Василевский

Генерал Ляш в своей книге «Так пал Кёнигсберг» отмечал: «С оперативной точки зрения дальнейшая оборона Кёнигсберга в тот момент уже не имела значения для исхода войны, поскольку в начале апреля русские армии находились уже в Померании, Бранденбурге и Силезии, а английские и американские войска перешли Рейн и стояли у ворот Ганновера. В тактическом отношении ситуация в Кёнигсберге 9 апреля была безнадежной. К моменту принятия решения о капитуляции остатки наших войск, совершенно выдохшиеся и не имевшие какого-либо тяжелого оружия, удерживали оборону внутри города лишь на северном участке. Но больше всего на мое решение о капитуляции повлияло осознание того факта, что продолжение борьбы повлечет лишь бессмысленные жертвы и будет стоить солдатам и гражданскому населению тысяч жизней. Взять на себя такую ответственность перед Богом и собственной совестью я не мог, а потому решился прекратить борьбу и положить конец ужасам войны» [413] .

413

См.: Ляш О. Так пал Кёнигсберг. М. 1991.

После взятия Кёнигсберга маршал Василевский допросил пленных немецких генералов, в том числе генерала фон Ляша, объявленного Гитлером за сдачу крепости изменником. [414] В кабинете командующего войсками фронта собрались главный маршал авиации Новиков, генералы Макаров, Покровский, Баграмян и другие. На все вопросы Ляш отвечал охотно. Когда Александр Михайлович спросил, как он оценивает итоги боев за Кёнигсберг, тот с горечью и удивлением ответил:

— Никак нельзя было раньше предположить, что такая крепость, как Кёнигсберг, падет так быстро. Русское командование хорошо разработало и прекрасно осуществило эту операцию. На второй день штурма я полностью потерял управление войсками.

414

О. фон Ляш был заключен в Бутырку, потом сидел в Ленинграде. Всего провел в советском плену около 10 лет.

В конце допроса Василевский спросил у пленных, кого они знают из советских военачальников. Они смогли назвать лишь Ворошилова, Буденного и Тимошенко. Не удержавшись, генерал армии Баграмян спросил:

— Неужели вы не знаете таких прославленных полководцев, как Жуков, Василевский, Рокоссовский и Конев?

Пленные в ответ лишь переглянулись и промолчали. После минутного молчания генерал Ляш смущенно сказал:

— Я впервые услышал о маршале Василевском в связи с его ультиматумом гарнизону Кёнигсберга.

Заслуги войск маршала Василевского получили достойную оценку. 19 апреля он был награжден вторым орденом «Победа».

Теперь в Восточной Пруссии оставалась только Земландская группировка, которой командовал генерал Д. Заукен. По установившейся традиции маршал Василевский решил заслушать доклад начальника разведки фронта, чтобы четко представить себе, с какими силами войска встретятся дальше, и, исходя из этого, уточнить замысел дальнейшего наступления. Начальник разведки доложил, что в состав Земландской группировки входят 8 пехотных и одна танковая дивизии; всего 65 тыс. человек, 1200 орудий и минометов, 166 танков и штурмовых орудий. Кроме того, на полуостров Земланд были переброшены морем остатки немецкой 4-й армии (около 30 тыс. человек). Противник опирался на заранее подготовленную оборону, включавшую три полосы. Главная полоса состояла из трех позиций, каждая из которых имела по три траншеи, многочисленные ходы сообщения, блиндажи и дзоты. Третья оборонительная полоса закрывала доступ к порту Фишхаузен (Приморск) и к полуострову, на котором находилась военно-морская база Пиллау (Балтийск). Все населенные пункты были подготовлены к круговой обороне. Узкий Пиллауский полуостров был пересечен пятью оборонительными позициями, прикрывавшими подступы к старинной морской крепости Пиллау.

Войска 3-го Белорусского фронта имели 111 тыс. человек, 5,6 тыс. орудий и минометов, 324 танка и САУ.

Замысел маршала Василевского заключался в том, чтобы нанести главный удар силами 5-й и 39-й армий из района северо-западнее Кёнигсберга вдоль шоссейной и железной дорог на Фишхаузен, рассечь группировку противника и уничтожить ее по частям, Одновременно войска 2-й гвардейской и 43-й армий должны были наступать на флангах ударной группировки и отсечь противника от моря. Второй эшелон фронта (11-я гвардейская армия) намечалось ввести в сражение на главном направлении с целью завершить разгром противника в районе Пиллау. Была также предусмотрена высадка тактических десантов в ходе наступления для захвата косы Фрише-Нерунг, прикрывавшей с моря Кёнигсбергский морской канал. Балтийский флот должен был поддержать наступление сухопутных войск, прикрыть приморские фланги фронта и не допустить эвакуации вражеских войск морем.

После принятия решения Василевский поставил задачи каждой армии и флоту. В связи с тем, что армии после беспрерывных наступательных боев понесли большие потери, им были выделены сравнительно узкие полосы для наступления: 2-й гвардейской — 20 км, а остальным — по 7–8 км. Это позволило достичь двойного превосходства над противником в людях и тройного в артиллерии. Особое внимание было уделено организации взаимодействия общевойсковых армий с авиацией и силами Балтийского флота. Готовность войск к переходу в наступление была назначена на конец дня 11 апреля. Командующий фронтом, пытаясь избежать ненужного кровопролития, вызвал члена военного совета фронта генерала Макарова и сказал:

— Прошу подготовить обращение к войскам противника, в котором показать всю бесперспективность их дальнейшего сопротивления и предъявить требование в течение суток сложить оружие.

Вот текст этого обращения:

«К немецким генералам, офицерам и солдатам, оставшимся на Земланде! От командующего советскими войсками 3-го Белорусского фронта Маршала Советского Союза Василевского.

Вам хорошо известно, что вся немецкая армия потерпела полный разгром. Русские — под Берлином и в Вене. Союзные войска — в 300 км восточнее Рейна. Союзники — уже в Бремене, Ганновере, Брауншвейге, подошли к Лейпцигу и Мюнхену. Половина Германии — в руках русских и союзных войск. Одна из сильнейших крепостей Германии, Кёнигсберг, пала в три дня. Комендант крепости генерал пехоты Лаш принял предложенные мною условия капитуляции и сдался с большей частью гарнизона. Всего сдались в плен 92 000 немецких солдат, 1819 офицеров и 4 генерала.

Немецкие офицеры и солдаты, оставшиеся на Земланде! Сейчас, после Кёнигсберга, последнего оплота немецких войск в Восточной Пруссии, ваше положение совершенно безнадежно. Помощи вам никто не пришлет. 450 км отделяют вас от линии фронта, проходящей у Штеттина. Морские пути на запад перерезаны русскими подводными лодками. Вы — в глубоком тылу русских войск. Положение ваше безвыходное. Против вас — многократно превосходящие силы Красной Армии. Сила — на нашей стороне, и ваше сопротивление не имеет никакого смысла. Оно приведет только к вашей гибели и к многочисленным жертвам среди скопившегося в районе Пиллау гражданского населения.

Чтобы избежать ненужного кровопролития, я требую от вас: в течение 24 часов сложить оружие, прекратить сопротивление и сдаться в плен. Всем генералам, офицерам и солдатам, которые прекратят сопротивление, гарантируются жизнь, достаточное питание и возвращение на родину после войны. Всем раненым и больным будет немедленно оказана медицинская помощь. Я обещаю всем сдавшимся достойное солдат обращение. Мирным жителям будет разрешено вернуться в свои города и села, к мирному труду.

Эти условия одинаково действительны для соединений, полков, подразделений, групп и одиночек. Если мое требование сдаться не будет выполнено в срок 24 часа, вы рискуете быть уничтоженными.

Немецкие офицеры и солдаты! Если ваше командование не примет мой ультиматум, действуйте самостоятельно. Спасайте свою жизнь, сдавайтесь в плен.

^{Командующий советскими войсками 3-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Василевский. 24 часа по московскому времени. 11 апреля 1945 года».}

Ответа на это обращение не последовало. Под утро 13 апреля маршал Василевский отдал приказ:

— Атаковать и уничтожить противника!

Авиация 1-й и 3-й воздушных армий нанесла массированные удары по обороне противника, портам и узлам коммуникаций. После этого войска 3-го Белорусского фронта перешли в наступление. К исходу дня они продвинулись на 3–5 км. Утром 14 апреля войска фронта возобновили наступления. Перелом в ходе сражения произошел не в центре оперативного построения, где наносился главный удар, а на флангах. К исходу дня 2-я гвардейская армия продвинулась вперед на 15 км, а 43-я — на 10 км. Маршал Василевский решил использовать успех, обозначившийся в полосе 2-й гвардейской армии. Он приказал перебросить туда две танковые бригады и два полка самоходной артиллерии, усиленные стрелковыми частями и инженерными подразделениями. Под натиском введенной в сражение подвижной группы противник начал отступление, бросая вооружение и тяжелую боевую технику. Угроза выхода 2-й гвардейской армии на тылы немецких войск, которые оказывали упорное сопротивление частям 5-й и 39-й армий, вынудило и их к отступлению.

На дамбу Кёнигсбергского канала по решению маршала Василевского 15 и 16 апреля с бронекатеров были высажены два тактических десанта, что создало благоприятные условия для наступления войск фронта вдоль побережья залива Фришес-Хафф. Войска 2-й гвардейской армии 15 апреля очистили от противника всю северо-западную часть Земландского полуострова, и устремилась на юг. 17 апреля войска фронта овладели Фишхаузеном. Остатки земландской группировки противника отступили в район Пиллау.

Задачу по разгрому противника на Пиллауском полуострове маршал Василевский возложил на 11-ю гвардейскую армию. Действия ее войск координировал генерал армии Баграмян.

В 11 часов 20 апреля дивизии 16-го и 36-го гвардейских стрелковых корпусов 11-й гвардейской армии пошли на штурм первой оборонительной позиции врага. И началось самое настоящее прогрызание бетонированных укреплений. Впереди шли тяжелые танки и самоходные артиллерийские установки. Они прямой наводкой били по огневым точкам, укрытым в железобетонных сооружениях. Но даже тяжелые снаряды отскакивали от них, словно горох от стены. А обойти укрепления не позволяли заболоченные леса. В первый день наступления войска армии продвинулись всего на километр. Утром 22 апреля генерал Галицкий ввел в сражение 8-й гвардейский стрелковый корпус, что позволило сломить сопротивление врага. К исходу дня 25 апреля соединения 11-й гвардейской армии овладели городом и крепостью Пиллау. Противник продолжал лишь удерживать косу Фрише-Нерунг.

26 апреля Сталин неожиданно позвонил Василевскому и приказал ему вылететь в Москву. Командующий фронтом позвонил Баграмяну:

— Иван Христофорович, меня товарищ Сталин срочно вызывает в Москву. Тебе приказано вступить в командование войсками фронта. Основная задача — в кратчайший срок завершить разгром остатков земландской группы войск противника. Поразмысли о том, как добиться этого с наименьшими для нас потерями. Это — главное.

Тепло попрощавшись со своими заместителями и работниками штаба фронта, Александр Михайлович улетел в столицу. Уже будучи в Москве, он узнал, что войска 3-го Белорусского фронта к 9 мая завершили разгром противника на косе Фрише-Нерунг. В здании бывшего военно-инженерного училища в юго-восточном районе Берлина Карлсхорст в 0 часов 43 минуты по московскому времени был подписан Акт о капитуляции Германии. С советской стороны его по поручению Сталина подписал маршал Жуков. Великая Отечественная война завершилась убедительной победой Вооруженных Сил Советского Союза. В этом большая заслуга принадлежит и маршалу А. М. Василевскому, который в ходе войны проявил недюжинный талант полководца и штабного работника высокого уровня. Но война для него не закончилась…