Ветер Стихий

Раз не получилось пойти лёгким путём, торговец пошёл более сложным, обходным. Не забыв вручить подарок, увязав его с просьбой. Ими послужили два увесистых мешочка с золотыми монетами. Один из которых попросил передать отцу Риадина, Умару. Вроде как Дархан были ему должны, но не могли сами отдать, напрямую. Попросив поработать посредником. За что заранее благодарили. Сообщив, что если откажусь, обижаться не будут, придумают что-нибудь другое. Хоть и не сказав напрямую, но подразумевая, что о моём отказе Умар обязательно узнает.

Показалось, Дархан на самом деле неважно, соглашусь, откажусь, или придумаю что-то третье. Им был важен сам факт выбора. Меня пока только прощупывали, не более. Проверяя реакцию на то или иное действие.

В данном случае пошёл навстречу. Изображая открытого, простодушного человека. Усыпляя бдительность собеседника, пожелавшего оставить последнее слово за собой.

– Спасибо за угощение. Надеюсь, всё же воспользуетесь услугами нашего торгового дома Дархан. Желаю вам спокойной ночи. И да, позвольте дать дружеский совет. Обратите внимания на поведение ваших новых слуг. Если они вдруг начнут позволять себе обсуждать своих прошлых, нынешних или будущих хозяев, от них лучше избавиться. Чтобы не опозориться. Набранные с улицы случайные дари обычно приносят только хлопоты. После чего, бесследно растворяются в ночи прихватив чужое имущество. Не желая нести за них ответственность. Всегда лучше набирать проверенных, надёжных кунан. Из дворовых, потомственных родов. Если желаете, могу дать несколько адресов, где можно купить по-настоящему хороших слуг или рабов. На любой, даже самый изысканный или требовательный вкус.

Не забыл через меня предупредить Дехи, адресовав эти слова именно ей. В очередной раз похваставшись связями, намекнув на необходимость денег, которые я теперь знаю у кого можно взять. Почти даром.

Ещё минут пять после их ухода сидел, задумчиво глядя в огонь. Вот ведь черти. Пришли, так загрузили голову лишними мыслями, что туда теперь еда не помещается. Только избавился от этой проблемы, появился новый визитёр. Пожилой, сморщенный как сухофрукт, старый дари из касты кунан, в безликой одежде, без гербовых браслетов или печатей на поясе. Скормив мне историю про несчастную семью слуг, оставшихся без хозяев, начал осторожно выспрашивать, кто я такой, откуда, что собой представляю. Выставляя всё так, будто ищет для них новый дом. Ничего конкретно не обещая. Вскользь упомянув род, которому служили ранее. Вот только после того, как я ласково улыбаясь, попросил его проводить Харима к их палатке, чтобы лично, из рук в руки вручить каждому беженцу по одной монетке, в качестве благотворительной помощи, что-то занервничал, быстро вспомнив о других неотложных делах. После чего под благовидным предлогом поспешил скрыться в ночи. То же мне, актёр погорелого театра.

Следующим явился ещё один кунан, но уже самый настоящий. Пристроенный. С гербовой дощечкой Аллмара на поясе. Вполне прямо, в духе Дархана, поинтересовался, чего им от меня ожидать. Не несёт ли моё существование для них всех угрозу. Или появление новых лиц в ближнем окружении владыки. И если да, то, к чему готовиться. Вкусы, предпочтения, взгляды, желательно списком и заранее. А то может у кого-то аллергия на жареных павлинов. Один отделается сыпью на лице, другой шрамами на спине. Зачем им такие украшения. Они же не дашун, чтобы ими гордиться.

Оказывается, именно его подчинённые готовили для меня палатку, костёр и ужин. Так что интерес к этому был совсем непраздный. Заверил, угроз не несу. Толпу родственников пристроить на тёплое местечко не желаю. В политику, упаси Канаан, лезть не намерен. Пусть уважаемые мной кунан спят спокойно.

На другой щекотливый вопрос пришлось ответить утвердительно. Их гостеприимством воспользуюсь ещё не раз. На всё воля Аллмара, с которыми у меня вроде как хорошая дружба. Узнав всё, что хотел, предложил дополнить комплект ночных принадлежностей именной грелкой. В пользование, до утра. Услышав, что она сама придёт по первому же свистку, как в анекдоте, зелёному, стойко отказался. Несколько раз. И от пухленькой, и от страшненькой, и от низенькой и от… да сколько у него их. Прямо какой-то начальник склада грелок. Пришлось прозрачно намекнуть, что ему уже пора.

Если наивно полагал, что хотя бы сейчас дадут поесть, то глубоко ошибался. А она ведь остывает уже. Изверги. Сначала появился подозрительно мутный тип, который предлагал от имени одного из торговых домов, в качестве посредника между мной и некой благородной семьёй, которую пока не называл, купить мою дружбу. За весьма щедрое вознаграждение. Вежливо, наплетя словесные кружева на тему, как только, так сразу, если что, всегда готов, но понимаете, нужно чтобы звёзды сошлись, а они могут, как только вы, и так далее. Словом, отправил его подальше, не отказывая, но и не соглашаясь.

Следом за ним, практически сразу, появился глава свободного рода Насаим, хорошо одетый и причёсанный, дари, который посоветовал купить их расположения, так как они ого-го какие важные и нужные. Пять минут слушал соловьиные трели, пытаясь понять, кто этот щёголь и чего предлагает. То, что он хочет, уяснил сразу и чётко, а вот что взамен, не очень. На наглядном примере понял, что по части морочить другим голову я ещё маленький мальчик с машинкой на верёвочке. Пришлось признавать поражение, воспользовавшись подсказкой, под названием, – помощь зала. Идти к Хариму за советом.

Он уложил в два предложения то, что я выслушивал пять минут. Передо мной сидел один из заводил светской тусовки Шаль-Аллмара. Дари с большими связями, чутьём и непомерным самомнением. Которого Харим почему-то назвал надутой болотной жабой, не слишком-то жалуя. Видимо, по части скандальной репутации недалеко ушёл от наших светских львов и, не к ночи упомянутых, львиц, после встречи с которыми отмыться порой сложнее, чем от краски.

Поскольку переговорить этого франта было решительно невозможно, ограничился коротким обещанием, если вдруг, то сразу к нему, а как иначе. Пока же, я человек бедный, единственное, что могу предложить, кипяток, и то, без заварки и сладостей. Следовательно, ни на что рассчитывать не планирую, злоупотреблять, тем более. От кипятка гордый сын пустынь отказался. С весьма выразительным видом, посмотрев на меня, как на сущего придурка, не понимающего, с кем он разговаривает. Ушёл.

Даже не притрагиваясь к мясу, жадно пожирая его глазами, выждал пару минут. И действительно, появился очередной клиент, желающий меня купить, или же, чтобы я купил его. Какого же было моё удивление, когда вместо ожидаемых слов, для начала, приветствия и благодарностей за гостеприимство, с парой дежурных комплиментов, услышал грубоватый, холодный тон.

– Ты, тот кого именуют Амир из Шаль-Аллмара?

– Верно, – не видел смысла скрывать.

– Тогда вставай и следуй за мной. Сегодня ты будешь спать у наших костров, – с лёгким пренебрежением и скукой.

– У ваших, это у чьих? – опешил от такой наглости.

– Тебе предоставляет свою милость род кундар Самех из клана кундар Гания, – заявил с подчёркнутой важностью.

– Самех? Не знаем мы никаких Самех. Зачем идти. Нас и тут неплохо кормят.

Эх, была бы ложка, обязательно облизал бы, демонстративно, не торопясь. Раз уж не скрывая, показывают клыки, стоит ли манерничать. Бросил быстрый взгляд на хмурого, напряжённого Харима, отмечая, что этого человека он знает, не любит, опасается. Три в одном.

– Ты, презренный, – неназвавшийся дари с серебряным браслетом на руке, упомянул общепринятое обращение к бродягам, – смеешь отказываться от нашего предложения?

– От чьего? От друзей клана бахи Аллмара? – пожелал выяснить их взаимоотношения.

– Ты не ответил на мой вопрос.

– Как и ты, уважаемый, – лениво облокотился на руку, глядя на него из-под полуприкрытых век.

Чувствуя себя в безопасности, пока в темноте оранжевыми огоньками светились глаза Аюни. Подобная грубость разозлила визитёра.