В Plaz’e только девушки

Мысли о Ереме беспокойно теснились, напирали друг на друга, отталкивали одна другую. У меня так разболелась голова, что я прикрыла глаза и незаметно для себя задремала.

Долетели мы нормально. Приземлились мягко. Я обернулась к соседке:

– Ну и как?

– Даже не знаю, что на меня нашло, – рассмеялась она.

«Да уж, вряд ли бы ты стала победительницей «Битвы экстрасенсов», – злорадно подумала я, но тут же поймала себя на мысли – вот тебе и роковое предчувствие… Выходит, не всегда они сбываются.

Но почему так нервничал Ерема? И это предсказание пляжной гадалки… Оно-то сбылось… Совпадение? Или он сам ускорил свою кончину, не вовремя «захотев выйти»?

Дома меня ждал сюрприз – мой Димон вернулся! Поэтому первую ночь после приезда я опускаю, скромно потупив очи… А на следующее утро, пока усталый муж еще спал, я принялась за дела. Прежде всего позвонила Аленке, своему младшему (только по возрасту) компаньону. В мое отсутствие главой «Кошкиного дома» была она – подруга и совладелица нашего агентства.

– Ой, Вася! – завопила в трубку непосредственная Аленка. – Как съездила? – И замолчала, видно, ожидая, что я взахлеб начну рассказывать о заморских впечатлениях. Так бывало всегда. Но не в этот раз. Особо хвастаться было нечем.

– Ты что молчишь? – встревожилась Аленка.

– Устала просто, потом расскажу… – обтекаемо ответила я. – А как наши дела?

– У нас полный облом! – «обрадовала» соратница. Но я не сильно расстроилась. Постоянные проблемы – наше обычное состояние. Люди и кошки – сочетание противоречивое, рождающее массу сложностей. И неизвестно, с кем труднее: с кошками или с людьми.

– Что произошло? – спокойно спросила я.

– Кризис, Вася! – вернула меня в нашу действительность Аленка. – Заказов стало меньше, как, впрочем, и новоселов.

– Люди перестали покупать? – Я имела ввиду новые квартиры.

– Люди перестали платить, – объяснила она.

– Ясно, – вздохнула я. – Что делать будем?

– Есть у меня одна идея, Вася… – загадочно намекнула Аленка.

Не успела повесить трубку, звонок. Посмотрела на определитель – Вероника Круглова. Та самая, о которой мы с Еремеем недавно вспоминали. Ника – женщина деловая, зря трезвонить не станет. Не в ее правилах попусту трепаться. Раз сама объявилась, значит, плохи дела. Что может быть хорошего, если звонит редактор криминального отдела.

– Как отдохнула, Вася? – начала она издалека.

Я почувствовала, что спрашивает совсем не о том, о чем действительно хочет спросить.

– Нормально… – лаконично ответила я.

Она забеспокоилась:

– Ты что так сухо?

Видно, я нарушила какой-то неписаный закон человеческого общения. И хотя радоваться было нечему, преувеличенно бодро воскликнула:

– Отдохнула потрясающе! Море теплое, солнце жаркое, фрукты вкусные!

– Не хочешь говорить – не надо…

Вероника не первый год меня знала. Видно, не так и не то я говорю, как принято после «потрясающего отдыха». Но продолжать расспросы она не стала, сказала деловито:

– У меня к тебе предложение, Вася.

– Какое?

– Не по телефону. Подъезжай вечером в редакцию. Номер сдадим и поговорим. Как раз о твоей Индии.

– Хорошо, Вероничка.

Я не стала ни о чем расспрашивать – «не по телефону», так «не по телефону».

– Часам к шести подгребу.

Я обрадовалась ее звонку. Вероника – именно тот человек, кому можно откровенно рассказать о том, что со мной произошло.

– Что случалось, Вася?

Сзади неслышно подошел Димон и обнял меня, еще теплый со сна.

– Ты о чем? – вздрогнула я от неожиданности. – С подругами общаюсь.

– Это я слышал, не понял только, почему ты никому про свой отдых не рассказываешь. И мне тоже…

– В этом ты сам виноват! – парировала я.

Действительно, вчера он почему-то про Индию не вспоминал. Да и как я могла ему что-то рассказывать, если к моим губам были прижаты его губы…

– Я же не чревовещатель, Димон, – намекнула я на вчерашнюю ночь. Но хитрость не удалась.

– Сейчас расскажи…

– Слушай, Дим, – заговорила я о другом, – мне тут Вероничка звонила. Приглашает вечером к себе. Ты не против?

– Мне тоже надо на работу заехать, – вспомнил он озабоченно. – Хочешь, я тебя потом у редакции встречу?

– Вечером созвонимся, ладно?

– Так что в Индии, Вася? – не отставал он.

– Димон, в Индии, между прочим, по утрам совершают омовение, а разговоры разговаривают по вечерам, – нашлась я. – Ты пока пойди умойся, что ли. Душ прими. А мне надо побыстрее завтрак приготовить. Сейчас Аленка прискачет. Давай я тебе сегодня всю ночь про Индию буду рассказывать, как Шахерезада.

– Ну… – сразу пошел он на попятную, – всю ночь-то зачем?

– На тебя не угодишь… – Я хмыкнула и отправилась на кухню, а он – в ванную.

Далась ему та Индия! Ну не хотелось мне рассказывать о своем незадачливом отдыхе. Тем более Димону. Как объяснить встречу со старым приятелем, совместный отдых и его неожиданную смерть? К тому же я чувствовала неловкость из-за того единственного, совсем не дружеского, поцелуя Еремы. Это, конечно, не измена и даже не полуизмена. Но все-таки, все-таки, все-таки… Такие «сказки» совсем не для мужа.

Меня спасла Аленка. Только мы сели за стол и Димон, намазав поджаристый тост маслом, открыл рот (наверняка, не для того, чтобы откусить кусок, а чтобы спросить «про Индию»), раздался звонок в дверь. Аленка нагрянула как никогда кстати.

Вместе мы выпили по рюмочке знаменитого индийского ликера «Старый монах», и разговор за кофе пошел утренне-нейтральный, ни о чем. Потом, нежно поцеловав спешащего Димона, я вернулась на кухню к Аленке. И тут она мне такоевыдала, что стало совсем не до Индии…

За три месяца до…

Яна вошла в комнату, внешне похожую на служебный кабинет – стеллажи со специальной литературой, стол с непременным ноутбуком, несколько телефонов на приставке у окна. Но с деловой обстановкой не вязались летящие светлые шторы, мягкие обнимающие кресла по обе стороны от журнального столика, а главное, запах – теплый запах вечернего луга. Он расслаблял, напоминал о сумерках на нагретой за день террасе, непременной кружке парного молока, суетливых мотыльках, летящих на яркий свет старомодного дачного абажура…

Яна посмотрела на огромный букет осенних садовых цветов в вазе на журнальном столике и невольно улыбнулась. Из-за этой охапки астр, флоксов, мальв, хризантем, ромашек и васильков кабинет утратил казенный вид, а его импозантный хозяин казался нестрогим.

– Присаживайтесь, – приветливо пригласил человек в сером льняном костюме.

В кабинете он был один. Взгляд изучающий, но искренняя улыбка настраивала на доверительную беседу. «Ишь ты, искуситель, – Яна еще раз посмотрела на простодушный букет, потом на притягательного собеседника – змей в цветах». Она даже тряхнула головой, словно отгоняя неуместные детские воспоминания. Села напротив работодателя, вежливо улыбнулась в ответ. Ей эта работа была не нужна. «И нечего меня охмурять!» – подумала она, решительно выпрямившись в кресле.

– Вы сейчас работаете… – не спросил, а констатировал он.

Яна забеспокоилась – откуда он узнал? Врать не хотелось – всегда заметно.

– Да, – не стала она отрицать, – работаю, но хотела бы работу поменять.

– Вот как? – еще шире улыбнулся он. – Но ведь в нашем объявлении не сказано, какого рода деятельностью вам предстоит заниматься.

– Д-да, – растерялась Яна, – не сказано…

– Почему же вы решили поменять свою работу неизвестно на что?

Ловко он загнал ее в тупик! Надо было как-то выкручиваться.

– Высокий оклад, который вы пообещали – лучшая реклама в период кризиса, – нашлась она.

– Так… – кивнул он, словно засчитал ее ответ, но тут же сделал новый выпад. – И вам при этом все равно, чем заниматься?

Их словесный поединок становился напряженным. Яна поняла, это не собеседование. Он играет с ней, как опытный кот с легкомысленной мышкой, которая сдуру, расхрабрившись, решила незаметно дернуть его за хвост. От его пронизывающего взгляда Яне стало не по себе.

– Нет, мне не все равно, чем заниматься, – возразила она, – но ведь я всегда могу отказаться… Если то, что вы предложите, мне не подойдет.

– Логично, – похвалил он ее, – однако нам нужны женщины с самой обычной внешностью.

– А у меня чем необычная?

– Вы красивы… – равнодушно ответил он.

– Разве это минус? – попыталась кокетничать она.

– В данном случае, да. Здесь серьезная организация, а не стрип-шоу, не бордель и не кабаре. Для нас важны деловые качества женщин, а не их внешние данные.

– Красота не исключает деловитость, – возразила Яна, – смотря что за работа…

– Яна Антоновна, – он слегка хлопнул ладонью по столу, словно ставя точку в затянувшейся безплодной дискуссии, – боюсь, вы нам не подходите. Поэтому мне не хотелось бы занимать ваше драгоценное время, посвящая в тонкости дела, которым вам все равно не придется заниматься. К тому же… – он замолчал пристально глядя на нее.

– Что? – насторожилась она.

– Вы лукавите, а это, согласитесь, не честно.

– Почему же?

– Вы прекрасно устроены, Яна Антоновна. Работаете в известном журнале…

– Откуда вы… – начала было она, но осеклась.

Он глазами показал на свой ноутбук. Она подошла, взглянула на экран. Он всего лишь вышел в Яндекс и набрал «Яна Куприянова». Там был целый ряд ссылок на ее публикации.

Какая же она идиотка! Представилась бы чужим именем! Впрочем, вспомнила она, это невозможно. Ведь до начала собеседования секретарша сняла копию паспорта каждой из соискательниц. Яна не понимала – к чему такая проверка, но, взглянув на непроницаемое лицо своего несостоявшегося шефа, сочла за лучшее откланяться.

– Что ж, извините. Всего хорошего.

Она встала.

– И вам того же… – снова ласково улыбнулся он.

Яна вышла из кабинета растерянная. Со своего места на нее испуганно смотрела Вера:

– Ну как?

– Никак, – с досадой ответила Яна, – меня не приняли.

– Ой! Тебя?!

Яна поняла, что хотела сказать ее новая знакомая: «Ну, если тебя не взяли, то где уж мне». У Веры на глазах появились слезы.

– Пойдем… – она встала.

Но Яна, положив ладони ей на плечи, усадила на место:

– Подожди… – задумчиво сказала она, – я думаю, ты как раз подойдешь.

– Почему? – удивилась Вера.

– Мне так кажется… – не стала вдаваться в подробности Яна. – Попробуй. Не получится, я тебе помогу. Обязательно потом позвони мне. Ладно? – настойчиво попросила она.

– Позвоню… – Вера преданно посмотрела на нее.

На столе секретарши раздалась знакома трель. Она сняла трубку, послушала и с холодной вежливостью посмотрела на Веру:

– Вера Ивановна, проходите, пожалуйста.

Яна подняла ее за руку, подтолкнула к кабинету:

– Иди!

Вера только кивнула и робко приоткрыла дверь:

– Можно?

Яна посмотрела ей вслед и вышла из приемной.