Варяги

Девушка на мгновение задумалась...

– Но они же там схему разработали, софт написали...

– Кира, ты представляешь себе принципиальную схему варп-двигателя? Я военлет, и тоже не представляю. Как эти исследователи-недоучки промеж сердечных стенаний умудрились переписать прошивку навкома и разобраться в принципе работы варпа? Да там не одна научная диссертация накапает!

– Ну ладно... Хорошо, про КБ согласна. А еще что?

– Связь. БКС - ближняя корабельная связь. Ближняя! Она работает только в зоне действия судового ретранслятора либо в радиусе пары метров друг от друга. А он по бэ-ка-эс с планеты на орбиту дозвонился, как по смарткому. Вот только про софт не начинай! Там на планете еще... Да бред полный.

– На планете - это когда они с генератором застряли? Там-то что не так?

– Да как что? У них же генератор вектора гравитации отказал. Как они без антигравов корабль на орбиту подняли? На турбоатмосферных? Они слишком маломощные, на них даже истребитель через атмосферу не пройдет.

– Ну они же дополнительно столько атмосферников смонтировали...

– И воздухозаборники, и стабилизаторы, и крылья приклеили? У них в трюме что, склады атмосферных двигателей? И кстати, они на орбите тоже все по палубе нормально ходили... Как? У них же искусственной гравитации тоже быть не может без генератора!

– Может у них подошвы магнитные?

– Угу. И столы, и стулья, и кружки, и бутылки с бухлом... Все магнитное. И вообще - это что, исследовательское судно или летающий бордель? Почему у них дорогие вина и коньяки в погребах вместо научной аппаратуры и запчастей? Почему экипаж вместо уставной спецодежды в вечерних платьях и костюмах разгуливает?

– Так вне вахты же?

– Так дисциплина же! Куда старпом смотрит? А если радиация, пожар, декомпрессия? Как вечернее платье от асфиксии спасет? Особенно эта, блонда... В синем, с мехами. С мехами, ть! На ней одежды меньше, чем на тебе утром было...

Кира поперхнулась в кружку с чаем, смущенно хихикнула и шутливо шлепнула Максима кончиками пальцев по руке.

– Нет, милая, в космос так не ходят...

– Вот что ты за человек, Климов? Посмотрел приключенческий фильм про любовь, и всю интригу развалил... Я на эти мелочи даже внимания не обратила.

– Профдеформация!

– Слушай... а расскажи какую-нибудь флотскую байку! Из реальной жизни.
– С интересом оживилась девушка.
– Наверняка ведь есть, что рассказать? Что ты там стюардессам на межзвездных перелетах...

– Хватит про стюардесс уже, ладно? Тебе какую - поприличнее или попикантнее?

– Ну я же девушка приличная, поэтому... давай попикантнее!

– Принял. Та-ак... Был у меня ведомый... В смысле он и сейчас есть, только уже не у меня. Так вот, мой ведомый, Костя, позывной «Троян», умны-ы-ый - словами не описать. И была у него фишка такая - любил он с девушками... в кабине «сушки» своей зависать. Кто-то в каюты подружек тащит, кто-то в комнату брифинга, а Костян - к себе в кабину. Там тесно конечно, но мы, военлеты, не крупные же... Через навигационный компьютер музыку включит, вместо объемной карты образы романтические прикрутит... На «Владике» у него пассия была - девушка-мичман из техслужбы - Оксана. Как на бога на него смотрела, любила, наверное. И вот, значит, затащил он свою Ксанку в кабину, музыка-секс-романтик-все-дела, и тут бац - тревога, сарацинов где-то там заметили! Дежурное звено на старт! Ревун орет, все мигает, свор открыт, две машины уходят в космос, а вместе с ними и Костян - у него навком запущен, кабина залочена, его стартовая катапульта автоматом выкинула! А вместе с Костяном? Правильно, Оксану. Короче, слетали они в зону, побарражировали там немного, никого не нашли и вернулись на крейсер. После посадки на борт ведущий дежурной пары, комэск «Дикий», подбегает к Костиной «сушке» - какого-нахрен-третий-и-почему-без-связи! А оттуда Ксанка, вся растрепанная такая - тащ командир эскадрильи, машина технически исправна, осмотр и диагностика завершены! А за ней «Троян», тоже красный, как рак вареный - тащ командир, полет завершен, задание выполнено, противник не обнаружен, разрешите на губу!

Кира зашлась в гомерическом хохоте. Максим на полном серьезе продолжал:

– «Дикий» им такой - мичман, я не понял, осмотр и диагностика машины или пилота? А Ксанка не растерялась и отчеканила - обоих, тащ комэск! Вся палуба - лежа! Дежурное звено - лежа! Руководитель полетов у себя в башне - лежа! Говорят, капитан корабля Громов, когда узнал, тоже лежал, но это уже не точно...

– Ничего себе, у вас весело на флоте...
– Отдышавшись от хохота, выдохнула Наполи.
– И что им обоим потом было?

– Костя три дня губы выхватил, про Оксану не знаю, она же техперсонал, у них там по-своему все... Так вот. Прошло месяца полтора где-то. Мы с Костяном на боевом дежурстве, сидим в кабинах. В башне - «Дикий». Он дает приказ - учебная тревога, дежурное звено на старт, вводная один-один, боевой полста-два, скорость максимальная, «Троян», Ксанку из кабины вытащить не забудь!!! И все опять лежат!
– Уже сквозь смех закончил Максим. Кира снова залилась звонким хохотом.

Вечерело, на дыхании, согретом горячим чаем, появился легкий парок. Вдоволь насмеявшись, девушка плотнее укуталась в куртку. Макс застегнул повыше флотский бушлат и тайком взглянул на Киру. Красивая, с озорным хвостиком на макушке и искрящимися глазами... Он с интересом все чаще ловил себя на мысли, что ему впервые за последнее время не хочется никуда улетать. Хочется сидеть в полумраке кафе, пить горячий чай, разглядывать свою новую сумасшедшую подружку, с которой они знакомы всего-то третий день... а кажется, будто очень давно. Да даже в кинотеатр еще раз с ней сходить... если бы только не этот проклятый вечный холод.

– Ну, Кира, теперь твоя очередь.

– Очередь?

– Теперь ты что-нибудь расскажи. Вот мы сидим с тобой, а меня все терзает вопрос - зачем мы здесь? Что мы тут делаем?

– В смысле здесь? В кафе? Чай пьем...
– Она опять ухмыльнулась своей фирменной хитрой улыбкой.

– Да нет, не про то. Что мы делаем здесь, на этой планете? Здесь холодно, сумрачно, это планета рудокопов и сталеваров. Видно же, что ты не местная. Почему не какой-нибудь курорт, или хотя бы крупный порт? Почему в атлантическом протекторате?

– А в каком надо?

– Не в этом смысле.
– Максим вздохнул, одним глотком допил чай и равнодушно повертел головой, стараясь разрушить появившееся в разговоре напряжение. Кира не спускала с него глаз.
– Просто у нас с тобой как-то завертелось ... Я ничего о тебе не знаю. Откуда все эти шрамы у тебя на теле?

– Все разглядел?

– Скажем, специально не искал.

– Может, поножовщина? Я же девушка из бара, помнишь?

– Не поверю. Ты не такая. Слишком...

– Вульгарная?

– Красивая!

– Доступная?

– Ты перебиваешь и не даешь сформулировать...

– Макс, я знаю тебя третий день, и мне кажется, что для тебя главное не откуда шрамы на теле женщины, а где они расположены. Ты знаешь, где находятся мои - значит, ты знаешь обо мне все.

– Не понимаю, когда ты шутишь, а когда серьезно...

– Я серьезно. Что ты еще хочешь знать, Максим Сергеевич?

– Ну вот, хоть отчество твое...

– Витольдовна.

– Чем ты занимаешься вообще по жизни, Кира Витольдовна?

– Парней в баре цепляю.

– Ну вот, опять...

– Что опять? Ты же как только в бар зашел - сразу подумал, что я «такая».

– Не сразу.

– Но подумал?

– Я хотел к тебе подсесть... Но был не в форме слегка... А потом ты сама подошла.

– Я так испугалась, что этот кретин красивому офицеру лицо поломает...

– Там под вопросом все было.

– Ты прав. Просто мне нужен был повод, чтоб подойти.

– Зачем?

– Понравился. Максим, пошли в уборную по-быстрому?