Варварство

На коленях

Потребность витала к тебе, на колени,к напильнику щетинынебрежно рукою застеленной,как та постель из объятий мясных,вспорхнуть, убить поцелуями бледностьгуб и того, что кругом.Из зол отношений самое вредное:зависимость – быть, наркотик – вдвоём.Подсела безбожно, да что там колени,я вывернута, и колотит дрожь,небрежно рукою застеленная,когда ожиданием жмёшь.

О чём ты задумалась

– О чём ты задумалась, дорогая?– Вот уже несколько лет подрядмысли то перистыето кучевые,как те облака,что даль замыкали,не позволяютсбежать.Я думаладенно и нощно,то лёжа, тодлиной проспекта,о нашем союзе,казалось бы, прочном,в логику плюсоводетом.Присутствие жизнив каморке любвидолжно было еёкак-то развлечь,но взгляд потускневшийвсё больше в пыли,и всёмонотонней речь.Не в силахаппендиксомвырезать, мемуарывсё ещё греютза пазухой,хотя ужене настолько красочны,совсем не цветамипахнут,воткнутые в сердце,как в вазочку.Конвульсии настроенияне прими за мольбу,откровениезрелов вопросе.Я жаловаться не ЛЮБЛЮ,как то, что былопервостепенным,затухшее в росте.

Предложение

Как ты могла уснуть, когда пишу,мороча комнату головоломкой дыма?Скучищу по тебе письмом гашу,окурок отношений кропотливых.Я написал немного в полутьме,расстроенный далёким нахождением.В любовных письмах есть надежда на обмен,но ты укрыта сном – оружьем от общения.Слов нет, здесь предложение насквозьусловное, пока не дашь ответа,я не хотел бы больше жить,я не хотел бы врозь.Прими его через луны набросок бледный.

Паэлья

Жарясь моллюском в паэлье иберийскогополуострова,я не думал о смысле жизни, я вообще не думал.Заграницы объятие пёстроеи закатов багровые губывысосали всю любовь к высоким материям.Я был брошен, её необитаемый,в карнавале затерянный.Мои чувства лежали в карманена безделье разменной монетой,здесь ненужные ино…странные.Я бы выплеснул их, да некому?

Бифштекс с кровью

Мяса любимого кусокна раскалённую сковородку постели,чтобы шкворчал в агонии,брызгая маслом,не жалеяни себя, ни твоего тела.Зубы белыебелое бельё стаскивали.Ничтожества слов гарнироставляю какому-нибудь поэту,пусть развлекается платонически.Милый друг,я чистописанию буквпредпочту откровение это —жаркое,обжигающее досуг,никто никогда не выразит,но все знают,как филе загнанного спортсменав бегстве за короткимнаслаждением к краю,даже любовь потела,смешав в горячий коктейльэмоции, пот и жажду,форточкой рта разгоняясумасшествие крови.Мозг отключён, илислучилась оного кражасредь бела дняна полуслове.

Долгорук

Сидя за столом,мне бы длинную руку —чайник достать,наполнить чувством бокал,почесать спину, как и распоясавшуюся скуку,скользнуть в спальню, где ты ещё есть,оставить на мгновение ладонь на лице,разогнать атмосферы месть,утра невзрачного пустоцвет,поменять диск, как круг ада,поставить что-нибудь райское.Много ли смертному надо,благополучием затасканному?Мне бы длинную руку, как длинное слово —выразить без преувеличений,перепутав существительные с глаголами,неприязнь с влечением,идею присутствия телав полной гармонии с психикой,чтобы всё, что я ещё толком не сделал,не выглядело мизерно,чтобы всё, чего я ещё не коснулся,вызывало не боль, но муку,как надежда на лучшее.…Мне бы длинную руку.

Квартирант

Сидя в городе вроде нашегов виде сбрендившего человечества,я хочу о любви прокашлять,начихать на мораль невежеством.Город, вонзи ласковые зубышпилями, флюгерами, крестамиво взгляд, который, оценивая,губитили не замечает,что гораздо дряннее.Я как твой квартирант,изучая из-за руля закоулки,открываю молнией замка,где машины прилипли к бордюрам.Искусство, пьянящее в хлам.Хочу от однообразия очнуться.Пощёчину нежности влепи.Не приемлю секс как насилиедруг над другом,игру в четыре ноги.Не люблю размышлятьна предметы политики быта,лучше по тебе пошляться,по тротуарам души разбитымвплоть до её реанимации.Обнять тебя, насколько хватитноги времени,выветрить ностальгию.Купола лысоватым теменемосветите мою квартиру.

Рэп однообразия

Убери парки, музеи, витрины,нечего кичиться,город, ты такой же, как и все остальные.Выйди из себя, из жилья, из машины,нечем крыть,человек, ты такой же, как и все остальные.Смейся, говори, думай, что говоришь,не будь истерично,общение, всё о том же и обо всех —ничего личного.Ненавидь, люби, не корчись от боли,душа… Бессмертная,как у всех остальных, ничего более.

Полнолуние, спи

Лысая ночь на небе,в ней утонула пустьвышедшая из чреваоцепеневшая грусть.Звёзды танцуют стриптиз,ты где-то рядом с ними.Им высота – нам низ.Спи в одеянии простынном,спи, я тебя найдузавтра, любовь мояв телообразном дымудвижимого с утра,пастой из тюбика «М»в пасть городища, народа.Завтра найду тебя,выспи ещё немного.Был бы я рядом – съел.Вечность тебя не трогал.Спи, затвори объектив.Ночь – не расстояние,только аперитивзавтрашнего свидания.

Возьми моё тело в обмен на твой мозг…

Возьми моё тело в обмен на твой мозг,я там уже расставила мебель,перееду надолго, всерьёз,не думай, что это временно.В холодный декабрь мне незачем врать.Девушка разделась и всё —частиц кровяных заметалась икра.Кто больше хотел быть вдвоём?Нет, третьих я не потерплю,даже не смей колебаться,не вклеивай мне в глаза зарюи лживости радиацию.Будем жить долго вместе,мы разделись – и всё.Ты за меня ответствен,раз влюблён?

Застрелиться

Разглядывал себя в зеркало, как утварь.Я – кактус, с иголками вовнутрь.Не находил ни места, ни покояпод солнцем, что приветствовало стоя.Хотелось выйти – озоном застрелиться,закинув голову на неба белоснежный бицепс,где зелёными глазами зыркала весна,генетически распоясанная,провокаторша маленьких душ,больших желаний и чести крошечной,разливала солнечный пуншпо извилинам, по окошечкам.