В стране Пустоделии
Шрифт:
– Извините, я еще не привык к своему языку. Впрочем, и не успею к нему привыкнуть. Сейчас я вынашиваю одну новую, совершенно оригинальную языковую идею... Подъехал маэстро Безоркестра. Вернее, подошел, а подъехала тележка, которую он толкала впереди себя. На тележке грудились музыкальные инструменты, шланги и приспособления. При их виде у Димки чуть не подкосились ноги.
– Слушай, мальчик, - сказал маэстро.
– Ты уж меня извини -я не смог привезти весь свой оркестр. Но поверь великому музыканту и композитору - инструментов вполне хватит, чтобы с блеском исполнить в твою честь мою гениальную симфу.
– Разрешаю тебе не искать подорожник. Этой осе не удалось убить полубога. Так что вы еще все поживете благодаря моему железному здоровью. Дляблизир поднялся на трибуну и позвонил в заплесневелый колокольчик.
– Милостивые государи! Церемонию восхождения на престол объявляю открытой. Слово для тронной речи предоставляется нашему славному и несравненному Димитрию.
ДОЛОЙ КОРОЛЯ!
Раздались жидкие хлопки. Димка поднялся на трибуну и открыл заготовленный текст. Начало речи несколько озадачило Димку, но он все же принялся читать:
– Подвластные! Позвольте всех вас поздравить! Над Пустоделией восходит новое солнце! Это солнце - я! Теперь вы во всем будете подчиняться мне. Владетели зашевелились. Даже Самоох приподнял голову с подушки. Димка продолжал читать:
– Высочайшим повелением назначаю на завтра субботник. Барону Пустозвону заняться уборкой территории. Князю Лицомвгрязю начать изучать грамоту. Графу Пиф-Пафу и виконту Передеяадье приступить к ремонту моего дворца. Маэстро и Самооху - вскопать королевский огород. Возник легкий шумок. Не обращая внимания, Димка читал дальше: - Кто нарушит мою волю, будет наказан. Его посадят в посылочный ящик без адреса и отправят в неизвестном направлении. Долой!
– раздался вдруг крик. Владетели провинций, размахивая руками и вопя, кинулись к трибуне. Впереди толпы, устрашающе лохматя бороду, шел полубог. За ним - Пиф-Паф с обнаженной саблей.
– Долой короля! В тюрьму его!
– прозой выкрикнул Пустозвон.
– Переделать его в чучело!
– откликнулся виконт на нормальном языке. Под стражу! - взревел Пиф-Паф. - Казнить!
– подхватили все хором. Вид у пустодеев был такой свирепый, что Димка уже мысленно простился с жизнью. Но тут от дверей раздалось:
– Оставьте его мне! Я сам с ним разделаюсь! Я падаю от усталости, но на него у меня силенок хватит! В дверях стоял Шайка Попр с гирей в руках.
ПУСТЬ ПОМНИТ НАШУ ДОБРОТУ
Шайка рванулся вперед, но коленки у него подкосились и, падая, он уронил гирю на ногу Самооха.
– На меня покушение!
– заорал полубог и что было сил принялся садить кулаками в спину Попра. Шайка вскочил и с криком: "Кто против меня, кормильца?!"-ткнул головой в живот Пустозвону. Пустозвон рухнул на пол, подмяв под себя Переде-ладье. Началась свалка. Кто кого колотил, кто от кого защищался -понять было невозможно. Вокруг клубка дерущихся бегал маэстро и наугад наносил удары колотушкой от барабана.
– Ну что вы смотрите? Надо их разнять!
– крикнул Димка Дляблизиру, спокойно наблюдавшему за битвой.
– Вы хотите сказать, что пора прекратить прения?
– спросил тот.
– Какие там прения! Они поубивают друг друга! Димка кинулся к музыкальным инструментам, сваленным возле стены. Взяв в рот шланг, он что было силы дунул.
– Многоуважаемые владетели!
– воскликнул он, подняв руки.
– Только что мы обсудили речь претендента на престол... Все вытащили пальцы из ушей.
– ...Я говорю "претендента". В нашей воле - будет он королем или нет. Так вот, мне кажется, претендент - против сложившихся у нас традиций. А кто против традиций, тот против нас.
– Верно! Правильно!
– закричали пустодеи.
– Предлагаю, - продолжал Дляблизир, - посадить его самого в посылочный ящик и отправить по почте в неизвестном направлении.
– Да вы что!
– зашептал Димка в спину Дляблизиру.
– Сами же обещали отвезти меня домой!
– Обстоятельства изменились!
– бросил через плечо Дляблизир.
– Предатель! Я сейчас расскажу, что ,это вы написали текст моей речи! Ладно, договоримся миром, - шепнул Дляблизир Димке, а вслух сказал. - Но давайте, учитывая молодость обвиняемого, проявим к нему снисхождение. Напишем на ящике его домашний адрес. Пусть помнит нашу доброту.
– Отдайте его лучше мне!
– рявкнул Шайка.
– Я подготовлю из него мастера своего дела.
– Обойдешься!
– закричали пустодеи.
– Сам еще справляешься! Вон какую гирю таскаешь! Да здравствует Дляблизир! Пусть он будет нашим королем! Ура! Шайка сел на гирю и приуныл, а Димка сказал визирю: - Вы же не хотели быть королем! '.. Дляблизир снисходительно посмотрел на него:
– Я не хотел исполнять обязанности. А королем меня просто не избирали. Думали найти 1 что-то получше.
– Ну а зачем это вам? Шишки можно считать и не королем.
– Да, но когда считаешь их королем, то всегда получается больше, важно ответил Дляблизир.
ПОСЫЛКА ОТ БАБУШКИ
На этот раз Димкин папа позвонил директору школы днем.
– Вот уже неделя прошла, а Димы все нет, - грустно сказал папа.
– А сегодня у него день рождения. Мы решили отметить эту дату, как если бы Дима никуда не пропадал. Ждем вас у себя.
– Я непременно приеду!
– воскликнул директор.
– Непременно! Вместе с учительницей литературы и Светой, Диминой соседкой по парте. Вечером все собрались за большим столом. Окруженный шестью чайными приборами, на столе стоял самовар. Один прибор предназначался для, папы, второй - для мамы, три - для гостей, а шестой - для пропавшего Димки. Держа в руке дымящуюся чашку, отец поднялся из-за стола.
– Это я во всем виноват!
– сказал он, печально
глядя на пустующий стул.
Дима! Делай, что хочешь и как хочешь! Лишь бы тебе было хорошо... Чашка в его руках затряслась, и тогда поднялась мама.
– Нет, - сказала она, прикладывая к глазам платок, - больше всех виновата я.
– Дима, теперь я поняла, что не обязательно в жизни что-то знать и уметь. Главное, быть! Мама всхлипнула и принялась мелкими глотками пить чай. Слово попросила учительница литературы.
– Семья не виновата!
– решительно сказала она.
– Виновата школа. Мы не смогли подобрать к Диме ключи. Принимаю обязательство. Я буду всегда, Дима, ставить тебе пятерки, знаешь ты урок или не знаешь. Теперь подошла очередь Светы Коростылевой.