Вентус

Духи кого-то искали, понял Джордан.

И снова пошел вперед, желая наперекор самому себе, чтобы духи заметили его, поскольку тогда он смог бы увидеть, где он, пусть даже их глазами. Он выставил руки вперед, словно слепой, и шел неизвестно куда.

Небеса… Что-то спускалось с небес. Имение Боро знало это, и обрывки картин перед глазами становились все более отдаленными, словно увиденными с высоты, далеко превосходившей верхушки самых высоких деревьев.

Разозлившись на собственную беспомощность, Джордан остановился, опустил руки и сделал глубокий вдох. Один. Второй. Он вспомнил все, чему учила его Каландрия, и постарался подавить панику.

Калейдоскоп видений стал проясняться, и Джордан увидел безоблачное небо, усеянное первыми вечерними звездами, словно драгоценными камнями на синем шелке.

А еще он увидел Небесные Крюки.

Линден Боро изобразил улыбку, адресованную Каландрии. Обаяния у него было не больше, чем у Юрия или Мари. В темных бриджах и вышитой куртке, он выглядел так, словно явился из конюшни. С ним было десять вооруженных человек. Август Конюх стоял рядом с Линденом, пряча глаза.

–  Август сказал мне, что на них напали, - заявил Линден.
– Вы видели это, леди?

Его телохранители держали шпаги наготове. Каландрия уставилась на шпаги, округлив глаза.

–  Что это значит?

–  Похоже, мой сволочной братец переступил все границы, - сухо ответил Линден.
– С помощью своего друга Туркарета.

Он жестом велел Каландрии подняться по лестнице.

–  Где мой ученик? Он должен быть с вашим человеком.
– Она показала на Конюха.

Линден сдвинул густые брови и глянул на Конюха. Тот пожал плечами.

–  Это не мое дело, - сказал Линден.
– Полагаю, вы должны нам кое-что объяснить..

–  Объяснить?
– переспросила Каландрия, склонив голову набок.
– Что именно? То, что мы спасли вашего человека от смерти, не нуждается в объяснениях. То, что мы спрятали его? Но мы сделали это по его же просьбе. Бедняга стыдился того, что нарушил законы дома.

–  А почему в столь поздний час вы одеты в дорожный костюм, леди?

–  Учитывая услугу, которую я оказала вашему человеку, мистер Боро, я полагаю, что имею право не отвечать.

Линден нахмурился…..

–  Позвольте напомнить вам, что вы гость в этом доме!

–  Уже нет, - парировала Каландрия.
– И не я нарушила правила.

Она многозначительно махнула рукой в сторону Августа; тот съежился и отступил назад.

Линден скрестил на груди руки. В этом освещении он выглядел угрожающе: поджарый, вытянутый в струнку, со шпагой на боку. Светлые волосы, ниспадавшие на одно плечо, были перетянуты черной резинкой. Стоя так близко к нему, Каландрия ощущала запах кожи, пота и лошадей.

–  Что касается нарушения правил… - проговорил он не без иронии.
– Ветрам может не понравиться, как много вы знаете, леди Мэй.

Она не ответила.

–  Нашего бедного Августа, по его же собственному признанию, чуть не прикончили, - продолжал Линден.
–

Кто-то пытался замаскировать зажившую рану новым неглубоким порезом, но очень неуклюже. Тем более что на спине Августа есть выходное отверстие. Я никогда в жизни не видел такую пару ран… большинство людей с подобным ранением не протянули бы и дня. А сейчас Август уверяет меня, что ему трудно даже порезать себе палец. Он говорит, вы что-то сделали с ним… что-то научное, что подняло его со смертного одра. Последним, кто пытался это сделать, был генерал Армигер, чья армия полностью уничтожена Ветрами.

–  Но… - начала Каландрия.

–  Но, - прервал ее Линден, - по большому счету, вы правы. Вы спасли жизнь моему слуге, и он сам это подтверждает. Я не знаю, каковы ваши намерения, однако те, кто напал на Армигера, вернулись, чтобы завершить свое дело. Стало быть, вы - не одна из них. Я не знаю, кто вы…

Его прервали на полуслове крики, раздавшиеся снизу. По лестнице взбежал человек.

–  Сэр! Сэр! Он мертв!

Каландрия нагнулась за своими сумками. Человек, споткнувшись на верхней ступеньке, бухнулся на колени и заорал:

–  Юрия убили! Линден выпучил глаза.

–  Брендан! Я так и знал!
– Он повернулся к Каландрии.
– Если вы в этом замешаны, леди, вы не доживете до суда. Но вы спасли Августа, и поэтому, если вам не безразличен наш клан, пойдемте со мной!

Он помчался вниз по лестнице.

Каландрия хотела было взять свои пожитки, однако Август уже подхватил ее поклажу.

–  Где Джордан?
– спросил он, перекрикивая толпу, которая пронеслась мимо них, словно река во время наводнения.

–  А ты не знаешь?

Август покачал головой. Оба, как по команде, повернулись и побежали вслед за толпой.

Аксель нащупал первый же предмет, попавший ему под руку - горшок с растением, похожим на паука.

–  П-подонок!
– с трудом просипел он.

Горло у него горело так, будто превратилось в головешку. Руки и плечи при каждом движении пронзала острая боль. Подкожные доспехи, которые рекламировала Каландрия, оказались надежными, иначе он давно был бы покойником, однако они не смогли уберечь от потери крови и сильных ушибов. Акселю оставалось лишь надеяться, что Туркарет не заметит, насколько он близок к обмороку.

Он швырнул горшок. Туркарет с легкостью увернулся. Рефлексы Акселя по-прежнему были в жалком состоянии, хотя головокружение почти прошло.

–  Я убью тебя, - сказал Аксель ревизору, стараясь, чтобы это прозвучало как можно убедительнее.

Туркарет отступил к окну. Аксель воззрился на свое украденное имущество, разложенное на столе. Его вещи собирались подкинуть туда, где убили Юрия, и таким образом разделаться с ним. Хороший план.

Туркарет подошел еще ближе к окну и громко крикнул:

–  Люди! Сюда!

–  Давай-давай… - начал было Аксель, но тут дверь за его спиной распахнулась настежь.

В спальню ворвались четверо крупных мужчин со шпагами. Увидев окровавленного Акселя, стоявшего у стола, и Туркарета у окна, они в замешательстве остановились.

Предводитель четверки удивленно посмотрел на Туркарета и спросил:

–  Прикончить его, сэр? Уже давно пора было…

При этом он открылся, и Аксель нанес ему удар в бок. Вояка пролетел через всю спальню и врезался в изящный лакированный шкафчик. Аксель пошатнулся и чуть было тоже не упал.