В сетях инстинктов

Прежде чем Светлана покинула здание, где снимался новый клип Ксении, она решила попытаться увидеть Розенбаума после обеда и заехать в отдел после этого, чтобы обработать полученные сведения. Тогда она позвонила в офис 'Проминвестбанка'. Розенбаума не было на месте, но когда Светлана спросила у его секретарши, когда он будет, женщина быстро проверила календарь Розенбаума и назначила встречу на три часа дня.

Она поехала на запад по автостраде и потом на север, на горизонте показался деловой центр города, все отчетливее видимый через ее ветровое стекло, возвышающееся крышами высоток над пышными пологами деревьев. Движение на автостраде также было оживленным в обе стороны.

Офис Бориса Розенбаума находился в сером как дым стеклянном здании, выстроеном совсем недавно к олимпиаде. 'Проминвестбанк' занимал весь верхний этаж восьмиэтажного здания, и офис Бориса Розенбаума как исполнительного директора, было нетрудно найти, спросив в главной приемной. Секретарь банка вежливо провел Светлану в офис, который был светлым и прростоным, обставленный современной техникой.

Розенбаум стоял у окна, когда Светлана вошла. он подошел к столу, чтобы пожать ей руку, предложив Светлане один из двух плюшевых кожаных стульев перед его столом. Он взял другой. Крупный спортивный человек в темном костюме, Розенбаум был горбоносым и красивым с довольно длинноватыми волосами серовато-коричневого цвета. Он, должно быть, родился в начале семидесятых. Его поведение было доброжелательным, но прямолинейным. После знакомства он немедленно перешел к делу:

– Вас интересует, наверное, мои отношения с покойным Иваном?
– Он был любопытным, не зажимался.

– Да. Мы всем задаем этот вопрос. Всем, кто был знаком с Одесским.

– Я спонсировал его концертную деятельность, финансировал клипы с его участием, помогал с организацией гастролей. Наше сотрудничество продлилось чуть меньше года, потом мы не общались. Мы прекратили контакты где-то полгода назад.
– Он производил впечатление человека, доводящего до конца все, что он уже решил делать.

– Вы были женаты?

– Моя спонсорская и организаторская деятельность разрушила мой брак. Скорее я его разрушил.
– Он выглядел смущенным из-за того, что только что сказал.

– Ясно. Извините, у вас нет кофе или минералки?
– Светлана еще ощущала последствия загула накануне.

– У меня еще осталось немного кофе, - сказал Борис, вынимая из шкафчика чашки и блюдца. Он разлил кофе из алюминиевого кофейника по чашкам и добавил сливки Светлане из маленьких пластиковых упаковочек, которые раздают в самолетах и поездах, размешал и подал ей.
– Я не позволяю никому готовить кофе для меня, особенно секретаршам, все делаю сам, - объяснил он.
– Мне нравится покрепче, и я пью слишком много его.

Когда он подносил чашку к губам, Возович заметила, что он носит обручальное кольцо. Держа блюдце и чашку с кофе, он скрестил ноги.
– жизнь научила самостоятельности.

– Я заметила, что вы по-прежнему носите обручальное кольцо.

– Да, ношу.

– Вы живете один, господин Розенбаум?

– Да, один.

– Вы можете сказать, где вы были вечером в прошлую пятницу?

– Конечно, я уже заглянул в свой календарь. До семи я был здесь, затем я поехал в ресторан 'Азазель', поужинал в одиночестве - это лучше, чем есть одиночестве дома, - для подтверждения ресторан может представить вам мой чек, затем я пошел в кино. Боюсь, что мое алиби могу подтвердить только я.
– Розенбаум немного усмехнулся.

– Вы с Иваном постоянно занимались садомазохизмом или иногда?
– вопрос сорвался у Светланы с языка, но она не знала, какой задать вопрос в виде прелюдии.

– Да. Вот это уже ближе к делу.
– не повел бровью Розенбаум.
– Мы вообще им не занимались.
– он не спеша потягивал свой кофе.

– Но вы знали о том, что ему это нравится?

– Узнал в самом конце, перед тем, как расстаться с Иваном.

– Каким образом?

– Он мне сказал.

– Что он сказал?

– Да почти ничего. Понимаете, меня это не интересовало.

– Почему вы порвали отношения?

– Иван был очень жадным и капризным, к тому же имел проблемы с алкоголем и наркотиками. В последний раз он был пьяный и ударил меня. Я был взбешен и ответным ударом, сбил его с ног. Я никогда не бил его до этого. Завязалась драка и он сломал мой мизинец, - Борис показал правую руку.
– в конце концов я выкинул его за дверь.

– Хорошо.
– Светлане импонировала откровенность Розенбаума об этих событиях, и чего это стоило ему, освежать в памяти эти события. Поэтому Светлана примирительным тоном задала следующий вопрос, который был, однако, неизбежен в данной ситуации. Она вытащила несколько фотографий из конверта и протянула Розенбауму:

– Я нашла это в его доме. Вы не знаете женщину в кожаной маске?

Розенбаум сделал глоток кофе и затем поставил чашку и блюдце на стол. Он вытащил из кармана брюк платок и тщательно вытер рот. Он делал все это без спешки, используя время, чтобы подумать.

– Без понятия.

– Не знаете, кто это может быть?

– Простите, я не могу вам помочь.
– Мы как-то пошли с Иваном в ночной клуб, точнее в клуб, гле собтраются любителм садо-мазо. Там было пять или шесть девушек. Со всеми Иван непринужденно общался. Мне показалось, что он пользовался услугами некоторых из них прежде. Иван мне дал визитку этого клуба, но я ее потерял. У него тогда как раз начался очередной загул и во время очередного разговора он сказал мне о садомазохизме.

– Как назывался этот клуб?

– 'Черный лис'.

– Вы не знаете, был ли Иван бисексуалом?

– Нет, - Борис покачал головой.
– меня это совершенно не интересовало.

– А как насчет его связи с Ксенией Колчак?

– Я думаю, что это был мезальянс для Ксении. Она постепенно разочаровалась в нем. Он ей нравился только как сексуальный партнер, но не как человек. Она считала, что более глубокие отношения с ним могут негативно повлиять на ее карьеру. Она хотела защитить себя. Ксения умная деловая женщина, и он был обузой для нее со всеми этими наркотиками и запоями.
– Розенбаум кивнул.
– Она была, вероятно, права.

– Не знаете ли вы, - спросила Светлана, - не было ли в их отношениях кого-то третьего?

– Возможно, - Борис не продолжал сразу, его глаза, перемещающиеся беспокойно поверх его стола, как будто он мог бы найти правильные слова там среди обыденного беспорядка.
– - я думаю, -- сказал он наконец, -- у Ксении были мужчины, которые ревновали ее к Ивану.

– - Почему вы так думаете?

– - Вы хотели узнать мое мнение, - Борис смотрел на Возович с выражением, которое сказало ей, что это было, пожалуй, искренне.
– Иван был несчастной, заблудшей душой с более сложной жизнью, чем ему казалось. Не так ли?

Клуб находился на Нагорной, совсем недалеко от гостиницы 'Фидан'. Сергей даже не подозревал, что в где-то в глубинах города могут быть столь интересные места. Именно в таком тихом закутке и располагался садомазо-клуб для состоятельных людей 'Черный лис'.

Въехав на частную стоянку, рассчитанную на несколько машин, Сергей вышел из своего авто и направился ко входу в клуб, который украшал своей мощной и широкоплечей фигурой секьюрити этого заведения. Он вежливо поздоровался с Сергеем, внимательно изучил предъявленное удостоверение, кивнул сыщику, профессионально-подозрительно оглядев с ног до головы, и посторонился, пропуская Платова во внутренние помещения 'Черного лиса'.