Властители льдов

– Это довольно долго объяснять, - скупо ответил он, пытаясь сменить тему разговора.

– Ну, так не куда не спешим, - многозначительно подняв брови, сказала я.
– Брэйдан, думаю, мне следует знать кое-что и о тебе, - тут же поправилась, - о вас. Сегодня ночью умерло много людей, - мысль о том, что скоро мое восприятие восстановится само собой, немало пугала, но закрываться больше суток подряд я не смогу. В идеале, нужно покинуть это место до того момента, как мои блоки упадут, но на ночь глядя сниматься никто не станет, а это значит только одно - ночь будет долгой...

– Кельм чуть не погиб, - тяжело вздохнула я, - стольким аирцам просто разодрали глотки, а мы от самого Аира ушли лишь на расстояние дневного перехода. Кто вернется домой, Брэйдан, если нападения продолжаться, м? Вы втроем и я? Или, только я? Что молчишь?
– требовательно посмотрела я на него.

– Мы все понимаем, но внутренние дела страны...я не уверен, что вправе их обсуждать, - очень аккуратно сказал он.

– Ммм, в переводе это означает: 'Я тебе верю, пока ты рассказываешь, о себе и твои дела не касаются ни меня, ни моей страны'? Как это будет сокращенно?
– иронично улыбнувшись, спросила я.

– Нет, - поспешил возразить он.
– Ничего подобного! Ладно, если уж я прошу быть честным тебя, - он многозначительно обвел меня взглядом.
– - То могу быть и сам честным с тобой в равной степени. Если не вдаваться в подробности, - и опять этот многозначительный взгляд в мою сторону.
– В нашей стране идет междоусобная война.

– Война?
– а в голове забилась лишь одна мысль: 'Куда мой дорогой Сэ'Паи меня отправил? Он, что не знает, что со мной станет на войне? Одни отголоски сведут сума уже на подходе!'

– Да, - согласно кивнул он.
– Как ты понимаешь вследствие произошедших с нами изменений, не могло произойти и того, что многим вечная жизнь весьма понравилась. А то, что женщины оказались неподвластны этим переменам их не слишком-то и озаботило.

– Что случилось в вашей стране?

– Эксперимент, - коротко ответил он.

– Что?

– Это случилось давно, некоторым из властителей было мало полученной силы. Умение манипулировать энергией, казалось недостаточным. Точнее не так, они захотели облагодетельствовать и всю нацию.

– Но, зачем?
– само вмешательство в естественные законы мира, казалось кощунством.

– Дэй, я не знаю, сколько тебе на самом деле лет, - заговорил он.
– Но, поверь, когда ты рождаешься в обычной семье не таким, как все, с даром Властителя. А твои родители, сестры, братья, любимые, друзья всего лишь люди, которые умирают, болеют, стареют, то невольно начинаешь задумываться над тем, а нельзя ли и им продлить жизнь? Разве не приходила тебе подобная мысль?

– Нет, - просто ответила я.
– У меня нет семьи, Брэйдан. Все мои близкие такие же, как и я. Но, даже, если бы дело касалось человека, я просто могу отправиться вместе с ним...

– Что? Самоубийство?
– не на шутку возмутился он.

Невольно улыбнулась, хотя и не к месту.

– Что за бредовые мысли в твоей голове?
– не правильно истолковав мою улыбку, спросил он.

– У нас несколько разные понятия о некоторых вещах, - уклончиво ответила я.
– Продолжай.

Брэйдан ещё какое-то время гневно сверлил меня взглядом, но поняв, что его многозначительные взоры не находят отклика, продолжил свой рассказ.

– Наше общество в те годы разделилось. Были властители, которые ратовали за естественный порядок вещей, а были те, кто желал перемен. Смертные в эти дела не посвящались, и их мнения никто не спрашивал, - тяжело вздохнул он.
– В ходе бесконечных экспериментов с энергопотоками появились вирги и ещё целая вереница тварей, которые и по сей день бродят по нашим землям. Мне кажется, что наши маги добрались и до Умира, уж больно характерные черты воздействия.

Стараясь воспринимать сказанное им, как можно более хладнокровно. Я задала вопрос, который сейчас интересовал меня более всего:

– Почему последствия неудачных опытов, - кое-как заставила себя выдавить это слово, - не были устранены?

– Кто-то был, кто-то нет. Честно сказать, Дэй, я не знаю, чем руководствовались те, кто оставлял их в живых.

– Все твари человекоподобные?

– Нет, есть разные.

– И на всех не действует магия?

– Прямое воздействие не действует на самых высокоорганизованных.

Какое-то время я пыталась осознать сказанное северянином, и чем больше я над этим думала, тем страшнее мне становилось.

– Что сейчас у вас твориться?

– А сейчас страна расколота надвое. В одной её части живут те, кто желает избавиться от навязанного дара, а в другой те, кто желает оставить все как есть. И, я сильно подозреваю, что Ингвар знает, кого мы везем с собой в родные края.

– Ингвар?

– Да, не важно, - смутился он.
– Они знают, вот, что главное.

– Ясно, - сказала я, вставая и с удовольствием потягиваясь, разминая затекшую спину.

– Что, неужто вопросы кончились?
– иронично изогнув бровь, спросил он, поднимаясь следом за мной.

– Каждый вопрос хорош в свое время, - вспомнив любимую присказку учителя, сказала я.

Восточная мудрость впечатления не произвела, северянин лишь фыркнул и улыбнулся.

– Идем, надо помочь остальным. Ещё не все тела убраны, - как-то чересчур просто сказал он.
– Скоро вечер, хотелось бы успеть с погребением каждого.

Стоило войти в лагерь, как я начала чувствовать себя нехорошо. Меня начало ощутимо мутить, но это было не из-за того, что вся поляна была усеяна человеческими телами. Как раз тел и не было. Но, отголоски чужой боли, мучительной смерти, начинали проникать в сознание. Пока, это можно было терпеть.