В Кольце

11

6 ноября

Сегодня ночью дроны взорвали военную часть. Из сотни человек осталось четверо и Сережа привел их сюда. Один пожилой мужчина — Борисыч — ранен. Еще трое ребят — Максим, Вадим, Игорь — молодые солдаты, вроде целы, но по глазам видно, что сами в шоке от случившегося. Страшно осознавать, что погибло столько людей. Еще страшнее, что следующей целью могу быть я. Надо усилить безопасность, следить за небом и как-то расположить новых жильцов. Этот домик слишком мал.

До сих пор не понимаю, почему не сказала Бате о беспилотниках. Ведь я знала, я защищала свой дом. Со слов ребят, они понятия не имели, что будет еще какая-то волна. Жили как раньше, не занавешивали окна и не следили за теплом. Получается, я косвенно виновата в их горе. Надо было всего-то сказать Бате, чтобы был осторожен. Он бы послушал.

Утром ребята во главе с Сергеем пошли в часть, а я с Борисычем отправилась ремонтировать мой дом. Обугленный диван стоял посреди участка, стыдливо покрытый слоем снега. Словно прятал свои изъяны. Хороший был диван и цвет необычный — темно — бирюзовый. Надеюсь те сволочи, что чуть меня не сожгли, попались карателям и они их вздрючили по самое не балуйся.

Борисыч долго обходил дом по периметру и с радостью сообщил, что стены целы, хоть и подкопчены. В доме вполне можно жить. Потом мы вместе вынесли на улицу непригодные вещи и затопили камин. Удивительно, он почти не дымил. Словно понял наше бедственное положение и решил работать как надо.

Никто из новых жильцов не знает о подвале в маленьком доме. Там гора еды. Надо как — то все перенести в мой дом. Не хочу, чтобы моей едой распоряжались непонятные люди. Может это и неправильно, но я, блин, спину сорвала, пока таскала и все рассчитала до самого лета. Теперь еды хватит месяца на два, а то и меньше.

***

— Ну что, допиваем чай и занимаемся окнами? — Борисыч сидел на кухне, оглядывая гостиную, мирно потрескивающий камин и остатки красивых штор. Тех самых, что Саша привезла в первый день конца света.

— Да, давайте так. На втором этаже можно окна вообще заколотить. Кому сейчас в спальнях нужен дневной свет? Надо только где — то одеяла или утеплитель найти. А лучше и то и другое.

Пока Борисыч проверял уцелевшие дома в поисках стройматериалов, Саша осталась в доме разбирать хлам в спальнях. Мародеры перевернули все вверх дном. Остались только летние вещи, да трусы. Куда пятерым столько барахла? На большой хозяйской кровати остался сиротливый матрац и пару декоративных подушек. Постельное белье в шкафу до сих пор хранило запах копоти. Сейчас бы все перестирать, да только света нет, чтобы машинку запустить.

Девушка еще раз обошла свои владения. Большая гостиная, камин с разводкой по дому, кабинет и три спальни на втором этаже. Можно убрать стол из кабинета и поставить пару кроватей в гостиной. При желании здесь смогут жить человек десять, а то и больше. Будет настоящая общага. Зато все под одной крышей. А бабу с намалеванными губищами отправить в тот дом. Чем дальше от Сергея она будет, тем лучше. Лишь бы он к ним не ушел.

К обеду Саша и Борисыч расправились с окнами, закрыв их одеялами и пледами в несколько слоев. Дом стал куда страшнее и депрессивнее, зато безопаснее.

— Здесь много места. — Борисыч сидел на краю кровати, растирая посеченную ногу. — Все бы могли с комфортом разместиться.

— Знаю. Уже думала об этом. Давайте вечером поднимем этот вопрос. Если решим переезжать, то вы даже не представляете, сколько всего надо из того дома перевозить. Одних газовых баллонов штук двадцать.

— Ребята закончат в части и помогут. Вы же теперь не одна.

***

Сергей с солдатами вернулись в маленький дом уже потемну. В их глазах была бездонная пустота. Даже Борисыч не решился устраивать расспрос — и так понимал, что ничего хорошего они в разрушенной части не увидели.

Они молча умылись, молча сели есть. И только когда Саша поставила в центр стола бутылку дорогущего коньяка, задорный огонек на мгновение вспыхнул в их глазах.

— Подумала, что сегодня это к месту. — прокомментировала девушка.

Борисыч, прихрамывая, раздобыл разнокалиберные рюмки и ничуть не труся перебинтованной рукой, разлил бутылку всем поровну.

— Видна рука профессионала. — заметил Сергей, вертя в руках граненый стограммовый стаканчик.

— Такое не пропьешь. — усмехнулся Борисыч и поднял до краев наполненную рюмку. — Ну давайте, братцы, помолчим минутку. За тех, кто сегодня не с нами.

После первой рюмки сидящие за столом оживились, начались разговоры по делу и не только. Как — то незаметно на столе появилась вторая бутылка. Ну право же, что такое одна бутылка на шестерых? И вот уже вторая бутылка подходила к концу. За столом смех и истории из жизни, в глазах хмельной огонек и шаткое ощущение мира. Возможно это был самый душевный вечер за последние полгода и никто не посмел омрачить его.

Ближе к полуночи гости разбрелись кто куда. Игорь уже храпел на втором этаже. Вадим, самый молодой, с книжкой у свечки. Сергей и Максим сидели за столом, а Борисыч вальяжно развалился на стуле, положив руки на объемный живот. Саша убрала со стола и начала собираться.

— Ты куда? — удивился Сергей.

— Домой. Я же говорила, мы с Борисычем дом в порядок привели, камин растопили. Не на полу же мне опять спать.

— Хороший дом, добротный. — подтвердил Борисыч в полудреме. — Места на всех хватит.

— Так и чего сидим? Пойдемте посмотрим? — предложим Максим, подрываясь с места. — Мне тоже на полу не в кайф спать.

— Нежные какие стали. — пробубнил Борисыч, приоткрыв один глаз.

— Тебе, дед, хорошо говорить, ты на диване спал.

— Ночью никто никуда не пойдет. — Сергей встал посреди гостиной, перекрывая Саше путь к двери. — Переездом займемся позже. Что у тебя за привычка делать все и сразу?

— О, извините, Сергей Батькович, может все дело в том, что я привыкла быть одна? — съязвила Саша и демонстративно бросила шарф на диван. — Для одного этого дома достаточно. Для толпы в шесть человек он до смешного мал. А если ты приведешь свою барышню с накрашенными губищами, то нам и повернуться негде будет!

— Барышня — это хорошо. — мечтательно пробормотал Борисыч.

— Да что ты привязалась к накрашенным губам? — взорвался Сергей громогласным голосом. Максим затих, Вадим оторвался от книжки и даже Борисыч открыл глаза. — Не надо все дела смешивать в одну кучу, только хуже делаешь. Дай время со всем разобраться!

Мгновение взгляд Саши источал ужас. В ее же доме, в ее маленьком мире, в котором все более менее работало как надо, какой — то мужик посмел на нее наорать. По какому праву? Сделав глубокий вдох, девушка ястребиный взглядом посмотрела на разъяренного мужчину и тихо, но четко произнесла:

— Никогда не смей поднимать на меня голос. Ни — ког — да.

***

Саша с трудом добралась до своего дома, хоть идти было пятьсот метров. Кромешная тьма на улице, ни света луны, ни фонаря. Только белый снег позволял видеть едва различимые очертания дороги и заборов.