Ветви Чуи

Томик первый последовал приказу – развернулся и бросился бежать, уходя от перекрывающего путь тумана. Чвабуры могли бегать быстро – при каждом прыжке выгнутый хвост не только балансировал тело, но и давал дополнительный толчок от поверхности, попеременно то одной, то другой задней конечности. Томик почти сразу скрылся за туманом, а Румик замешкался. Дернувшись туда-сюда, видимо, пытаясь прорваться к заблокированному Топигу, Рум размахнулся – и у ног Топига плюхнулся колчан с дротиками и ручкой-металкой. После Рум издал короткий крик и, совершив почти нереальный прыжок, перескочил клубы тумана, начавшего понизу захватывать небольшое свободное пространство. Миг – и второй друг исчез за надвигающейся розовой стеной. Под оглушительное потрескивание, чуть покачиваясь от порывов ветра, дующего во всех направлениях, Топиг схватил колчан, забросил за спину, притянув ремень, и бросился вперед к светящимся кустам. Так быстро ему бегать еще не приходилось – не просто бежать, а перескакивать через странные маленькие, но не двигавшиеся болотца. Хорошо, хоть тумана впереди не было, и Топиг видел ореол сине-розового света над небольшим островком светящегося кустарника впереди. До него оставалось не более двадцати драх, когда Топиг задел хвостом поздно увиденное болотце. Его дернуло, на миг показалось, что хвост просто оторван от тела, и последнее, что зафиксировало сознание, кроме нарастающего треска в ушах, беспомощный полет кубарем и потом мягкое и нежное касание того самого святящегося куста, куда он так стремился.

* * *

Событие было поистине грандиозным не только для планеты Земля, но и для всего обжитого человеком к этому времени пространства. И не только человеком – уже четверть века как к Скопе Сознаний, структуре, объединяющей все сообщества и индивидуумов планеты Земля, созданной после объединения анклавов и образования Главного Совета, присоединилась раса фогги, разумных туманных энергосущностей, чья планета-дом висела в пространстве между Землей и ее вечным спутником. Тридцатилетие образования Скопы отмечалось в эти дни везде – и на Луне, где старый Лунный городок превратился в мегаполис, окруженный сетью жилых и научных кампусов и предприятий, разбросанных по всей планете. И на Марсе, где за полвека колонизации выросла сеть городков-поселений со своей столицей – огромным геоорбитальным комплексом Марс-сити – детищем когда-то упраздненного Союза Корпораций, но отстоявшего свои позиции в плане финансов и торговле. И сейчас на безвоздушной планете новая структура – Корпомарс, объединение ведущих корпораций, занималась всем – от добычи ресурсов и промышленной переработки до реализации военных заказов, для чего существовали орбитальные верфи и многочисленные геокомплексы заводов и фабрик. Добывали кислород и воду, полезные газы и ископаемые, отправлялись экспедиции вплоть до пояса астероидов, а исследовательские еще дальше, развитая инфраструктура позволяла осуществить многие поставленные цели – и на планете уже жило, училось и работало более миллиона человек.

Но люди были не только в околоземном пространстве, куда входила вся территория орбит от Малого астероидного пояса до гелиостанций на орбите Меркурия. Активно обживался Юпитер, точнее его спутники, а недавно запущенный структурами Корпомарса проект «Астросат» позволял в будущем изучать, вести геологоразведку, а потом и промышленную добычу полезных минералов и газов колец Сатурна.

Грандиозное празднование тридцатилетия образования Скопы, радость, восторг и удовлетворение от проделанной работы ощущались не только в обжитом человеком пространстве. Фогги, разведчики-исследователи и охотники за энергией, могли добираться до многих уголков Млечного пути, а связанные Единым инфополем Вселенной ливитные образования, в просторечии Центры Связи, в известном количестве 16-ти штук, были разбросаны по всей галактике и даже немного за ее пределами – и радость, и ликование объединения и от проделанной совместной работы были и там. И даже на нескольких исследовательских человеческих кораблях дальней разведки с немногочисленными добровольцами, отправившимися исследовать пространство более пяти лет назад. Три таких корабля серии «Лист М7» были отправлены силами Скопы, соответственно пять, четыре и три года назад в разные рукава Млечного пути. Горизонт событий, точка невозврата для кораблей была определена в четыре, семь и семь с половиной тысяч световых лет от Солнечной системы – большего не позволял ресурс корабля и человеческого организма. ПЛ-ресурс, используя законы пространства-времени, давал многое – от двигателей и комплексной защиты до современных биорегенов, но человеческий биоресурс имел ограничения, и люди могли путешествовать пока не более десяти лет без естественной человеку среды обитания.

Двигавшийся в дрейфе на гравитационной тяге кораблик серии «Лист», отправленный четыре года назад в пространство рукава Персея, был самым маленьким из трех – при экипаже из двух человек, одного фогги и, естественно, Ливита. Сейчас кораблик находился сравнительно недалеко от домашней системы – в трех с половиной тысячах световых лет, на окраинах рукава Персея, проделав почти половину возможного пути. «Лист» двигался не только в ПЛ-поле, но используя гравитационные двигатели, имел возможность изучать звездные системы и планеты, чем и занимался, обследуя уже восьмую звездную систему.

В маленькой рубке корабля царила полутьма, тусклыми огоньками горели только многочисленные табло и рабочие элементы управления, да вогнутый прозрачный многослойный экран перед двумя креслами показывал чуть мерцающую пустоту космоса с маленькой, но яркой тройной звездной системой в центре. До нее было еще далеко, и бортовой квантоум, а в основном Ливит, занимались анализом внешней среды, рассчитывая пути безопасного подхода. Человек в кресле – уже пожилой, с длинными усами и русой бородой, одетый в штатный комбез дальней разведки, – безмятежно спал, чуть приоткрыв рот, с какой-то детской улыбкой на лице. Мембрана шлюза в рубку неслышно разошлась в стороны, и в помещение проник еще один член экипажа – маленькая коротко стриженная женщина уже в возрасте, но подвижная и быстрая. Бросив взгляды на сигналы панели управления и короткий на экран, легко запрыгнула в свое кресло и посмотрела на спящего. На лице появилась шаловливая улыбка, женщина помахала рукой, привлекая внимание Ливита и приложила палец к губам. Пристегнулась фиксирующим полем, визуально проверила работу систем и отключила ряд маячков на панели управления. Положив руки на джойстики управления кораблем, еще раз искоса посмотрев на спящего, улыбнулась еще шире и резко дернула джойстики. Картинку на экране повело, рубка компенсировала маневр маленького корабля в пространстве, но спящего толкнуло в кресле. Тот дернулся, проснувшись, руки сразу привычно бросились к джойстикам, а глаза считывали информацию с панели управления. Но уже через короткие доли секунды на лице Иана заиграла улыбка, и он повернулся к спутнице.

– Лиз, ты снова со своими шутками? – строгий голос не вязался с добрыми глазами и радостью на лице. – Я ж только уснул.

– Не только, – Лиз тоже улыбалась. – Ты уже два часа спишь.

– Ну-ну. Как будто бы ты проверяла.

– Ливит проверял. А я уже и поесть успела, и душ принять, и побегать даже. То есть сначала побегать, потом душ, а потом и поесть. Иди, ешь, я тебе там твой любимый соус приготовила. И, кстати, всех с праздником!

– Соус? Отлично! Тебе, жена, благодарность от всего экипажа. И тебя тоже с праздником.

– Иди давай, муж. Я приняла. А насчет благодарности от всего экипажа, так этим ее несложно и заслужить – тут на тысячи световых лет вокруг только два биосущества, и одно из них точно любит этот соус.

– Ладно, я пошел, – Иан отстегнулся, быть пристегнутым на вахте предписывалось правилами в таком режиме перемещения, тем более в незнакомом пространстве вблизи неизвестной звездной системы и, поцеловав жену, покинул рубку.

Лиз продолжала проверять работу бортовых систем, когда раздался веселый голос:

– Снова разыграла? Привет, Лиз.

– Ага. Привет, Ливит.

– Лиз, посмотри данные струномера за последние три часа.

– Смотрю. Изменения в пределах погрешности. Хотя..

– Вот-вот. Линия 647ЛВ7. Четыре раза за три часа.

– Это уже цикличность. Странно. Анализ?

– Десять минут до ожидаемых проявлений. Данные на экране. Надеюсь, капитан успеет поесть.

– Капитан? – Лиз улыбалась.

– Иан уже давно сравнивает нас с маленькой лодкой в безбрежном океане, – в голосе Ливита чувствовался смех. – Вот я и говорю – капитан.

– Да, плаваем мы уже давно. Ливит, ты тоже становишься сентиментальным.

– Немного. А вот и капитан.

Мембрана раздвинулась, и Иан, сделав пару шагов, почти прямо от порога запрыгнул в кресло. Что-то дожевывая, одной рукой включил фиксирующее поле, другой уже выводил данные на рабочую панель. Лиз смотрела, улыбаясь.

– Ну, как соус?

– Выше всяких похвал. Никогда не мог понять, из чего ты его готовишь.

– Ну, лучше тебе не знать, – Лиз смеялась, Иан тоже усмехнулся. – Но ведь вкусно?

– Особенно, когда он горячий. Так. Ливит, будем считать, что это объект. Сколько до него?

– Четыре с половиной часа. Есть предположение.

– Да, год назад мы такое уже встречали. А куда он движется?

– Вот к этой тройной системе и движется. Предполагаемая траектория на экране.

– Маскирован?

– Да. 7-9 ри. Но поле особое. Это «странные».

– Скорее всего. Такой шанс упускать нельзя, любая информация об этой расе очень важна.

– Но они не идут на контакт! – Лиз смотрела за действиями мужа. – Все попытки Скопы начать взаимодействие оканчивались ничем. Они предупредили, что даже приближаться к ним нельзя – они воспримут это как агрессию и отреагируют соответственно. Ни к кораблям, ни к их территории.

– Ну, здесь не их территория. Их домашние системы далеко отсюда. А что же могло им тут понадобиться?

– Ну, нам же что-то понадобилось. Может быть, тоже исследователи.

– Ага. Военные. Крохи информации о них говорят о том, что это раса воинов.

– Точнее, воинов-властителей. Помнишь первый контакт? Точнее не контакт, а как мы нашли обломки их кораблей. Это когда их инверс размолол.

– Вот сейчас и повспоминаем. Ливит, маскировка?

– 11-ть ри.

– Сколько нам до системы?