Вершина холма

– Я тебя не слышала, – сказала Ева, глядя на него в упор. – Они подняли такой шум. – Она обвела комнату взглядом. – Придется наводить порядок.

– Если хочешь, – предложил Майкл, – я попрошу Хэба Элсуорта все отремонтировать. Он превосходный мастер, и на него можно положиться – если я его попрошу, он болтать не станет.

– Скажи ему, пусть придет завтра, когда я вернусь с Бруно, – сказала Ева. – Теперь мне надо объяснить все поварихе, не то она с криком убежит из дома, когда увидит, в каком состоянии находится эта комната, а потом ехать в Берлингтон. Тебе следует выспаться. Ты плохо выглядишь.

Она вышла из гостиной. Майкл услышал, как Ева, находясь на кухне, громко говорит что-то по-немецки тугоухой семидесятилетней служанке.

Перед уходом он оставил ключ от входной двери на столике в библиотеке. Майкл решил, что больше он ему не понадобится. Медленно идя по гравийной дороге, Майкл усомнился в том, что Ева не слышала его крика. Он вспомнил, что Ева даже не спросила его о поездке, о том, как перенес ее Андреас. Выйдя за ворота и приблизившись к машине, он увидел, что воры не тронули «порше». Он подрулил к коттеджу. Майкл машинально, по привычке, собрался вытащить из автомобиля свою сумку. Он уже схватил ее за ручку и приподнял, но тут же опустил. Зашел в коттедж, собрал остальные вещи и отнес их в машину. Если Ева Хеггенер нуждается в телохранителе, ей придется подыскать другого человека, подумал Майкл.

Он подъехал к конторе Элсуорта и рассказал подрядчику, что произошло.

– С миссис Хеггенер случилась истерика, она палила наобум, – объяснил он. – Надо кое-что залатать. Она не хочет, чтобы об этом знала полиция.

– Понимаю, – сказал Элсуорт. – Мой грузовик так и не нашли, но когда копам нечего делать, они приходят ко мне и пристают с вопросами о людях, которые работали у меня десять лет назад, будто я их помню. Я сделаю что смогу, Майкл, и буду держать язык за зубами.

– Спасибо, Хэб. Хорошо, что в городе есть такой человек, как ты.

– Меня упрашивают баллотироваться на должность мэра, – сообщил Элсуорт. – Черта с два.

Майкл засмеялся и сказал:

– Кстати, я уехал из коттеджа.

– Где ты теперь остановишься? В гостинице? Если Элсуорт и связал стрельбу с уходом Майкла из коттеджа, он оставил свои подозрения при себе.

– Нет. Неделю-другую попутешествую по окрестностям – хочу дать отдых нервам. Я вернусь, когда придет время ехать за Хеггенером.

– Ежегодно в это время, – сказал Элсуорт, – меня охватывает зуд, желание куда-нибудь смотаться. Но я не могу. Мне надо работать, не то что некоторым счастливчикам. Желаю хорошо отдохнуть. До встречи.

– До встречи, – отозвался Майкл. Выйдя на улицу, он сел в машину, медленно пересек город и поехал по залитой солнечным светом дороге.

Глава 22

Майкл в одиночестве путешествовал по Вермонту, утром он вставал незадолго до начала работы подъемников, а когда их выключали, возвращался домой. Он катался на лыжах в пургу и в слякоть, по заснеженным и ледяным склонам; в конце дня Майкл садился в машину и спешил на новое место, там он останавливался в мотеле, проглатывал обед и, обессиленный, мгновенно засыпал. Он избегал людей и снимал с себя лыжный костюм лишь на время сна. По ночам ему ничего не снилось, он просыпался и, даже не посмотрев, какая за окном погода, как одержимый, уходил в горы, словно они были его заклятым врагом, которого можно одолеть только безжалостной, стремительной атакой.

За время недельного очистительного путешествия Сторз ни разу не упал, а в конце его, когда он, позвонив в Нью-Йорк, узнал, что Хеггенер готов вернуться домой, Майкл – во всяком случае, физически – чувствовал себя превосходно; лицо его так загорело и обветрилось, что он напоминал истощенного индейского воина, вернувшегося из тяжелого и длительного похода.

Он ехал всю ночь, чтобы рано утром забрать Хеггенера из клиники. Андреас ждал его в вестибюле, австриец выглядел хуже, чем неделю назад, – он не казался больным, но за семь дней кожа его побледнела.

– Господи, Майкл! – воскликнул Хеггенер, увидев Сторза. – Что вы с собой сделали? Вы сильно исхудали.

– Я устроил себе небольшие каникулы и провел их на лыжах, – пояснил Майкл, укладывая чемоданчик Хеггенера рядом со своими вещами, наваленными грудой.

– Какая погода в Грин-Холлоу?

– Не знаю, – ответил Майкл. – Я был в Стоу, Шугабуше, Мэд-Ривер, Биг-Бромли, еще кое-где.

Они сели в «порше» и поехали.

– Ну как ваши дела? – спросил Майкл. – Я имею в виду здоровье.

– Неплохо, – ответил Хеггенер. – Они считают, я начал поправляться. – Он улыбнулся. – Хотя один пожилой врач полагает, что результат обследований неверен и что их следует повторить. Они хотят через месяц посмотреть меня снова. – На лице у него появилось недовольное выражение. – Хватит о болезнях. Как вы? Решили насчет гостиницы?

– Если позволите, Андреас, я еще подумаю. Но если вас поджимают сроки, пожалуйста, не ждите меня.

– Время пока есть, – отозвался Хеггенер. Выехав на автостраду, ведущую на север, Майкл спросил:

– Ева рассказала вам, что у нас произошло?

– Я с ней не разговаривал, – тихо промолвил Хеггенер.

– Она разве не звонила?

– Нет. Наверное, была занята, – предположил Хеггенер. – Ведь у Бруно кашель, и вообще… – Хеггенер позволил себе слабо улыбнуться. – Я решил дать ей возможность несколько дней отдохнуть и не думать обо мне. После такого перерыва нам будет легче друг с другом. Так что же случилось?

Майкл испытал минутный соблазн ничего не говорить Хеггенеру и отделаться какой-нибудь незначительной городской сплетней. Но как бы искусно Элсуорт ни отремонтировал мебель, он не мог полностью ликвидировать следы стрельбы. Хеггенер все равно вскоре узнал бы о ней, поэтому лучше было подготовить его заранее.

– Так вот, – сказал Майкл, – ваш дом обворовали. Точнее, пытались обворовать.

Он рассказал Хеггенеру об автомобиле с выключенными габаритными фонарями, о своей разведывательной вылазке, темных фигурах в библиотеке и свете фонарика, о том, как он бросился к столу за револьвером, о появлении Евы, ее отчаянной стрельбе и бегстве злоумышленников.

– Господи, – изумился Хеггенер, – Ева стреляла из револьвера! Откуда он у нее?

– Не знаю. Он лежит у меня в сумке – маленький, с перламутровой отделкой. Вам о нем известно?

– Конечно, нет, – сердито сказал Хеггенер. – Разве я не говорил вам, что «смит-вессон» – единственное оружие в доме?

– Я подумал, вдруг вы забыли, – дипломатично заметил Майкл.

– Вы можете считать меня стариком с дырявой памятью, – произнес Хеггенер, – но если бы я знал, что у моей жены есть оружие, я бы этого не забыл.

– Я не стал вызывать полицию. Ущерб невелик, а Ева была не в состоянии отвечать на вопросы.

– Вы вели себя мужественно, – тихо заметил Хеггенер. – Мне даже немного неловко. Не знаю, как бы я действовал в такой ситуации.