Вирус самоубийства

Из этого несостоявшегося брака Вероника вынесла для себя один очень важный урок: она решила, что это само провидение не позволило ей второй раз совершить ошибку с замужеством. На радостях она впервые в жизни сходила в церковь и поставила своему ангелу-хранителю самую большую свечу из тех, что продавались в церковной лавке.

После этого неудачного случая Вероника решила, что брак — это связанные руки и пустая трата времени. Больше в ЗАГС она не ходила. И хотя молодая женщина не была распутной даже с обывательской точки зрения, ее сожители стали меняться все чаще и чаще: никто из мужчин не мог долго выдержать самодурство этой властной эгоистки.

Алименты от Сергея поступали регулярно, но денег на жизнь Веронике катастрофически не хватало. Чтобы в процессе поиска следующей жертвы хоть как-то свести концы с концами, она начала продавать кое-какие свои вещи, в основном ювелирные изделия — подарки своих «бывших». Тогда-то неожиданно и проявился ее талант, а точнее художественный вкус или просто чутье. Несмотря на то, что в магазинах в продаже было представлено огромное количество ювелирных изделий самого разного достоинства, те драгоценные безделушки, которые были куплены ей любовниками по ее собственному выбору, моментально находили покупателей. Эту особенность вскоре заметили в одном ювелирном магазине и предложили ей работу консультанта по оптовым поставкам ювелирных изделий. Работа была непыльная и времени отнимала немного, но на эти доходы Вероника могла уже не только содержать себя и дочь, но и обеспечивать своих очередных сожителей, которые с каждым годом менялись все чаще и чаще и становились при этом все моложе и моложе.

Глава 6. Появление Антона

Время шло. То ли он неполноценного питания, то ли от недостатка материнской любви Тонюсенька почти не росла и всегда выглядела намного меньше своих сверстников. Но Вероника, похоже, этого не замечала — ей казалось, что дочь всегда будет маленьким ребенком, на котором можно сорвать свою злость. Но когда девочке исполнилось семь лет, она с удивлением поняла, что пришло время отправлять ее в школу.

В сентябре 1991 года Тонюсенька пошла в первый класс. Вот тут-то впервые и произошло ее внезапное превращение в Антона. Тихая и незаметная девочка вопреки своему желанию обратила на себя внимание в первый же школьный день. Учительница, знакомясь с учениками, называла каждого по имени и фамилии. Когда она произнесла слова «Антонина Треф», Тонюсенька сначала даже не поняла, что вызывают ее. Но увидев на себе строгий взгляд педагога, девочка, которую никто ни разу в жизни не называл полным именем, дрожащими губами пролепетала: «Я не Антон, я Тонюсенька!». Класс взорвался от хохота, и на всю последующую десятилетку Тонюсенька стала Антоном.

Сначала это прозвище казалось ей очень обидным, и по ночам девочка тихо плакала под одеялом, пытаясь придумать тысячи способов, как от него избавиться. Потом пришло смирение, и она даже научилась гордиться тем, что ее называют мальчишеским именем. Но временами на нее все равно нападало страстное желание отомстить своим обидчикам и непременно доказать всем, что она тоже имеет чувства, и такое пренебрежительное отношение со стороны одноклассников ее очень оскорбляет.

Тем временем у матери жизнь била ключом. Пьянящий воздух свободы, который повеял в начале девяностых, окончательно вскружил Веронике голову, и она целиком погрузилась в новую для нее деятельность — ювелирный бизнес. Когда в новороссийский порт заходили корабли дальнего плавания, моряки привозили из заморских стран различные изделия из драгоценных металлов и камней, которые тут же оказывались на прилавках местных ювелирных магазинов. Интерес к дешевому иностранному золоту в молодой России был велик, и коммерческие ювелирные магазины Новороссийска быстро наращивали обороты, обслуживая не только местных жителей, но и заезжих покупателей из соседних городов.

Ювелирный бизнес привел Веронику к новым знакомствам. У нее завелись деньги, а в ее доме все чаще стали появляться нагловатые мужчины, которые приезжали на новых иномарках и привозили дорогие напитки и деликатесные закуски. На смену убогой «двушке», которую так благородно оставил им Сергей, пришла новая четырехкомнатная квартира в центре города. В этой квартире Тонюсеньке была выделена самая дальняя комната, чтобы она, по выражению матери, «не путалась у нее под ногами» и не мешала ее любовным утехам. Такая ситуация девочку вполне устраивала. Дома она всегда старалась держаться тихо и незаметно, и дальняя комната как нельзя лучше подходила для ее скромного бытия.

За все прошедшие годы Вероника так и не смирилась с существованием дочери. Пытаясь хотя бы на время избавиться от Тонюсеньки, в летние месяцы она всегда отправляла ее куда-нибудь подальше: сначала в местный детский лагерь, а потом, следуя моде и текущим трендам, в языковые школы на Мальту или в Англию. Но эти зарубежные школы английского языка не были материнской заботой о ребенке. Единственное, что побуждало Веронику отправлять свое чадо на учебу в чужие края, было желание не видеть ее в квартире хотя бы пару месяцев, а также стремление не отстать от своих новых знакомых, которые наперебой хвастались тем, в какой стране учатся их дети и в какую сумму им это обходится.

Тонюсенька, которая в школе не блистала ни по одному предмету, к изучению английского языка тоже относилась равнодушно, но была рада на все лето избавиться от придирок матери. Зарубежные языковые школы давали ей эту возможность, и девочка прилежно заучивала спряжения неправильных глаголов и сложные правила английской грамматики. В те несчастливые детские годы она не могла и подумать, что в будущем хорошее знание английского языка не только даст ей дополнительную степень свободы, но и в корне изменит всю ее жизнь.

Тонюсенька взрослела. Становясь старше, она продолжала оставаться самой маленькой и худенькой в классе. Короткая стрижка, неприметная внешность и узкие джинсы, которые девочка носила круглый год, делали ее похожей на мальчишку, и даже переходный возраст не помог этому гадкому утенку превратиться в красивого лебедя. Одноклассники упорно продолжали звать ее Антоном, но это ее уже не беспокоило. Более того, если ей приходилось по какой-либо причине знакомиться с новыми людьми, она всегда называла себя Антоном и потом любовалась на озадаченную физиономию незнакомца, пытающегося понять, мальчик она или все-таки девочка.

Существование в стиле «унисекс» Тонюсеньку очень устраивало. Из-за ее молчаливого и скрытного характера школьных подружек и друзей у нее не было, как не было никаких особенных увлечений. Ее дни были похожи один на другой как две капли воды, а на досуге Тонюсенька лишь мечтала о том времени, когда она станет взрослой и уедет от матери далеко и навсегда. Одноклассницы на переменах шептались о парнях, хвастались друг перед дружкой округлившейся грудью и неумело пытались наносить макияж, при случае незаметно позаимствовав материнскую косметику. Все эти девичьи проблемы Тонюсеньку абсолютно не интересовали. Она видела, как часто менялись мужчины у матери, и противоположный пол представлялся ей не чем иным, как источником несчастий и проблем. Единственное, что волновало Тонюсеньку — ее собственная будущая жизнь. Как ей уехать от матери? Поступать ли ей в институт или лучше пойти работать? Если поступать, то куда? А если работать, то где и кем? Особых желаний или стремлений у девушки не было, и эти проблемы казались ей неразрешимыми.

Глава 7. Первый урок живописи

Девятый класс средней школы оказался важной вехой в жизни Тонюсеньки. В этот год произошло несколько событий, которые роковым образом повлияли на всю ее жизнь. Несмотря на то, что некоторые из этих событий имели почти катастрофические последствия, Тонюсенька вспоминала этот год с благодарностью: именно он определил всю ее дальнейшую судьбу и позволил добиться того, о чем она даже не смела мечтать. Пожалуй, именно в этот сложный год испытаний и потрясений Тонюсенька сформировалась как личность, впервые почувствовала вкус к жизни и почти физически ощутила возможность грядущей свободы. К сожалению, эта победа над собой досталась девушке дорогой ценой.

В последних числах августа 1998 года Тонюсенька вернулась домой после очередного трехмесячного курса английского языка на Мальте. Как обычно, дома ее никто не ждал. Войдя в квартиру, она неожиданно увидела, что в гостиной у окна стоит довольно молодой длинноволосый мужчина и что-то рисует кистью на вертикальной доске на длинных ножках. В руках у мужчины была небольшая удобная дощечка, на которой в беспорядке были выдавлены разноцветные краски. Художник периодически окунал в них кисть и наносил их на доску быстрыми уверенными движениями. Из одежды на мужчине были только короткие джинсовые шорты, перепачканные масляной краской. Правая нога его была босая, а на левой был одет полосатый носок с дыркой на пятке. Никакой обуви, равно как и второго носка, поблизости не наблюдалось, и это было удивительно, так как мать строго-настрого заставляла всех без исключения ходить по квартире в уродливых войлочных тапках, чтобы не испортить ворс на коврах и не поцарапать паркет.