Виртронация

В общем все, как и я, не получили пока никакого результата, и теперь молча пытались сообразить, что к чему.

– Почему они не разбираются? – жалуется Рисбо.

– В чём не разбираются? – веселится Тучка.

– Ну это значит не разламываются, – пытается он сказать по-другому.

– Попробуй раскусить, – подсказывает Сенс.

– Фу, Сенс, какая гадость, – уже смеётся она.

– Разрушить объект удастся только, если он запрограммирован на разрушение, – уверяет Синклер. – Рисбо, ты с ними ничего на данный момент не сделаешь, так устроена эта игра, – пытается он приободрить своего друга. – Посмотрим, что будет дальше. Думаю, надо просто выучить особую профессию для всего этого.

Смотрю все возможные действия, которые могу проделать с этой многоножкой. Сразу проверяю пункт «Открыть» – не срабатывает. Именно этот пункт обрабатывается при касании. А значит теперь придётся выбирать только одно, а именно – «Переместить в инвентарь» .

Забираю. Многоножка целиком перемещается в инвентарь. Беру ещё одну. Как бы вторая мне положена по праву. Её тоже забираю как и первую.

– А мне всегда было не понятно, – говорю. – Откуда в монстрах мечи, луки, броня или деньги? И в нашем случае, если монстр будет очень большой, то как его утащить, если судить логически?

– Допустим, логика разработчиков понятна, – разъясняет Синклер. – Мы же по любому таскаем с собой все свои вещи. У меня например в инвентаре барахла на несколько локаций хватит.

– Ага, видимо, это дело их совсем не смущает, – соглашаюсь.

Собрав всех многоножек, команда принимается за камни.

Делаю подсчёт своих камней по методу Синклера – не хватает восемь. Значит имею право собрать именно такое количество. Не больше.

Принимаюсь подбирать.

– Вот только здоровье медленно восстанавливается, – замечает Синклер. – Надо подождать.

Смотрю на наши полоски здоровья – всем добавилось лишь по пять процентов. Действительно медленно.

– Ну вдруг потом лечится сможем, – подсказывает Рисбо.

– Если с игрой повезло, то сможем, – делает вывод Синклер.

– Тут же, вроде как, не может быть увеличения здоровья с прохождением? – задумываюсь.

– Так точно, – подсказывает Синклер. – Левелап, даже если и имеется, как таковой, то не будет влиять на размер здоровья. В Виртронации своя политика на тему любого здоровья для публичных игр, даже самодельного. Думаю, можно влиять только на скорость восстановления, но это всё.

И действительно, размер здоровья во всей Виртронации примерно одинаковый, даже если это какое-нибудь ПРИ, что довольно справедливо.

Ищу цифру своего уровня на интерфейсе этой игры, но ничего похожего не нахожу. Видимо и тут основную роль играют свои собственные качества и умения. А то как бывает в левых играх, те, что не связаны с Виртронацией – сплошь и рядом измывательство над новичками. В основном это из-за того, что здоровье растёт вместе с уровнем. В жизни же нет никаких уровней, поэтому надо хоть как то приближаться к этому, если уж пользуемся нейроинтерфейсом. И вообще, уровни сами по себе существует лишь благодаря увеличению здоровья и увеличению других параметров вроде ловкости, скорости, выносливости и подобных. Последние и вовсе стали не нужны при использовании нейроинтерфейса, так как игрок использует свою природную ловкость и скорость. Развив их в своём мозгу, он будет на высоте в любой игре Виртронации. А если нету цифр, то и сохранять ничего не надо. Все наработанные характеристики остаются с тобой навсегда, и нередко переходят в реальную жизнь. Раз уж люди стали использовать для игр свои реальные характеристики, то здоровье не должно закрывать их своим размером. Как говорится – недостаточно ловок и быстр, иди тренируйся.

– Я собрала, – даёт знать о себе Тучка.

– И я всё, – сообщает Рисбо.

Выпрямляюсь, как бы тоже показывая всем, что завершил сбор.

Снова смотрю на игровой интерфейс – добавилось ещё по четыре процента. Наверное минут десять-пятнадцать придётся постоять на одном месте. В таких ситуациях слишком далеко ходить не стоит, иначе можно словить новый вред здоровью. Хотя и многоножки тоже могут возродиться. Зато, теперь, у нас есть моя светящаяся бита, которой, конечно, монстров не ударишь. Да и вообще, этой битой, никого и нигде, не ударишь, чтобы отнять здоровье, так как она не имеет ни какой программы вообще.

– Ой, а нам Челс пишет, – сообщает Тучка.

– Нашёлся значит, – ухмыляется Синклер. – Пусть принимает приглашение.

– Надо его сразу сюда позвать... – выдаёт она свою версию решения.

– Если вы готовы поделиться с ним своими камнями, тогда действуйте, – улыбается Синклер. – Но думаю, твоя затея не сработает. У игры, думаю, включено распределение новичков. Если он примет моё старое приглашение, то хоть будет уверенность, что он окажется в нашей начальной точке. Тогда мы сможем его направить к нам.

Тучка поняв всю серьёзность ситуации, тут же принимает какое-то решение и уходит в себя. Это она, скорее всего, сейчас пишет Челсу.

– И пусть камней наберёт. Мы подождём. Нам всё-равно подлечиться надо.

После этих слов все замолкают, чтобы не отвлекать Тучку. Трудно найти такого человека, который бы не знал, как не просто вставлять буквы в чате, без использования клавиатуры. Для этого де?ла требуется большая концентрация, чтобы представить нужную букву именно так, как это было при калибровке. Ведь для каждой буквы был в своё время записан свой особый сигнал мозга. А ведь каждый человек по своему представляет себе ту или иную букву. Да и сигналы могут получится слишком похожими, тогда при использовании чата будут вылезать не те буквы. Можно конечно использовать старый способ набора текста, когда весь алфавит перед глазами, но он такой же медленный, как и новый способ в начале пользования. К тому-же у старого способа нет перспективы в развитии мозга в данном направлении, и как следствие нет перспективы в ускорении набора текста. В общем имеется, во всём этом, некий процент выноса мозга.

– Всё, идёт наш дружок...

А она довольно быстро справилась. Наверное она долго тренировала умение письма. Вспоминаю её сообщение ко мне на Мифорус.

– Без камней пусть даже на глаза не появляется, – смеётся Синклер.

– Об этом я предупредила, так что можешь быть спокоен уже, – подкалывает она Синклера.

– А найдёт нас? – всё ещё волнуется он.

– Я ему фотку карты отправила.

– Ты у нас настоящая подруга мечты, – улыбается Синклер.

– Ах, ты, – замахивается в него камнем.

– Стой, стой, – взмоливается он, поднимая руки для защиты. – Я на полном серьёзе говорю.

– Тогда ладно, – её взгляд успокаивается и рука с камнем опускается вниз. – Смотри у меня.

От нечего делать, наблюдаю за Челсом на мини-карте. Если что, он сможет нас и по ней отыскать. Похоже он действительно сейчас собирает камни, так как его индикатор перемещается на одном месте. Сдаётся мне, у него сегодня будет, меньше чем у всех, камней.

Рисбо вдруг решает достать из инвентаря тот самый треугольный камень. Держит его в одной руке, а многоножку в другой. Наверное, решил поэкспериментировать.

– Что ты делаешь? – интересуется Синклер.

Рисбо сближает руки и таким образом соприкасает многоножку и треугольный камень.

– Не удастся, – уверенно заявляет Синклер.

– Ну интересно же, – оправдывается Рисбо.

– Рисбо их просто скрещивает, – смеётся Сенс.

Это заявление веселит всех присутствующих.

– Челс бы сейчас оторвался по полной на эту тему, – вспоминает Тучка что-то из их общей истории.

Треугольные формы как будто преследуют меня. Хотят что-то сказать мне, либо это интуиция так срабатывает. Эх, была, не была: