Василевский

В 17 часов 8 августа нарком иностранных дел Молотов вызвал в наркомат посла Японии в Москве Сато и вручил ему «Заявление Советского правительства»:

«После разгрома и капитуляции Германии Япония оказалась единственной великой державой, которая все еще стоит за продолжение войны. Требование трех держав — Соединенных Штатов Америки, Великобритании и Китая — от 26 июля сего года о безоговорочной капитуляции японских вооруженных сил было отклонено Японией. Тем самым предложение Японского правительства Советскому Союзу о посредничестве в войне на Дальнем Востоке теряет всякую почву.

Учитывая отказ Японии капитулировать, союзники обратились к Советскому правительству с предложением включиться в войну против японской агрессии и тем сократить сроки окончания войны у сократить количество жертв и содействовать скорейшему восстановлению всеобщего мира. Верное своему союзническому долгу у Советское правительство приняло предложение союзников и присоединилось к Заявлению союзных держав от 26 июля сего года.

Советское правительство считает, что такая его политика является единственным средством, способным приблизить наступление мира, освободить народы от дальнейших жертв и страданий и дать возможность японскому народу избавиться от тех опасностей и разрушений, которые были пережиты Германией после ее отказа от безоговорочной капитуляции.

Ввиду изложенного Советское правительство заявляет, что с завтрашнего дня, то есть с 9 августа, Советский Союз будет считать себя в состоянии войны с Японией». [423]

423

Цит. по: Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. Т. III. С. 362–363.

В этой связи премьер-министр Японии Судзуки заявил:

— Вступление сегодня утром в войну Советского Союза ставит нас окончательно в безвыходное положение и делает невозможным дальнейшее продолжение войны.

К началу операции войска Забайкальского, 1-го и 2-го Дальневосточных фронтов вместе с монгольскими войсками насчитывали более 1,7 млн человек, около 30 тыс. орудий и минометов, свыше 5200 танков и САУ, более 5 тыс. боевых самолетов (с учетом авиации Тихоокеанского флота и Амурской военной флотилии). Советский ВМФ имел на Дальнем Востоке 93 боевых корабля основных классов, в том числе 2 крейсера, один лидер, 12 эскадренных миноносцев. В операции участвовали пограничные войска Приморского, Хабаровского и Забайкальского пограничных округов.

Ведущая роль в Маньчжурской стратегической наступательной операции отводилась Забайкальскому и 1-му Дальневосточному фронтам, войска которых по решению маршала Василевского наносили встречные удары с северо-запада и востока в общем направлении на Чанчунь, Гирин, Мукден (Шэньян).

Войскам Забайкальского фронта маршала Р. Я. Малиновского предстояло провести Хингано-Мукденскую наступательную операцию. Противник не ожидал удара со стороны Большого Хингана, поэтому не имел подготовленной обороны, за исключением Чжалайнор-Маньчжурского и Хайларского укрепленных районов на левом крыле и Халун-Аршанского — в центре. В приграничной полосе находились лишь небольшие отряды прикрытия, и пустынно-степная местность позволяла организовать наступление на широком фронте. Главные силы противника (3-й фронт) находились в 400–600 км от рубежа развертывания советско-монгольских войск.

Учитывая все это, Василевский и Малиновский планировали нанести с территории МНР из района Тамцаг-Булакского выступа через пустыни и горы главный удар центром Забайкальского фронта (17, 39, 53-я общевойсковые, 6-я гвардейская танковая армии) к сердцу Маньчжурии — на Чанчунь, быстро преодолеть Большой Хинган и глубоко охватить главные силы Квантунской армии с юга. Главную роль в операции играла 6-я гвардейская танковая армия. Ей предстояло стремительным ударом преодолеть Большой Хинган, овладеть Мукденом и Чанчунем, а затем стремительно выйти на Ляодунский полуостров и овладеть портами Дайрен (Далянь) и Люйшунь (Порт-Артур). Общая глубина задачи армии составляла около 1000 км. Среднесуточный темп наступления планировался в пределах 90–100 км. Вспомогательные удары наносили на правом крыле фронта конно-механизированная группа советско-монгольских войск на Калган (Чжанцзякоу), а на левом — 36-я армия из Даурии на Хайлар. В состав конномеханизированной группы, кроме войск фронта, входили монгольские части и соединения (4 кавалерийские и одна авиационная дивизии, бронебригада, танковый, артиллерийский полки и полк связи). В резерве командующего фронтом находились 227-я и 317-я стрелковые, 111-я танковая дивизии, 201-я танковая бригада, соединения и части истребительно-противотанковой и зенитной артиллерии. Поддержка и прикрытие сухопутных войск с воздуха возлагались на 12-ю воздушную армию и Забайкальскую армию ПВО. К началу операции войска Забайкальского фронта превосходили противника в пехоте в 1,7 раза, в артиллерии — в 8,6, а в танках и САУ — в 5 раз.

Войскам 2-го Дальневосточного фронта генерала М. А. Пуркаева во взаимодействии с Краснознаменной Амурской военной флотилией предстояло провести Сунгарийскую наступательную операцию. При определении замысла операции Василевский и Пуркаев предусматривали рядом ударов расчленить противостоящие силы противника и разгромить их по частям. Главный удар наносила 15-я армия во взаимодействии с Амурской военной флотилией из района Ленинского вдоль обоих берегов Сунгари на Саньсин (Илань), Харбин, а вспомогательный — 5-й отдельный стрелковый корпус при поддержке бригады речных кораблей из района Бикин на Жаохэ, Баоцин. Почти половина сил фронта (2-я Краснознаменная, 16-я армии и Камчатский оборонительный район) должна была оборонять район Благовещенска, побережье Татарского пролива, Северного Сахалина и Камчатки. С развитием успеха на направлениях главных ударов войск Забайкальского и 1-го Дальневосточного фронтов соединения 2-й Краснознаменной армии должны были наступать из района Благовещенска на Цицикар, 16-я армия — освободить южную часть Сахалина, а части Камчатского оборонительного района совместно с войсками 16-й армии — Курильские острова. Сухопутные войска и корабли Амурской военной флотилии поддерживала и прикрывала с воздуха 10-я воздушная армия.

Войска 1-го Дальневосточного фронта маршала К. А. Мерецкова во взаимодействии с Тихоокеанским флотом проводили Харбино-Гиринскую наступательную операцию. Василевский и Мерецков, определяя замысел операции, учитывали, что горная и горнолесистая местность в полосе наступления войск фронта допускает действия соединений только на отдельных направлениях. Замысел состоял в том, чтобы центром фронта (1-я Краснознаменная, 5-я армии) нанести главный удар из Приморья через укрепленные районы, тайгу, горные хребты в направлении Муданьцзян, Гирин (Цзилинь), Чанчунь, а частью сил — на Харбин, навстречу войскам Забайкальского и 2-го Дальневосточного фронтов. Вспомогательные удары наносили 35-я армия на Мишань с целью обеспечения с севера главной группировки фронта и 25-я армия на Ванцин с задачей отрезать противнику пути отхода в Корею. На Чугуевскую оперативную группу (две стрелковые дивизии и два укрепрайона) возлагалась задача во взаимодействии с флотом оборонять морское побережье севернее Владивостока. Авиационная поддержка и прикрытие войск с воздуха возлагались на 9-ю воздушную армию и Приморскую армию ПВО.

8 августа маршал Василевский прибыл в штаб 1-го Дальневосточного фронта, который располагался в тайге, в специально построенных домиках. Он подписал обращения «К братскому китайскому народу», «Братья-корейцы», “К японской армии. К японскому народу», изданные на китайском, корейском, монгольском и японском языках. «Если вы будете до конца поддерживать, — подчеркивалось в обращении “К японской армии. К японскому народу”, — своих теперешних правителей и военную клику авантюристов, то Японии не избежать судьбы Германии» [424] .Всего в течение пяти дней над густонаселенными районами Внутренней Монголии, Маньчжурии и Северной Кореи было сброшено свыше 24 млн экземпляров листовок.

424

Цит. по: История Второй мировой войны 1939–1945. Т. 11. С. 253.

9 августа в 00 часов 10 минут передовые батальоны и разведывательные отряды 1-го, 2-го Дальневосточных и Забайкальского фронтов в крайне неблагоприятных погодных условиях — летнего муссона, приносящего частые и сильные дожди, — двинулись на территорию противника. Одновременно 19-й бомбардировочный авиационный корпус 9-й воздушной армии нанес удары по военным объектам в Чанчуне и Харбине. С рассветом главные силы трех фронтов перешли в наступление и пересекли государственную границу. С целью достижения внезапности артиллерийская и авиационная подготовка атаки не проводилась. Тихоокеанский флот начал постановку оборонительных минных заграждений, а его авиация и соединения торпедных катеров нанесли удары по кораблям, судам и другим объектам в портах Северной Кореи. В тот же день американцы сбросили еще одну атомную бомбу, теперь на японский город Нагасаки.

В 9 часов 40 минут 9 августа маршал Василевский доложил Сталину об успешном начале операции, отметив, что удар советских войск оказался для противника неожиданным.

На Забайкальском фронте главные силы 17-й армии генерала А. И. Данилова к вечеру 9 августа на чифынском направлении продвинулись на 50 км, а передовыми частями — на 70 км. Соединения 39-й армии генерала И. И. Людникова, обойдя с юга Халун-Аршанский укрепрайон, прошла 60 км. Корпуса 6-й гвардейской танковой армии генерала А. Г. Кравченко, развивая наступление на Чанчунь, продвинулись на 120–150 км. Ее передовые отряды к исходу дня вышли на подступы к перевалам Большого Хингана. Соединения 36-й армии генерала A.A. Аучинского овладели Чжалайнор-Маньчжурским укрепленным районом, форсировали Аргунь и продвинулись на 40 км. Подвижная группа армии, обходя вражеские узлы сопротивления, прошла за сутки 100 км и вышла на подступы к Хайлару. Успешно действовала и конномеханизированная группа генерала И. А. Плиева. Главные силы 1-й Краснознаменной армии генерала А. П. Белобородова, наступая по бездорожью, к исходу первого дня операции вышли к р. Шитоухэ.

На 1-м Дальневосточном фронте войска 5-й армии генерала Н. И. Крылова прорвали оборону противника на 60-километровом фронте и к утру 10 августа полностью очистили от японцев крупный узел дорог и укрепленный пункт Суйфыньхэ (Пограничная). В полосе 2-го Дальневосточного фронта Амурская военная флотилия нанесла удары по базам японской Сунгарийской флотилии. Соединения 2-й Краснознаменной армии генерала М. Ф. Терехина успешно форсировали Амур в районе Благовещенска и юго-западнее Хабаровска.

Японское командование, ошеломленное внезапными ударами советских войск, поспешно отводило соединения Квантунской армии в глубь Маньчжурии. Оно решило оказать сопротивление на рубеже железной дороги Тумынь — Чанчунь силами 3-й и 5-й армий 1-го фронта, а на рубеже железной дороги Чанчунь — Дальний — войсками 3-го фронта. В район Гирина через Харбин отходила 4-я армия, чтобы занять оборону на рубеже между войсками 1-го и 3-го фронтов.

Утром 10 августа японское правительство через нейтральные страны (Швецию и Швейцарию) направило правительству СССР заявление, в котором говорилось: «Японское Правительство готово принять условия Декларации от 26 июля сего года, к которой присоединилось и Советское Правительство. Японское Правительство понимает, что эта Декларация не содержит требований, ущемляющих прерогативы императора как суверенного правителя Японии. Японское Правительство просит определенного уведомления по этому поводу». [425]

425

Цит. по: Внешняя политика СССР. Сборник документов. Т. V (июнь 1941 — октябрь 1945). М., 1947. С. 734.