Варварство

Диалог с небожителем

Похорони, чтоб не смердела,любовь, зарой и не скорби.Бесчеловечная всецелопо-человечески кричит.Я знаю этот крик до скрипасухой воды остатка слёз.Как ты могла так слепо влипнуть,не пожалев на это слов?Как ты могла – он не услышал,свернул спектакль, грим густойсмыл, так почувствовала лишнейсебя и мир весь остальной.Советы вновь неблагодарныза чашкой кофе или безподруг, и близких, и вульгарных,что лезут куда бог не влез.Достань закат и полюбуйся,что мёртвое в башке носить.Потеря сна, потеря вкуса,всё это временно, как стих.

Глазунья

Мне постепенно надоело говорить.Словесным измученный похмельем,с молчанием заключил пари.Как много в молчаливом вдохновения,когда так искренни глаза твои.Я наслаждался тем, что не сказал,не выплюнул последним поцелуем,как искренни твои глаза,на истину смотрящие простуюпод лунную дорожку в волосах.Я стал послушен тишине и пустоте,сиюминутно вяжущей устав ночи, набросившей на нас шинель,как звёзды-пуговицы, искренни глазаи губы, развернувшись в карамель.Луна палила голубым теплом,темнее ночь запёкшейся крови.Молчание немедленным посломприобретало недосказанного вид,когда так искренни глаза твои.

Птица

Точно так же, как спелое солнцеприкоснулось щекою к морю,он к тебе прикипел балконцем.– Подожди, я только зашторю.Закрывая взгляд бога на вещии на те, что уже разбросали,обнимались бесстыдно плечи.– Залюби меня вусмерть, vale? [1] Воздух ныл, в нём не было мысли,здесь покою не переспится.Ножки койки полы прогрызли.– Ты меня окрылил – я птица.

1

Vale – (исп.) ладно.

Поэма (мужчина + женщина) – женщина

* * *

Я вам в уши вдую,чем вы сами боитесь отравиться,правду, откусите её простую,исказите гримасой не личики,но уже и не рыльца.Опоносившись смехом предсмертным,осталось всего ничего,откажитесь хоть раз от десерта,оправдав что-то горькое, но своё.Посмотрев на себя, а не в зеркало,почистив не зубы, а мысли,разве вы не замечаете, как померклии жизнь превратили в убийство,как облысели фантазиина фоне великолепия,замазывая, замазываяморщинки своим бесцветием.

* * *

Не кабель оголённый, скорее кобель,развёрнутый шкурой души лирической,пусть строки тащатся, как любовь в постель.Выключу свет, читайте, ей светлеебез электричества.Недосягаемые словом,не я, рассказывать будете вы,с разумом мобильным, даже спутниковымк любви, как к инфекции, не готовые.Не верите в любви моей силу и способ.Докажу, пёс с вами.Я же мужчина, а не философ.Пусть говорят губы, я буду целовать дёснами.

* * *

Вы хотите сыграть со мной в любовники,не боитесь увлечься,умереть безвременно от инфекции сердечной,стоит ли ускорять пульс ровненький?Вы же комфорта во мне ищете,по зубам ли страстей сухожилие?Не смогу на постели лечь красивой вышивкой,у ноги собакой покладистой, лживой.Прав. Со мной будет весело,в этом уверенность жирная.Белый свет своим завесила.Не богиня, вашей чувственности транжира я.

* * *

Вы пытаетесь мне голову заморочитьизморосью взгляда, голоса,считайте, уже удалось, короче,не тратьте на прелюдию всю мою молодость.Вот рука, вот согласие, ключи от сердцаполучите позже,у вас их коллекция?Нет, меня это не тревожит.Несите руку, вам так идётмоя красота внеземная.Сколько раз за жизнь миф о ней слух женщиныобнимает,чёрт,не надоедая.Но вы не повторяйтесь, а то наскучите,как выхоженный вдоль и поперёк бульвар.Боитесь этого заявления?Утолите мне жажду скуки коварнойне прохладой, так отоплением.Даже в такую жаруот горячей любви никто не откажется:от ветвистых сосен-старухдо прозрачных подростков-саженцев.Что за люди, насколько влюбчивы.Хлеб, зрелище, комплименты, слияние.Кто по маленькому сходил в любовь —по большой соскучился,кто в большую вошёл – уже под влиянием.

* * *

С кем же вы целоваться бежалипод куполом, с господом?С одним из его заместителей?Унося копну шёлка ржавоготак стремительно.Или вы спешите к парнюодолжить пару поцелуев,как поезду, приходящему по расписанию,который от вас уже никуда не срулит,в том-то и скука… Ну его.Может, в мужские вечерние губы,вырезанные пунцом в газоне щетины,молитву вдыхая жилистого парфюма,бросились к хищнику за интимом.

* * *

Что же вы раньше мне не сказали,что вы замужем?Моего красноречия губища алые,поди, надоели вам уже.Нет у меня никаких принципов,только вам же после мучиться,надевать на себя дом, словно гостиницу,с лицом провинившейся ученицы.Учить новую роль в старом спектакле,вознося его режиссуру.Чтобы чувства ещё сильнее плакали,не ломайте себе жизнь,не будьте дурой.

* * *

Слух словами избалован,руки кожей,красотой глаза.Вы поделитесь частью от малого,скрывая ожоги,опытом бледненькимстрасть держа.Вы на диване духовке,булочка булочкой кондитерской,был бы острее язык,наглостью слюну свою вытер бы.Пусть поражение отзывается дольше эхом,чем любая победа.Я, свинченный из мышц и меха,хищнее всякого людоеда.

* * *

Вам нужен мой взгляд – держите,для красоты не жалко.Я знаю, что не интересую,но вам-то он необходим,хотя таких уже свалка.Днём и ночью ищете подтверждениясобственной красотыв отражении лиц, зеркал, слов.Таланты без поклонников навязчивы и пусты.

* * *

Вы никогда не сможете меня бросить?Как небо эту звезду безжалостно,даже если возникнут вопросы,от которых ревность сжималась бы?Не ревнивы?Мало кому удаётся это в себе признать.А если я дам вам повод?И взглядзависнет на молчании сиротливо,как эта луна.Не страхуюсь, просто хотела узнать вас лучше,хотя бы как знаю себя.Правы, в человечишке много чуши,но ведь роды её – любя.Как первый признак влюблённости,как первый поцелуй, если хотите.Много ли вы помните первых поцелуев?Мужская память к датам подобным такснисходительна.Вот губы, запишите! Час тридцать, первое июля.