Воевода

– Вы в своём уме?

– Как никогда. Он мне под нос твою фотокарточку цветную совал, нанесённую на непонятный материал. У меня на лица память профессиональная. Раз посмотрел и на всю жизнь запомнил. Жаль только, что она исчезла вместе с ним. Вот сейчас у нас, ты мне и расскажешь, кто твой папа, а также кто вы со своим другом на самом деле.

– Встать!

Цуркин вытащил из кобуры пистолет ТТ и направил на них, а его подчинённые сняли с плеч карабины. Дмитро сделал вид, что встаёт, а сам за долю секунды выхватил меч и ударил им плашмя по голове капитана. А потом, сделал резкий рывок назад и столкнул лбами патрульных. Алексей не успел открыть рот, а нквэдэшники без признаков жизни уже лежали на земле. Воевода схватился за раненное плечо и простонав, согнулся от нестерпимой боли.

– Что ты наделал? – испуганным голосом пролепетал парень.

– Это благодарность за то, что я твою задницу спас?

– Не только мою, но и свою. Ты их убил?

– Я же не убивец какой – то безхрёстный. Нельзя зря человеческую кровушку проливать. Проснутся через пол часика с шишками. Голова малость, поболит и пройдёт.

– Надо уходить из города. Они очнутся, поднимут тревогу и на нас начнётся настоящая охота. Надо их крепко связать и заткнуть им рот, чтобы у нас, было время уйти отсюда подальше.

Дмитро вытащил у патрульных брючные ремни и со знанием дела связал им руки и ноги, а также, привязал друг к другу. Потом, ножом обрезал до плеч, каждому рукава гимнастёрок и заткнул ими воякам рты. Из развалин церкви, они через парк сбежали вниз. На натянутой проволоке, перед двором, около одного из домов, сушилась постиранная одежда. Алексей уговорил Дмитро переодеться, потому – что в таком виде ему оставаться, было нельзя и сразу, бросалось в глаза. Брюки, рубашка и пиджак подошли ему по размеру, а сапоги оставили старые. Воевода снял штаны и кольчугу, долго плевался, а потом примерил обновку. Два ножа спрятал под пиджак, а меч завернул в старую мешковину и тоже, взял с собой. Через полчаса, без происшествий, они вышли к реке. Дмитро таращил на новые дома, диковинные постройки и машины глаза, постоянно, останавливаясь и тыча, во все стороны пальцем. Редкие прохожие, занятые своими проблемами не обращали на них никакого внимания. Алексей по мере возможности и как мог на ходу, старался ему всё объяснить.

Глава 4

Они шли вдоль реки, по набережной, а безветренный, тёплый, солнечный день радовал их сердца и поднимал настроение. Хотелось лечь на тёплую зелёную травку рядом с берегом и не о чём не думая, завалиться спать. Рядом в лодке, на удочку ловил рыбу мальчик, около десяти лет. Дмитро раскинул руки в стороны и закричал: « Ляпота – то, какая! Как стоял Киев сотни лет и ещё, тысячи простоит. Разрушил его поганый Батый, а он, на тебе, ещё краше, новый вырос. Не зря, мы кровушку свою за него проливали и головы ложили. Ну, что клюёт малец?»

Мальчик приставил палец к губам и тихо, сказал: «Не кричите дяденька, а то вы мне всю рыбу распугаете».

Из рощи появились несколько человек в синих фуражках и стали приближаться. Алексей затряс воеводу за здоровое плечо и испуганно, прокричал: «НКВДэшники! Надо быстрее сматываться!» Зазвенела воздушная тревога и с запада, начал всё больше и больше, нарастать гул. Тёмные точки в небе начали увеличиваться в размерах. Два самолёта с чёрными крестами на крыльях отделились от основной группы и спикировали вниз. Раздался оглушительный грохот от разрывов бомб, сопровождаемый огромными волнами и фонтанами брызг. Лодку откинуло на несколько метров и перевернуло. Дмитро с широко, открытыми, безумными глазами, пригнулся и посмотрел вверх, потом перекрестился и закричал: « Железные птицы!»

– Ныряй! – крикнул ему Алексей и первым прыгнул в воду.

Воевода встряхнул головой, помахал своим внушительным кулаком в сторону самолётов и прыгнул следом за товарищем. Прежде, чем скрыться в пучине, он услышал, как сзади прогремело несколько выстрелов. Студент под водой, показал ему жестом, чтобы плыл за ним. Они вынырнули под перевёрнутой лодкой и стали в полный рост, упираясь ногами в дно. Вода была под подбородок и им, едва хватало расстояния, чтобы не захлебнуться. Дмитро, отдышавшись, опять погрузился под воду и достал со дна мальчика. Ребёнок не подавал признаков жизни, лицо приобрело синий оттенок. Алексей подтянул его к себе ближе, обхватил со спины обеими руками и несколько раз надавил на грудь и живот. Потом нажал на браслете кнопку и продолжил свои реанимационные действия. Мальчик конвульсивно, задёргался, изо рта струёй полилась вода и он, открыл глаза.

– Жив, рыбак? – спросил Алексей и улыбнулся.

– Ребёнок утвердительно, закивал головой.

– Плавать умеешь?

– Он опять, кивнул.

– Теперь, глубоко вздохни, ныряй и плыви к берегу. Там увидишь доблестных дядек в погонах. Ты им за нас ничего не говори. Понял?

– Понял, не глупый. Спасибо вам.

– Удачи тебе.

– Мальчик скрылся под водой, а Алексей облегчённо, вздохнул.

– Как ты это сделал? – спросил Дмитро.

– Мой прибор помог. В нём осталось немного энергии, которой хватило на электрический разряд, чтобы запустить сердце.

– Какой ещё разряд?

– Очень тупой и древний.

– Измываешься щенок, но за мальца спасибо. Если бы не ты, он бы умер.

– Не обижайся, я потом, как – нибудь попытаюсь тебе всё объяснить.

– Да не обижаюсь я. На обиженных воду возят. Что будем дальше делать?

– Терпеть и ждать. Нам больше ничего не остаётся. Пусть думают, что мы погибли и отвяжутся. Пацанёнок, я рассчитываю, нас не сдаст, хотя эти шакалы могут и камень, заставить говорить.

– Не бойся, студент он твоё добро будет всю жизнь помнить и под пытками о нас им не скажет. Я уверен.

– Мне бы твою уверенность. Ты не представляешь, как эти звери умеют развязывать язык. У них, даже мёртвый заговорит.

– Ну, ты загнул.

– Просто, я много о них читал и смотрел по телеку.

– Чего?

– Потом объясню. Всё потом.

– Какие ещё чудеса может творить твой браслет?

– Это многофункциональный аппарат и на многое способен. Зарядки бы ему побольше.

– Что за птицы грозные и железные щас летали и греческий огонь изрыгали?

– Что, даже тебя закалённого в боях вояку, они испугали?

– Не..е, ежли тилько самую малость. Як коршуны за добычей вниз летели.

– Самолётами они называются и пускали не греческий огонь, а бомбы. Грозное, как ты подметил и мощное оружие двадцатого века, если его использовать в войне. А ведь в мирной гражданской жизни самолёты очень нужная и полезная техника и изобрели их для удобства людей.

– Нам бы в битве с монгольскими нехристями, такую технику. Батый только бы её увидел и в штаны бы нагадил. Эти междоусобицы между князьями обескровили и ослабили Русь – матушку, а степняки добили. Обезлюдела наша земля. Скажи, только честно, что стало с княжеством потом, после падения Киева?

Ничего хорошего. Остатки Руси уцелели, но впали в вассальную зависимость от Золотой Орды. Монголо – татарское иго длилось почти три столетия. Киев начали восстанавливать после разрушения через двести пятьдесят лет. Он утратил своё былое величие и столица переместилась сначала во Владимир, а со временем в Москву. Князья платили дань и целовали сапоги очередному хану за ярлык. Люди стали, ещё более бесправными и угонялись, как скот, тысячами в рабство.

– Не верю! Ты брешишь! Не могла Русь так низко пасть и ещё на 250 лет. Я никогда не был рабом и не буду. Уж лучше смерть, чем такой позор и унижения.