Визави
Шрифт:
За дружбу сможем дать?
Попытку дерзких перемен?
Любови благодать?
Иль груз ошибок, неудач
Швырнем в его мешок?
И скажем: не беда, не плачь,
Наивный паренек.
Когда состарится его -
На пенсию. Но вот
Опять объявит торжество
Малютка новый год.
Столкнутся двое у крыльца -
Преемник и старик.
Наивно личико мальца.
Серьезен старца лик.
Вино прогонит прочь тоску.
Прекрасна
Лишь не пришлось бы старику
Перед юнцом краснеть.
* * *
Чехарда новогодней ночи,
Ожерелье волшебных грез.
Над мешком подарков хлопочет
Неуклюжий, большой Дед Мороз.
Неудачнику дарит удачу,
Несчастливому - счастья горсть.
Кому смех, кому капельку плача.
Справедлив долгожданный гость.
Бал хмельной, озорной, нарядный...
Танец праздничной кутерьмы...
Ночь промчится ярким парадом.
Встретим новое утро мы.
А подарки? Мешок? Дед забавный?
Иль во сне он басил свою речь?
Что ж, возможно. Но нам бы главное
В сердце чуточку чуда сберечь.
* * *
Как-то летом бывший неудачник
Пир затеял, чудо-пироги.
И к благотворительной раздаче
Потянулись давние враги.
Затесались в круг друзей умело
Те, кто презирали, как могли,
Те, кто ненавидели да смело
Сплетен паутиночку плели.
Их бы прочь прогнать метлой поганой.
Но был щедр хозяин на пиру.
Пели дифирамбы они рьяно,
Пироги тащя в свою нору.
Кто в доверье втерся осторожно,
Кто припомнил родственную нить.
Накормить-то всех врагов не сложно.
Только сердцу нелегко простить.
ЗАВИСТНИКИ ТЕМНЫХ КУЛИС
Певцу микрофон оборвали
Завистники темных кулис.
Но зал был огромен. И зрители ждали,
Когда он споет на бис.
И вот он запел негромко,
В живую, как соловей.
Но стала выкрикивать злая галерка,
Что слов не расслышать ей.
И голос взлетел и сорвался,
Израненной птицей упал.
И негодующим криком взорвался
Огромный взыскательный зал.
Певцу обломали крылья
Завистники темных кулис.
А зрители вскоре беспечно забыли
Ту песню, что пелась на бис.
КРАЙ ТОПОЛЕЙ
К родной земле любовь
С чем может быть сравнима?
Она - как утра новь,
Простор необозримый,
Как хлеба дивный вкус,
Тепло любимых глаз...
Вершина всех искусств -
Любить не напоказ.
Мой тополиный край,
Он с детства мне знаком...
Предпраздничный
карнай...Мальчишка с ишачком...
Гор-великанов стать,
Свирель ночных цикад.
Как сладко засыпать
В горах под звездопад,
А утром к ручейку
По тропочке бежать
И по пути тоску
Беспечно забывать.
Край тополей и грез,
Восточного тепла,
Ты с давних лет пронес
Непониманье зла.
Улыбчивость дехкан,
Их говор озорной,
Как щедрый дастархан,
Как летний зной зимой.
МАРИНА
(Памяти Марины Цветаевой)
1
Коктебельский берег был пуст той весной.
Витала тайна над ним.
Назначена здесь была властной судьбой
Случайная встреча двоим.
Два юных созданья (шалунья весна!)
Смотрелись друг в друга, как в чудо.
"Найдет сердолик, - загадала она, -
Так значит, женой его буду".
Зеленый и серый - два цвета их глаз.
Стал радостен юноши лик:
"Ах, посмотрите, нашел я для вас
Розовый сердолик!"
2
Застонала земля под ногами,
От стыда иль от крови краснея,
В разыгравшейся дикой драме
Рвались судьбы, как флаги на реях.
Белый с красным цвета - вперемежку.
Офицеры и бунтари...
Ход ферзем, королем или пешкой
В первом туре без правил игры...
Жизнь одна, не прожить ее дважды,
В благодатную Запада тишь
Эмигранты тянулись. Однажды
И Цветаеву встретил Париж.
И в Парижском пустом разноцветьи
Грянул русским фонтаном стих.
Не на миг, не на день, на столетья
Слог ее правду жизни постиг.
Ей не выпало стать королевой
В облаченье мехов и карет.
Ей ни вправо не шлось, ни влево.
Быть собой - вот великий секрет.
Королева бессмертного слога
В унизительной нищете,
Презирая мещанство убогое,
Бунтарем шла в пустой суете.
Не писалось вполсилы. Стихией
Рвалось слово из сердца в полет.
Только сердце болело Россией
И надеялось - родина ждет.
3
И вот в отставку ностальгию!
Беспечный Запад за спиной.
И ей туда - назад, в Россию,
В родное, новое... Домой!
Что будет, сбудется? Тревожно...
Жизнь - это счастье. Счастье - миг...
Коктебель юности... Сережа...
Прекрасный камень сердолик...
И по Москве прошлась цыганкой,