Ведун

–  Не может. Да вы не волнуйтесь, мы с вами договор заключили, а это для мага серьёзно, мы свои договора стараемся выполнять. Кодекс магов. Я особо серьёзно ему не следую, но этот пункт принимаю.

–  Ясно. Мне сообщать о вас?

–  Да как хотите. Проблем я в этом не вижу. В руки не дамся, значит, много потерь с вашей стороны будет, ну и селение серьёзно пострадает. Отбиться мне не проблема, как вы понимаете. Ладно, поехал я.

На глазах удивлённых ментов мои бойцы истаяли в воздухе, я запрыгнул в салон новенького на вид «запора» и сорвался с места, быстро исчезнув в конце улицы. Выехав за территорию посёлка, я погнал дальше по грунтовой дороге. Из этого посёлка и асфальтовый серпантин выходил, но в нужную мне сторону была именно грунтовка. Ничего двадцать минут на ста и я в нужной мне деревне. Искать долго не пришлось, ехал я по сигналу работающего мобильника нужного урода. Тот был не дома. На пляже сидел, на девок в бинокль поглядывал, прикрыв свою культю полотенцем. Подойдя к нему со спины, поглядывая на мелкие шрамы на теле, хорошо ему досталось, я сказал:

–  Ну что тварь, вот и смерть твоя.

Тот дернулся, но всё же обернулся, после чего его лицо исказила злобная гримаса, когда он увидел мальчонку за спиной. Одет я был в привычную одежду, нравилась она мне, цифра, армейские ботинки по размеру, разгрузка, автомат и котомка на боку. Кстати, пока было время, я поработал над своим «Скорпионом», теперь он действительно напоминал игрушку. Помните пластиковые копии настоящего оружия, но с лампочкой на конце ствола. Нажимаешь на спуск, раздаётся звук очереди и эта лапочка мигает. Это всё конечно была бутафория, но именно была и именно на моём автомате, так что за оружие его теперь не примет даже за взятый пессимист. Не смотря на бутафорию автомат, оставался автоматом и менее грозным от этого не стал. Вот рукоятка «ПСС» в кобуре выглядела настоящей, но в паре с автоматом его тоже могут принять за игрушку. Да что могут, приняли, судя по злому оскалу урода, что своими кривоватыми пальцами пытался дотянуться до меня. Он меня, похоже, принял за охамевшего недоросля.

Отдыхающих на небольшом пляже хватало, за сотню было, видимо и сезон, да и родственники с курортниками понаехало, комнаты сняли в деревне и отдыхают как хотят. Особо на жителей я не обращал внимания, поэтому достав из кобуры пистолет, негромко сказал последнему из скинхедов:

–  Помнишь, шесть лет назад вы меня убили? Я Егор Бор. Мой ответ тебе ногу оторвал. Я вот получил право на вторую жизнь, а у вас уродов её не будет. Ты последний, остальных недобитков я уже навестил.

Негромко хлопнул пистолет, чуть громче, чем вылетает пробка из бутылки шампанского, всё же пистолет у меня не был абсолютно бесшумным, и скинхед, получив свинцовую пилюлю в глаз, завалился набок, где и остался лежать. Поглядывая по сторонам, на нас не обращали внимания, хотя как раз мы были на открытой со всех сторон местности, я положил тело на лежаке на спину, как будто тот прилёг, и накрыл лицо полотенцем. Правда в районе глазницы она кровью пропитываться начала, ну да ладно.

Месть с моей стороны, наконец, была завершена, и с удовольствием оглядевшись, я посмотрел на часы. Время ещё было, поэтому спустившись к кромке воды, я проверил воду. Немного холодная, но мне так даже нравится. Раздевшись, сложив свои вещи в стороне, я с разбегу ушёл в волны, работая руками и ногами под водой, отплывая от берега подальше. Хорошо взбодрился. А когда я вынырнул, то с берега как раз раздался первый крик. Народ на пляже заволновался, и к убитому потянулись люди, превращаясь в зевак, ну а я как купался, так и купался. Тем более почти все дети из воды не вылезали. Что там может быть интереснее плескания в воде?

Особо я задерживаться не стал, к моменту прибытия участкового, я уже вылез из воды. Пятнадцать минут плескался, не вытираясь, подхватил вещи и направился в сторону от пляжа в кустики. Нужно без свидетелей одеться, а то для них будет шоком увидеть, как одежда обволакивает моё тело, как управляемая вода, растекаясь, ну и как машина появляются видеть им тоже не стоит. В общем, собравшись, я выехал из деревни и погнал обратно в посёлок. Насчёт лечения я не соврал, если договор заключён, да ещё при свидетелях, то его надо выполнять.

Уже через двадцать минут я был на месте и поехал в сторону разгромленного дома. Адреса, где находится раненый, я не знал, как-то всё так закрутилось, что не спросил, поэтому логично, что я остановился у уничтоженного строения. Тут охранял постовой от любопытных. От него я и узнал адрес подполковника, так что спокойно добрался. Тот меня уже ждал. Я проверился заезжая во двор частного особняка через открытые ворота, люди в засаде были, в соседних домах укрывались, но пока явных попыток моего захвата не было. Тот видимо планировал, чтобы я его сына вылечил, а потом трава не расти.

Открыв дверцу, остановившейся машины, я покинул её и свернул плетение, убрав амулет в карман, после чего посмотрел на идущего ко мне от крыльца хозяина дома, спросил:

–  Ну что, всё готово?

–  Да, уже накормили. Через силу тоже заставили. Ещё что-то нужно?

–  Нет, главное не мешать. Разве что ещё душ приготовьте, он понадобится.

–  Сделаем. Прошу за мной.

Мы прошли в дом, и на первый этаж, где и находилась комната пострадавшего. Тяжёлый запах, задёрнутые занавески, которые я поспешил распахнуть. Тяжёлая атмосфера. Я думал раненый будет таким же как и отец, квадратным, невысоким и коренастым. Но нет, пареньку было лет двадцать пять, худой, стройный, он блестящими от возбуждения глазами смотрел на меня с немалой надеждой. Сравнив ауры раненого и хозяина дома, я понял, что они не родственники. Странно, ну да ладно, это их дела, может приёмный? Просканировав тело раненого амулетом-диагностом, я прикинул, сколько может стоить такое восстановление и вычел пятьдесят процентов. В уплату подполковник принёс пригоршню разной ювелирки. Вся она имела камушки. Видимо по родственникам собирал и соседям, может, что своё было. Так что, закончив с диагностированием, я прошёл к столу, где кучкой были свалены драгоценности и стал отбирать себе камешки.

–  Тут три искусственные, - буркнул я и отобрал себе мелкий, но настоящий рубин. Как раз будет.

Варварски выковыряв его из брошки, я бросил ту на место в общую кучу и громко сказал:

–  Плата принята, приступаю к работе.

Пройдя к пареньку, я расставил блоки амулетов и приступил к восстановлению. Заняла эта работа порядка тридцати минут. Ранее тела ниже живот тот не чувствовал, а вот сейчас проблем не было и тот начал шевелить пальцами и даже согнул одну ногу в колене с восхищённой радостью глядя на меня.

Всех родственников и семью подполковник из дома явно удалил, хотя видно, что в доме живёт много народу, включая детей. По игрушкам во дворе понял это. Так что когда восстановление было закончено хозяин дома подошёл к пациенту и стал расспрашивать его, причём обращался к нему заметно нейтрально, не как к родственнику, а скорее как к хорошему знакомцу, даже помог ему встать и сделать пару шагов. Я разрешил, уже можно было. А сейчас в душ и быстрее за стол.

–  Ну всё работу я свою сделал, поэтому прощайте, - произнёс я доставая амулет перемещения Древних и входя в режим тьмы.

–  Сто-ой-й-й!… - заорал тот, разворачиваясь ко мне от пациента, да ещё бросая его на кровать, но было поздно, я уже переместился на берег Москвы-реки на окраине города.

Естественно я сделал себе точку эвакуации, и выбрал для этого поляну, где иллюзии-казаков под моим управлением, хорошо проучили наглых в своей безнаказанности братков. Так что, использовав амулет, не хотелось воевать с теми, кто в соседних домах укрывались, я и ушёл. Судя по аурам, это были серьёзные бойцы, для местного уровня. Вряд ли ФСБ, скорее всего полицейский спецназ. Тут не так далеко Керчь была, наверное, оттуда.

Осмотревшись, я вызвал свой «запор» и покатил в город. Чтобы добраться до кладбища, где захоронены мои бабушка и дедушка, нужно было пересечь город, мне на другую сторону требовалось. Можно и по окраине, так, наверное, даже быстрее получится в объездную. Но я собирался покинуть этот мир, меня здесь больше ничего не держало, поэтому я собирался попрощаться с дедом. Фирма что занималась памятниками, я им оставил левую электронную почту, уже доложилась, что исполнила заказ. Часа полтора назад сообщение от них получил, так что, почему бы не проверить качество проведённой работы, ну и не попрощаться, уже навсегда? Ах да, нужно ещё в редакции той прессы, что обо мне плохо пишут за эти дни, заскочить. В которые ещё не знаю, нужно интернет прошерстить и можно отправляться. Часть мой намёк всё же поняла, и если писали не плохо, то нейтрально точно, у меня к ним претензий не было, а вот где с грязью смешивали, вот те навестим. Тут надо будет жёстко действовать. Хватит в толерантность играть. Как там Саныч говорил, наш ротный? Хочешь убить - убей, не хоче6шь, пересиль себя и убей. Думаю здесь он прав, таким и надо быть, а то из меня всё интеллигентность прёт, бабушкино воспитание. Дать в морду - это уже пролетарско-дедушкино.