Водоворот

К сожалению, батальону нужно было заправиться, пополнить боезапас, починить сломанную технику, и поэтому он не мог в полной мере закрепить успех. Ночная передышка дала намибийцам время собрать остатки сил и блокировать западные подходы к своей столице.

Фон Брандис пожал плечами. Молниеносная атака с применением артиллерии может решить все дело. Он достал потрепанную, замасленную карту. Никогда не лишне проверить план наступления, разработанного поздней ночью при свете фонаря.

— Доброе утро, Kolonel.— Иоханн, его водитель, протянул ему видавшую виды фарфоровую кружку.

Прихлебывая крепкий, обжигающий напиток, фон Брандис изучал карту стараясь не обращать внимания на то, что сидит на неустойчивом и жестком сиденье. Еще он старался не думать о своей помятой, невыспавшейся физиономии и исходящей от него вони после недели, проведенной в боевых условиях. Некоторые из его солдат уверяли, что запах нестиранной одежды, засохшего пота и кордита служит лучшим средством для отпугивания змей. Он в этом не сомневался. Ни одна уважающая себя гадина не отважится и на километр приблизиться к существу, от которого так воняет.

Но несмотря на все трудности, полковник не мог не признать что любит войну. Ему нравилась полная лишений полевая жизнь, удовлетворение, которое приносило каждое новое повышение в звании, и возможность уничтожать врагов своей страны. Он смотрел на карту, как на шахматную доску, в поисках тактического решения, которое избавит его людей от лишних жертв и будет способствовать окончательному разгрому намибийцев.

Действительность всегда богаче ожиданий, но он был доволен своим планом. Он обеспечит большие потери противника при минимальных затратах боеприпасов, горючего и жизней его солдат.

Он прикидывал расстояние до противника, когда в наушниках послышался голос майора Хугарда.

— Все роты «Фокстрот» готовы к отбытию. «Фокстрот-Дельта» уже в пути.

Рев двигателей подтвердил доклад начальника штаба.

Прекрасно.

Фон Брандис провел пальцем вдоль обозначенной на карте лощины, которая шла в южном направлении параллельно дороге № 52, мимо невысоких холмов а потом поворачивала на север. По его приказу несколько разведчиков под покровом ночи тщательно осмотрели ее, убедившись что подходы с той стороны охраняют лишь несколько часовых, которые валятся с ног от смертельной усталости и спят на посту. В данный момент разведчики следили за намибийцами с края лощины, дожидаясь подхода 4-й роты с бронемашинами «эланд».

Вооруженные 90-миллиметровыми пушками «эланды»с пехотинцами на борту обойдут с флангов намибийские позиции и выгонят сваповских ублюдков из укрытий. После этого фон Брандис рассчитывал ударить по ним из минометов, а затем уж окончательно добить атакой пехоты на «рейтелах».Возможно, это слишком мощный удар для горстки необученных каффиров, но двадцать лет боевых действий в Анголе и Намибии научили его, что никогда нельзя недооценивать боевую мощь окопавшегося противника.

И еще он хотел разбить этот вражеский батальон чтобы заставить ввести в бой резервы. Все, что будет отвлекать силы намибийцев или кубинцев от Ауасских гор поможет южноафриканской армии возобновить захлебнувшееся наступление на юге Фон Брандис знал, что его части в операции «Нимрод» отводилась второстепенная роль, но существует много способов выиграть войну.

Он оглядел коричневые, лишенные растительности склоны, высившиеся примерно в двух с половиной километрах от него вне досягаемости тяжелых пулеметов. Ничего. Никаких признаков жизни. Холмы казались необитаемыми, как лунный пейзаж.

Фон Брандис посмотрел на часы, затем на карту проигрывая в уме фланговую атаку 4-й роты. Как раз в этот момент она должна уже осторожно продвигаться по каменистому и безводному руслу. Тринадцать бронемашин и пехотинцы 3-й роты, цепляющиеся за что попало в трясущихся и подпрыгивающих на неровной дороге машинах. Слава Богу, разведчики прикрывали их подход.

Он положил карту и взялся за бинокль, осматривая позиции других подразделений батальона. Все они, укрывшись в складках местности были построены к бою. «Рейтелы»1-й и 2-й рот стояли с открытыми люками, но их команды находились тут же рядом, готовые в любой момент подняться на борт и начать решающую атаку.

Стало светлее, и фон Брандис представил себе, как командир намибийцев, уже мысленно поздравляет себя с тем, что ему удалось сдержать продвижение южноафриканских сил. С восходом солнца у него наверняка поднялось настроение. Этот клоун, вероятно, сейчас продумывает, как укрепить оборону или даже, собравшись с силами, предпринять небольшую контратаку…

— «Фокстрот-Отель-один»! Говорит «Фокстрот-Сьерра-один»! На позициях противника замечено движение. Мы слышим моторы «Дельты». —Голос капитана разведчиков звучал утомленно — победа выучки над нервами.

Фон Брандис напрягся. Если «эланды»будут обнаружены, пока они зажаты в лощине, его бронемашины могут стать прекрасной мишенью для намибийских РПГ.В этом случае он готов был немедленно дать приказ о фронтальной атаке, чтобы спасти роту «эландов»и приданную им пехоту. При обычных обстоятельствах это было бы довольно опасно, но при таком слабом противнике может пройти, к тому же с левого фланга против намибийцев уже проводится отвлекающий маневр.

— «Отель-один»! Вызывает «Сьерра». Мы готовы. — Эта короткая радиограмма разведчиков свидетельствовала о том, что они уже заняли свои позиции. В любой момент может начаться перестрелка.

Фон Брандис услышал звук скорострельного орудия, но он был глубже и мощнее, чем выстрел из 90-миллиметровой пушки «эланда».

Ба-бах! Просвистевший у него над головой снаряд приземлился в сотне метров справа, в опасной близости от «рейтелов»1-й роты. Взрыв поднял облако земли и камней, дав сигнал к массовому движению людей и техники. Шум заводящихся моторов и захлопывающихся люков почти заглушил грохот орудий, доносившийся откуда-то с удерживаемой намибийцами высоты. Визг приближающихся реактивных снарядов и громыхание взрывов слились в сплошной гул.

Все его боевые машины стояли в укрытии, чтобы затруднить наблюдение и защитить их от огня. Обстрел, устроенный намибийцами, был рассчитан лишь на то, чтобы они не могли поднять головы, и противнику это удалось.

Полковник поборол желание укрыться в «рейтеле»и вновь оглядел вражеские позиции. Его внимание привлекло облачко серого дыма и мгновенная вспышка ярко-оранжевого пламени. Он получше навел бинокль. Ага! Выстрел был произведен из небольшого темного бугорка, двигающегося вниз по холму в сторону занятых его батальоном позиций. Теперь, когда он знал, что искать, он обнаружил три… пять… восемь, девять, десять стреляющих на ходу машин. Танковая рота!