Васька

— Марин, какой маникюр? У них же только ноги, — возразил Вовка.

Марина рассмеялась.

— Все так думают, кто с лошадью не знаком. А на самом деле передние ноги когда-то давно, у её древних предков, были руками. Поэтому на передних ногах у лошади нет коленей. Зато и плечо, и запястье присутствуют. Вот так. Давай посмотрим, как там дела у Ирины Николаевны.

А тем временем Васька приготовила всем неприятный сюрприз. Она никак не хотела давать кровь из вены, бегала по деннику, едва завидев в руках Журавлёвой шприц, пару раз прикусила Марину за плечо и чуть не вынесла одну из стенок, со всего маху отбив по ней задними копытами. Вовка, глядя на эту катавасию, тихо стоял снаружи. Потом вдруг шагнул вперёд и, открыв дверь, сказал:

— А можно я попробую подержать? Только сахару дайте побольше.

— Ну попробуй, — неровным голосом сказала запыхавшаяся Журавлёва.

Вовка зажал в руке сахар и шагнул в денник. Кобыла посмотрела на него усталым взглядом, запихнула голову Вовке под мышку и замерла.

— Или я чего-то не понимаю, дура старая, или мне ещё лет сто жить надо, чтобы окончательно удивляться перестать, — произнесла Ирина Николаевна. — Такого на своей памяти, хоть убей, не припомню. Как только здесь всё закончим, пойду думать о том, правильно ли я живу.

— Сахар ей дай, — почему-то шёпотом подсказала Марина.

Но Вовка и без того уже доставал кусок за куском со скоростью подачи пулемётной ленты. Журавлёва тихо подошла к лошади, на этот раз Васька не мешала ей провести процедуру. Через пару минут все вышли из денника, облегчённо вздыхая.

Ветврач достала из сумочки блокнот и ручку, написала на чистом листке несколько строк и отдала его Марине.

— Вот тут список лекарств, которые надо купить, и рекомендации, как их выдавать кобыле. Только не тяните, чем быстрее начнём её лечить, тем лучше будет конечный результат. Мариночка, предупреди, пожалуйста, конюхов, чтобы кобыле спортивные корма не давали. Пусть кормят овсом, но тоже не увлекаются. Отруби пока исключите. Подозреваю, что она их за всю свою нелёгкую жизнь вообще в глаза не видела. Засим позвольте откланяться, молодые люди. Телефон мой у вас есть, звоните, не стесняйтесь.

Попрощавшись с ветеринаром, Марина и Вовка вышли из конюшни.

— Пошли перекусим, — предложила Марина. — У нас кафе есть неплохое, и цены не кусаются.

— Марин, а почему Ирина Николаевна так к тебе относится — приехала сразу, ну и вообще?

— Володя, я не буду тебе секреты выдавать. Скажу одно — было у неё очень трудное время, а мой папа ей помог, причём совершенно бескорыстно. Он тогда половину своей службы безопасности отправил к ней обстановку выяснять и разбираться. Ну и разобрались по справедливости, — при этих словах Марина злорадно ухмыльнулась. — Но это уже после того было, как она моей лошади жизнь спасла. Представляешь, почти одиннадцать часов из конюшни не уходила. Я несколько часов в пробке стояла, машина-то не вертолёт, не перелетишь. А Ирина Николаевна с лошадью каждые полчаса после процедур минут по пятнадцать шагала в манеже быстрым шагом. Я потом посчитала — она добрый десяток километров намотала в общей сложности. И своего добилась: Лялю спасла.

Пока Марина рассказывала Вовке историю своих отношений с Журавлёвой, парень и девушка добрались до кафе. Еда Вовке понравилась. Всё было вкусно и действительно недорого. Ужин завершился традиционно — чашкой кофе.

— А теперь пойдём, я тебе клуб покажу, — сказала Марина.

Вовка изрядно устал. События прошлой ночи не добавили ему бодрости. Да и возня с Васькой здесь, в клубе, отняла у парня довольно много сил. Однако неожиданно для самого себя Вовка понял, что ему ужасно нравится предложение Марины. И он с радостью согласился.

Экскурсия

Вовка с Мариной спустились на первый этаж и зашли внутрь конюшни, вдоль всей стены которой тянулся длинный широкий коридор; с одной его стороны располагались денники, другая одновременно являлась стеной крытого манежа.

— Давай я тебе сначала свою лошадь покажу. — Марина остановилась около денника, на двери которого висела табличка:

Фройляйн-01

Пол: Кобыла

Порода: Голштинская

Масть: тёмно-гнедая

Мать: Афродита ди Санта

Отец: Фертиг пум Зиг

Место рождения: Ааренцхоф, Германия.

Владелец: Измайлова М. Н.

Из денника на них смотрела высокая, тонконогая лошадь с очень красивым изгибом шеи.

Марина открыла дверь и вошла внутрь. Лошадь сразу потянулась к ней, шевеля губами в поисках угощения. Марина на ладони подала ей сахар. В движениях лошади было столько элегантности и грациозности, что даже ничего не понимающий в лошадях Вовка залюбовался.

— Какая у тебя Ляля красивая, — сделал он комплимент.

— Спасибо, Володя. Лялечка действительно просто супер. Мне её папа в Германии купил, подарок на день рождения. Он сам, конечно, не ездил. Михалыча с Ириной Николаевной туда командировал на два месяца. Немцы, говорят, в конце их пребывания на конеферме просто рыдали. У них тоже с продажей лошадей далеко не всё в порядке. Норовят русским впарить всякую выбраковку. Типа, и это сойдёт. Так Ирина Николаевна с Михалычем показали, как в России лошадей покупают, когда за дело берутся профессионалы.

— А почему Фройляйн-01?

— Потому что она родилась в 2001 году. Кстати, у лошадей возраст считают по-другому. Например, лошадка родилась 15 июля 2000 года. Так ей год в возрасте добавят не как у людей 15 июля 2001 года, а 1 января 2001 года. А клички им часто присваивают так, чтобы первая буква была из клички матери и хотя бы одна буква из клички отца. Но это принято не для всех пород. И не во всех странах. Ляля из Германии, поэтому первая буква клички — из имени её отца.

Вовка покачал головой. Мудрёно как всё, однако.

Марина погладила лошадь по шее, чмокнула в нос и закрыла денник.

— Пошли дальше.

Вовку заинтересовала открытая с одной стороны просторная ниша, под потолком которой висела конструкция, напоминающая очень большую сдвоенную лампу дневного света.

— Марин, а это что такое?

— Это? Солярий.

От неожиданности Вовка остановился.

— Вам что, в городе соляриев мало, даже здесь загораете?

Марина звонко рассмеялась.

— Да это для лошадей солярий.

Тут Вовку переклинило окончательно. Вспомнился старый анекдот про коврик для мыши и тапочки для тараканов. Но солярий для лошадей!

— А вот и мойка для наших красавиц и красавцев.

Молодые люди остановились около похожего по размерам на солярий помещения, где пожилой мужчина мыл из шланга тёплой водой красивую гнедую лошадь. Судя по поведению лошади, ей это очень нравилось.

— Здравствуй, Мариночка, — поздоровался мужчина.

— Здравствуйте, Геннадий Михайлович!

— Это кто с тобой, жених?

Марина неожиданно покраснела.

— Нет, это тот парень, который лошадь покатушную нашёл.

— Понятно.

Мужчина вышел из мойки, вытер правую руку и протянул её Вовке.

— Гривцов Геннадий Михайлович, можно просто Михалыч.

— А я Володя.

— Наслышан о твоих подвигах. Молодец, что не бросил лошадь.

Вовка смутился и ничего не ответил.

— Геннадий Михайлович, мы дальше пойдём, — сказала Марина.

— Конечно, Мариночка.

Не пройдя и пяти шагов, Вовка задал очередной вопрос:

— Марина, а откуда Михалыч узнал обо мне и Ваське?

Марина в очередной раз рассмеялась, и Вовка поймал себя на мысли, что ему очень нравится её смех.