В сетях инстинктов

– Ты не поняла меня, - сказала она ухмыльнувшись.
– Я открылась тебе, а ты так и не поняла меня, Елена. Ты не способна понять.

Хлопнув Георгия по ляжке, она вышла из комнаты, оставив его лежать одного, с обконченным сникшим членом.

Бонго лежал на кровати голый, связанный, в темной спальне, освещаемой только слабоватым ночным светильником. Он не знал, который был час: десять вечера? Полночь? Он был ошеломлен и не мог прийти в себя. Он ждал Риту. Где же она? Он хотел продолжения этого вечера. Он хотел понять сущность Риты. Он жаждал этого, пылко хотел знать это. Почему ее так долго нет?

Внезапно сильная рука в медицинской перчатке сжала ему челюсти, а другая ткнула ему в нос обильно намоченную чем-то вату. Жуткая боль наполнила его голову, во рту появился металлический привкус, дикое мычание вырвалось из зажимаемого рта. Из последних сил он закатил глаза и с изумленным ужасом увидел Риту, с респиратором на лице и ее безумный взгляд.

Вся группа согласилась, что ордер на обыск должен быть получен с информированием как можно меньшего количества людей. Сафонову потребовалось пара часов для его получения. В то время как Варламов и сменивший его Девадзе наблюдали за офисом и домом Бонго, Сафонов должен был пройти целое испытание, чтобы найти надлежащего судью для подписания ордера. Он наконец определил его местонахождение в ресторане 'Пабло', где тот устроил торжественный ужин в честь дня рождения своей жены.

Сафонов и судья вышли из ресторанного зала на террассу, где в безлюдном углу, окруженным стеной внутреннего двора, влажность и высокая температура быстро поработали над гладким лбом судьи и его накрахмаленной белой рубашкой. Сафонов еще раньше ввел его в детали расследования, и судья, будучи осторожным и проницательным человеком, задал ряд вопросов после ознакомления с ситуацией, поскольку он не хотел проблем с бойкими адвокатами.

В конечном счете он согласился подписать ордер, используя дипломат Сафонова как подставку.

Сергей, Светлана, Петр и Максим на полицейском микроавтобусе двигались на запад через курортную зону, свет фар встречных автомобилей пронизывали тонкие полосы вечерней влажности, которая висела в воздухе как ленты дыма.

– Как ты себя чувствуешь?
– спросил Сергей Светлану.

– Как часть нашего клиента.

– Мы теперь знаем намного больше о Бонго.

– Я думаю, что если мы ничего не найдем на его рабочем месте, это будет противоречить законам логики и разума.

– Гоча сообщил, что за последние сутки с лишним никто из дома не выходил. Шторы на окнах плотно задернуты.

– Разве мы действуем неправильно?

– Нет, все правильно. Просто ты боишься его не поймать.

– Наверное. Вот уже почти десять лет я ловлю преступников. Сперва я консультировалась относительно некоторых случаев, которые не решались, которые беспокоили меня, отвлекали меня, но сейчас это дело почти свело меня с ума. Эта история извела меня. Не могу прекратить думать об этом. Вижу ее во сне, размышляю об этом. Это вывернуло меня наизнанку. Это первое реальное связанное с работой напряжение, которое появилось с тех пор, как я работаю в вашем отделе.

Светлана смотрела из окна в темноту, то вбок, то вперед.

– Работа так или иначе влияет на нашу жизнь, и я научился справляться с ним. Научишься и ты.
– что-то посмотрел в своем смартфоне Платов.

Разговор не клеился, микроавтобус выехал на адлеровское направление и они ехали по загородной зоне с плотными лесами, примыкавшими к улицам.

– Определяющим был второй труп, - сказал Сергей.
– ну и дальше другие. Теперь их у нас целая коллекция.
– он схватился за поручень, так как находившийся за рулем Суржиков резко сбросил скорость.

– Они поселяются в нашем мозгу как опухоли, создаются тихо и мягко. Ты знаешь, что они там, но ты пытаешься не думать о них. Если ты думаешь о них, они приходят в твою голову снова, начинают убивать тебя снова.

– Ты пытаешься подготовить меня к чему-то?
– Светлана закрыла боковое стекло.

– Тебе не нравится думать о нераскрытых делах - не думай о них, - ответил Сергей, не отвечая на ее вопрос.

– Нам сюда, - сказала Светлана и Максим повернул направо на лесистую улицу, где дома были построены так, что они были окружены плотной стеной соснового подлеска. Единственными видимыми признаками жилья были узкие асфальтированные дорожки, исчезaвшие в густой растительности. Порой свет фар давал жуткие зеленые всплески, отражаясь от низко росшего кустарника, и взору водителя представали жуткие тени.

Максим сильно сбавил скорость и повернул налево в коридор из сосен, кипарисов и кустарников. Он погасил габаритные огни и немедленно повернул направо в улочку, которая вела к жилищу психотерапевта.

Они остановились напротив дома Бонго, таким образом, что они могли наблюдать за входом, не обнаруживая себя. Максим заглушил двигатель.

Вскоре был составлен план. Первыми в дом должны был зайти Сергей, Светлана и Максим. Гоча должен был контролировать террассу, а последним входил эксперт-криминалист, которго в свою очередь, должен был позвать кто-либо из группы.

– Газарова говорит, что неопознанное помещение находится в доме Бонго, на первом этаже, - Возович сняла рубашку и стала надевать на майку бронежилет.

Сергей заметил, что под облегающей майкой не было лифчика. Он равнодушно снял свою верхнюю одежду и тоже стал облачаться в пуленепробиваемую 'начинку'. Полтора года назад, когда Светлану первый раз перевели в их отдел, он предпринял попытку подкатить к Возович в духе модного 'пикаперства'. Попытка закончилась ушибом яичек и расквашенным носом - с боевой подготовкой у Светланы было все в порядке. Больше подобных попыток Платов не предпринимал. Да и он чувствовал, что не слишком отвечает вкусам Светланы.

– У Бонго карабин 'Сайга' и травматический пистолет.
– сказал он.
– ты говорила, что он целился в тебя в тот раз.

– Вряд ли он будет стрелять, не его психотип, - застегивала пуговицы рубашки Возович.
– но надо быть готовыми ко всему.

Наконец они вышли из микроавтобуса. Их шаги хрустели по дорожке из гравия, пока они не собрались непосредственно возле дома Бонго.

– Кто-то там есть, - сказал подошедший Девадзе. Он дежурил в засаде уже несколько часов. От волнения он никак не мог понизить тембр голоса. Вся группа стояла вокруг него, достаточно близко, чтобы чувствовать запах его одеколона.
– Дом было полностью темным, но приблизительно час назад я заметил, что тусклый свет мерцает в окне наверху.

Он повернулся и вся группа просмотрели на макушки деревьев, освещаемых слабым светом из окна верхнего этажа.

– Черного хода ни я, ни Варламов не обнаружили. На задней стороне дома обширная террасса, - продолжал Гоча.

– Что относительно света наверху?
– спросила Светлана.
– Похоже, источник находится в угловой комнате.

– Да, - кивнул Гоча.
– Верхний этаж, крайняя комната.

– Что располагается ниже?

– Гостиная наверное.
– Девадзе озирался.
– Эй, что это, налет? Я думал вы, получили ордер.