. Давлю на спуск, отдача бьет в плечо. Голова красного лопается как воздушный шарик, тело ползет к парапету.

Меняю позицию. На бегу даю команду в батлчат: «Сбор за ангарами». Зеленые и пожелтевшие точки задвигались на карте, снимаясь с позиций, стекаясь в указанное место.

– Во-оздух! – разнеслось по улице. Воя турбинами, над головой прошел транспорт, сбросив контейнеры на парашютах. Не успев приземлиться, контейнеры с лязгом раскрылись.

Это прибыли боевые андроиды, тяжелые, отдаленно схожие с человеком, вооруженные до зубов машины убийства. Прикрываясь энергощитами, роботы принялись обстреливать плазмой дом с засевшими штурмовиками Тора. Пули желтыми вспышками сгорали на голубоватой поверхности силовых щитов. Ракеты штурмовиков рвались, не долетая до цели трех метров.

Целый дом превратился в решето. От плазменных зарядов стены расплавляются как масло.

«Жестянки зажали нас, Кэп! Не можем выбраться», – Тор буквально кричал в чат. Его лайфбар сократился до шестидесяти процентов. Отряд его штурмовиков таял буквально на глазах, показатели боеспособности из желтого перешли в малиновый и красный.

– Гюнтер, нужен танк! Гюнтер!

Рация молчит. Вызываю командирскую карту. Меню, заказ вооружения: винтовки, ракеты, боеприпасы… Танк «Абрамс М1А2». Побежали пункты характеристик: вооружение, боезапас… Вот броня: активная, динамическая, энергощит. Цена. А сумма кусается… Но шкуры парней дороже.

На секунду задумавшись, подтверждаю покупку. Со счета команды списался один миллион двести тысяч кредитов.

Танк, выкрашенный в серо-желтый камуфляж, появился на пустыре, позади одного из разрушенных домов.

– Гюнтер, лезь на место механика-водителя, парней вытаскивать нужно! – скомандовал я, взбираясь на броню.

– Не полезу.

– Что за… ты охренел, зэк?

Оперевшись о борт танка и приняв расслабленный вид, Гюнтер выдал:

– А зачем мне эти терпилы? Пусть их железяки поджарят хорошенько. Мне начхать. Много чести, чтобы я их спасал, рисковал своей шкурой. Н-е-е. Тебе нужно, ты и иди. Не держу.