Вне игры

– Извини, – пробормотал он. – Я не подумал.

– Люди, с которыми я занимаюсь сексом, используют презервативы! – резко бросила Мэгги. – Я часто бываю у врача. Никаких болезней!

– Прости. Мне не следовало это говорить.

Но она не могла остановиться:

– И я никогда не сплю с человеком, если у меня есть подозрение, что он чем-то болен. Я очень осторожна.

Майрон прикусил губу. Вот болван.

– Это моя вина, – сказал он. – Я сболтнул глупость, прошу прощения. Прими мои извинения.

У Мэгги по-прежнему был возмущенный вид, но она уже успокоилась.

– Ладно, – кивнула она, глубоко вздохнув. – Извинения приняты.

Они снова встретились взглядами, улыбнулись и стали молча рассматривать друг друга. Майрон чувствовал себя участником какой-то дурацкой телеигры. Неожиданно ему пришла в голову одна мысль.

– Ты спала с Грогом Даунингом? – спросил он.

– В 1993-м, – ответила Мэгги. – Он был одним из первых моих «Драконов».

Хм, наверное, он должен быть польщен.

– Ты с ним общаешься?

– Конечно. Мы хорошие друзья. Я дружу почти со всеми парнями.

– Вы разговариваете?

– Иногда.

– А в последнее время?

– Месяца два уже не виделись.

– Ты не знаешь, он с кем-нибудь встречается?

Мэгги бросила на него удивленный взгляд.

– А почему ты спрашиваешь?

Майрон пожал плечами:

– Просто поддерживаю беседу.

Снова сел в лужу.

– Странная темя для беседы, – заметила Мэгги.

– Я вообще о нем часто думаю. Знаешь, все разговоры о том, что я играю в команде Грега, о нашем прошлом… Меня волнует это.

– Тебя волнует любовная жизнь Грега?

Мэгги явно не устроило его объяснение.

Майрон сделал неопределенный жест и пробормотал что-то неразборчивое. С противоположной стороны бассейна донесся смех. Его друзья по команде веселились вовсю. Среди них был Леон Уайт. Он встретился взглядом с Майроном и поприветствовал его кивком. Болитар кивнул в ответ. Он вдруг заметил, что никто даже не смотрит в их сторону – всем и так известно, о чем они беседуют. Майрону показалось, что он вернулся в колледж, хотя теперь ему было не так весело.

Проба смотрела на него открыто и внимательно. Майрон постарался напустить на себя небрежный вид, но чувствовал себя полным идиотом. Как надо себя вести, когда тебя рассматривают в упор? Он попытался ответить на ее взгляд.

Мэгги вдруг широко улыбнулась и скрестила руки на груди.

– Я поняла, – объявила она.

– Что?

– Теперь все ясно.

– Что именно?

– Ты хочешь отомстить, – сообщила Мэгги.

– Отомстить за что?

– Грег украл у тебя Эмили. Ты решил украсть кое-что взамен.

– Он не крал у меня Эмили! – быстро возразил Майрон. В его голосе проскользнуло раздражение, и ему это не понравилось. – Мы расстались раньше, чем она начала встречаться с Грегом.

– Ладно, если ты так говоришь.

– Да, я так говорю.

Мистер Обидчивый.

Мэгги хрипло рассмеялась и взяла его за руку.

– Расслабься, Майрон. Я тебя просто дразнила.

Она снова посмотрела на него. Все эти переглядывания начали действовать Майрону на нервы.

– Ну как, мы это сделаем? – спросила Мэгги.

– Нет.

– Если боишься заболеть…

– Нет, нет. Я встречаюсь с другой.

– И что?

– Не собираюсь ее обманывать.

– А кто сказал, что ты ее обманешь? У нас будет только секс.

– По-твоему, это взаимоисключающие вещи?

– Разумеется. Занятие любовью никак не отражается на личных отношениях. Я не хочу, чтобы ты перестал заботиться о своей девушке. И не намерена становиться частью твоей жизни. Мне даже не нужна интимная обстановка.

– Звучит чертовски романтично, – буркнул Майрон.

– Да, но в том-то все и дело. Никакой романтики. Лишь физический акт. Конечно, это очень приятно, но в конечном счете все упирается в физиологию. Как рукопожатие.

– Да, – покачал головой Майрон. – Жаль, ты не пишешь поздравительные открытки.

– Давай я тебе все объясню. Древние цивилизации, интеллектуальное развитие которых намного превосходило наше, не считали плотские наслаждения грехом. Связь секса с чувством вины – новейшее и абсолютно нелепое изобретение. Мысль, что любовный акт имеет какое-либо отношение к обладанию, унаследована от изуверов-пуритан, желавших сохранить контроль над своей главной ценностью – собственной женой.

Экскурс в историю, подумал Майрон. Очень увлекательно.

– Где написано, – продолжила Мэгги, – что двое людей не могут пережить физического экстаза без того, чтобы влюбиться друг в друга по уши? Подумай, как это смешно. И даже глупо, правда?

– Возможно, – ответил Болитар. – Но я все равно пас. Спасибо.

Мэгги пожала плечами.

– Терри будет разочарован.

– Ничего, он справится.

– Ладно, – вздохнула Мэгги, хлопнув в ладоши. – Пожалуй, пойду к гостям. Было приятно познакомиться, Майрон.

– Взаимно.

Майрон тоже присоединился к обществу. Какое-то время он беседовал с Леоном. Тот представил его своей жене, сексапильной блондинке по имени Фиона. Настоящая модель «Плейбоя». Она говорила с придыханием и относилась к тому типу женщин, которые привыкли пускать в ход свои внешние достоинства к месту и не к месту, внося двусмысленность в самый обычный разговор. Майрон поболтал с ними несколько минут и, извинившись, отошел.

Бармен сообщил ему, что в доме нет ничего похожего на «Йо-Хо». Он решил взять оранжину. Не содовая с апельсином – оранжина. Европейский стиль. Он сделал глоток. Неплохо.

Кто-то хлопнул Майрона по спине. Это был Терри Коллинз. Он сменил свой роскошный костюм на брюки и жилет из белой кожи. Рубашка не предусматривалась. В темных очках.

– Развлекаешься?

– Набираюсь впечатлений, – произнес Майрон.

– Пойдем. Я тебе кое-что покажу.

Они молча двинулись по травянистой лужайке за бассейном. Лужайка постепенно превратилась в холм, который делался все круче. Громкая музыка начал стихать. Вместо рэпа теперь играла группа «Крэнберриз». Майрону нравились их песни. Он услышал знакомую мелодию из «Зомби»: солистка Долорес О'Риордан повторяла «в твоих мозгах, в твоих мозгах», пока ей не надоедало и она не переходила на слова «зомби, зомби», твердя раз сто подряд, не менее. Пожалуй, им не мешало поработать над припевом, но в целом песня получилась неплохая. Можно слушать.