Вестник

— Так. Что же тогда случилось?

— Мы нашли еще одну скверну, — признался Нардис. — Но на этот раз освященные вещи позволили нам подобраться к ней почти вплотную. Нежить мы порубили, пауков Гнора тоже нашли. По всем признакам, он спрятался внизу, но совсем уж близко нам подойти не удалось, поэтому возможное темное пятно мы оцепили, по периметру все зачистили. А Нум… он сказал, что раз уж Гнор сумел уйти от нас в прошлый раз, то и здесь наверняка подумал про запасной выход. Нум и его тройка отправились на его поиски. На случай, если старик все же рискнет идти напролом. И вот после этого мы их потеряли. А когда отправились на поиски, то обнаружили, что Нум…

— Вы нашли его тело?

— Да. Кто-то… возможно, Гнор или же его подопечный, воткнул в него деревянный кол. Пришпилил к стволу, словно бабочку. Снять его оттуда мы не можем — вокруг дерева разбросаны проклятые предметы, так что даже мне не удается к нему подойти. Его тройка исчезла, но я чувствую, что они еще живы. Все следы ведут в скверну. Вот только вниз мы спуститься не можем. Действие храмовых амулетов уже заканчивается. Еще час-два, и нам придется отступить на дальние позиции. Наши координаты…

— Я сейчас буду, — сухо пообещал я, когда он закончил говорить. — Ждите.

И, не теряя времени, открыл портал.

— Спасибо, — устало выдохнул Нардис, стоило мне ступить на мягкий мох, а над моей головой сгустилось темное облачко. — Нум мне как брат.

Знаю. Ведь в свое время именно Нум должен был стать тем первым, которого Нардис обратил собственноручно. Из-за предстоящего ритуала будущий князь страшно переживал, долго готовился, многократно проверял и перепроверял начертанные на теле собрата руны. Все-таки первый самостоятельный ритуал… Но я не вмешивался. Считал, что он должен научиться действовать без подсказок. Тем более в таком важном вопросе, как обращение.

И мы начали ритуал. Вернее, Нардис его начал. Но из-за волнения в какой-то момент ошибся и вместо того, чтобы сделать Нума бессмертным, случайно его убил.

Разумеется, ритуал после этого пришлось заканчиваться мне, и в итоге Нум стал третьим старшим вампиром, хотя никто из нас этого не планировал. Были определенные подозрения, что после перерождения у новоявленного птенца появятся претензии к князю, а следом за ними — и стремление к конкуренции. Однако Нум как привык при Лемане быть на вторых ролях, так и в новой жизни не захотел от них отказываться. Работа исполнителя его более чем устраивала, поэтому он спокойно воспринял себя в новом качестве и со временем стал для Нардиса не только другом, но и почти что братом. Верным, надежным, преданным. Неудивительно, что его смерть вывела князя из равновесия.

— Вильгельм… — тихо позвал меня призрак. — Тебе стоит на это взглянуть.

Я отвернулся от осунувшегося Нардиса и, пройдя сквозь строй почтительно расступившихся вампиров, остановился возле раскидистого дерева. С виду дерево как дерево, если не считать того, что оно было давно мертво, а вокруг него и даже вдоль всего ствола кто-то очень предусмотрительно понатыкал сочащиеся темной дымкой проклятые предметы.

Знакомые, кстати, предметы — тонкие детские косточки, связанные по три штуки с помощью обычной ленты, мне встречались еще лет двести назад, в том числе на разбуженных кладбищах. Я еще тогда подумал, что это работа колдуна, а вскоре пришел к выводу, что это могло быть делом рук старины Гнора. Но когда он работал над своим эликсиром, а я — над воскрешением Нардиса, подобные мелочи меня не заботили, поэтому насчет проклятых предметов я не спрашивал.

А теперь сомнения отпали: все-таки это был он.

Нум, кстати, висел там же, на дереве, прибитый к нему на высоте почти двух человеческих ростов, и был распят по всем правилам — руки и ноги пробиты костяными шипами и засели глубоко в стволе. На горле виднелась тугая удавка. А из левой стороны груди торчал окровавленный кол, который кто-то вонзил туда так, что острый кончик пробил немаленький ствол насквозь и теперь торчал с другой стороны, обагрив по пути мертвую кору целыми ручейками крови.

Вампир, разумеется, не дышал. Со здоровенной деревяшкой в груди даже старшему было бы затруднительно это сделать. Но вот что меня по-настоящему насторожило, так это виднеющаяся у него на шее небольшая отметина. Точно такая же, какая оставалась у тех собеседников, с которыми я хотел поговорить, но кто в силу ряда причин не горел желанием со мной общаться.

Выходит, сперва вампира все-таки отравили, обездвижили и только потом подвесили на дереве. С его подопечными наверняка поступили так же, только, в отличие от Нума, не стали убивать, а вместо этого утащили под землю.

Почему же его оставили здесь? Да еще так демонстративно, напоказ? Почему не забрали вместе с остальными?

Я протянул руку и, выпустив на свободу проклятие, окутал им дерево и все пространство вокруг, исключая только Нума. Проклятые камни, конечно, были чужими, да еще оказались разбросаны весьма кучно, но не им было тягаться с силой Саана, поэтому довольно быстро они сдались, а источаемый ими дымок благополучно развеялся.

Только после этого я сделал вампирам знак и скупо велел:

— Снимите.

Птенцы князя, которых больше ничто не сдерживало, проворно взобрались на мертвое дерево и, в два счета освободив погибшего сородича, бережно придержали его безвольно мотнувшуюся голову. С колом, правда, пришлось повозиться, но в конце концов Нардис просто обрубил его когтями и вырвал, после чего передал тело подчиненным, а те очень бережно уложили его на землю.

Я молча оглядел бездыханный труп с приличной дырой в груди.

— Что скажешь? — бросил вполголоса, заметив, что Мор настойчиво крутится над телом.

Тот на мгновение задумался.

— Сутки еще не прошли. Можно попробовать. Если, конечно, отрава не смертельная.

— Отрава — дело второстепенное. У вампиров регенерация бешеная, справится.

— Тогда что тебя останавливает? — поинтересовался призрак, ненадолго зависнув напротив.

— У меня нет при себе чистой крови. Даже в горах запасов не осталось, а без нее ритуал не провести.

— Думаю, одну каплю я смогу очистить. Только все надо будет сделать быстро. Проклятие — штука липучая. Если не успеешь, оно вернется, и тогда твой птенец умрет окончательно.

Я подумал и, опустившись на колени, одним движением сорвал с трупа окровавленную рубашку.

— Тебе помочь? — немедленно опустился рядом князь, напряженно прислушивавшийся к нашему разговору. — Думаешь, есть шанс его вернуть?

— Душа еще не ушла, — рассеянно отозвался я, ощупывая сломанные ребра Нума. — Голова на месте, а все остальное для вампира не так уж важно. Тем более раз в нем течет моя кровь.

Нардис немного посветлел лицом.

— От нас что-то требуется? Мы можем для него что-нибудь сделать?