Воевода

Отправили пару лодок к воеводе, дабы, в случае чего эвакуировать. Они тоже подумали про вероятно нападение. Ну и по броду начали незамедлительные работы, его стали прочесывать граблями. Так что уже к вечеру они полностью все очистили.

Андрей до вечера так никуда и не ушел, оставаясь на берегу. Требовалось привести отряд в порядок после потрясения и решить, как идти дальше. Да подождать, пока от Каширы переправят новых лошадей взамен утраченных. Строго говоря раненых, причем несильно. Но идти на них верхом в ближайшее время было нельзя…

Молодой воевода стоял на правом берегу Оки.

Смотрел на закат.

Жевал травинку, отчаянно желая «пустить дымку».

А в голове его лишь пульсировал мат, от предвкушения совсем иных сражений, которые, судя по всему, будут проходить по иным правилам и далеко не в поле…

Часть 1. Черные сердца

Порой сердца людей чернее любого порождения тьмы.

Флемет, Dragon Age

Глава 1

1555 год, 3 сентября, Тула

И вот, наконец, Тула.

Город, который за минувшие три года стал для Андрея если не родным, то очень близким. Там, в XXI веке, он бывал в нем несколько раз. Пару раз посетил, чтобы пройтись по музеям да достопримечательностям. Разок в рамках общего турне по южным городам старой московской Руси. Ну и по делам несколько раз заезжал, но все бегом и на лету. Сейчас же этот город стал для парня ключевым в его стратегии выживания. Вокруг него было выстроено все.

В Москву он соваться не хотел. Опасался. Там и своих хищников хватало. Да и глаз слишком много совершенно лишних. Зато тут он старался развернуться как можно шире и основательнее. Чтобы не сковырнуть его было просто так. Даже Царю…

Андрея встречали.

Считай полгорода вышло на улицу, увидев красное знамя с белым волком и всадников, что медленно подходили к околице. Значит выжил Андрей в том поединке судебном. Значит победил. Значит перед Всевышним оказался прав.

Слух о возвращении парня разлетелся по всему городу в считанные минуты. И люди спешили взглянуть на чудо своими глазами. Шутка ли? У целого Царя заморского суд выиграл! Чудо, не иначе.

Кто-то даже тянул руки, пытаясь прикоснуться к его одежде. Словно в том фильме про Жанну д’Арк. Ведь победа в столь значимом судебном поединке напрочь отметала всякие обвинения в колдовстве или чем-то еще богопротивном. По крайней мере, публичные. А значит Всевышний действительно парню покровительствовал.

История же о том, что Андрей есть возрожденный древний князь в теле юнца продолжала бытовать, никуда не девшись. Лишь дополнившись деталями. Дескать, старая жизнь осталась в прошлом. Новая же — здесь и сейчас. И возвращаться к старому негоже, как и болтать о ней.

Поэтому, наблюдая, как Андрей подъезжал к городу и двигался по нему, люди тихо перешептывались, обсуждая божье провиденье. Ведь выходило что Всевышний, воскресив этого человека, поставил его в один ряд с великими людьми старины далекой. Теми, о которых писалось в Святом писании.

— Но разве он пророк? — удивлялся кто-то.

— Он защитник земли русской! — замечал ему кто-то иной из толпы.

— Да что вы знаете?! Болтуны!..

И начиналась ругань. То тут, то там. Не очень громкая. Не очень бурная. Стихающая после нескольких нервных реплик. Однако то и дело возобновляясь и доносящаяся до ушей всадников. Отчего Андрею, что ехал со своими людьми сквозь эту толпу, было не по себе. Сравнивать себя с пророками было крайне стеснительно и неловко. Даже вот так. Хотя ловил он на себе и неприязненные взгляды. Точнее их он скорее чувствовал, потому что ни разу так и не смог приметить недоброжелателей, хотя и вглядывался…

Наконец парень добрался до палат воеводы в кремле. И, спешившись, вошел внутрь.

Воевода его уже ждал внутри.

— Доброго дня, — произнес Андрей, начиная стандартную здравницу. Впрочем, не сильно затягивая.

Выслушал ответ. И вручил воеводе грамоту, которую от Царя ему вез, о назначении первым воеводой в Рязань. В город более тучный, сочный и многолюдный. С большим полком. Вторым по численности после новгородского. Полторы-две тысячи помещиков — это сила немалая. Да и стоит он в стороне тракта крымского. Оттого грозных набегов на него татары и не производили ныне, лишь слегка терзая. Так что это назначение выглядело однозначным повышением с какой стороны не посмотри. Хотя особой радости на лице визави не возникло от этой новости. Скорее задумчивая настороженность.

— А сюда кого? — прочитав грамоту, поинтересовался воевода.

Андрей вручил ему вторую грамоту. Ту, в которой говорилось о том, чтобы он передавал дела верному слуге Государя Андрею сыну Прохора, графу Триполи.

— Графу Триполи?! — удивился воевода. — Это что за звание такое невиданное?

— Кесарь римский наградил меня им за битву на Гоголе. За то, что я принял на себя символ Христа и одержал победу над магометанами. Прозвав за то крестоносцем. Титул сей некогда был владетельным в христианской Святой земле, отбитой у магометан крестоносцами-латинянами. Владения графа Триполи лежали к северу от Гроба Господня, но южнее княжества Антиохия. После того, как христиан выбили оттуда, титул попал в руки римского кесаря, как господина угасшего рода.

— А не грешно тебе было принимать такой титул? Латинянский же.

— Государь принял решение о том, чтобы я его принял. А кто я такой, чтобы оспаривать его решение?

— И то верно, — чуть помедлив, кивнул воевода.

Титул Имперского графа-крестоносца был воспринят им очень неоднозначно.

Этот титул был латинским и вызывал у него смешанные чувства. В том числе и потому что этот титул не вписывал Андрея в местную местническую систему. Во всяком случае явно. Он оказывался как бы вне ее. Во всяком случае в той ее части, где мерялись известными органами самые влиятельные аристократы.

С другой стороны, было глупо отрицать тот факт, что титул этот ставил Андрея довольно высоко. Во всяком случае помещая на уровень повыше многих князей. Так что одной росписью пера вчерашний поместный дворянин был введен в элиту элит державы. Другой вопрос, что самым последним номером, ибо местничество зависело не только от происхождения, но и заслуг. Так или иначе титул открывал парню возможность командовать армия, наравне с самыми именитыми аристократами. В будущем. И не вторым или третьим воеводой, а первым.

Кроме того, титул этот имел очень немалый вес в глазах соседей. Что давало возможность использовать Царем Андрея в разного рода дипломатических миссиях. Шутка ли? Имперский граф. Во всяком случае, так было написано в грамоте. Понятно, что без реальности власти и земли — это просто пустые слова. Но без правильного титула, даже обретя власть и земли ты в XVI веке так и останешься букашкой. А у Андрея к этому титулу уже имелась определенная военная репутация. Что весила немало сама по себе, и он уже сейчас выглядел интересно. Пусть пока репутация и не такая чтобы глобальная. Одна выигранная крупная битва — серьезно, но мало. Любой может ее оспорить, заявив, что это случайность. А вот если Андрей выиграет еще парочку крупных сражений, то будет иметь в землях Священной Римской Империи по-настоящему немалый вес. Настолько немалый, что он сможет спокойно переходить под руку Габсбургов, претендуя на приличную должность с крупным денежным держанием. А то и на целый обжитой феод где-нибудь в тучных землях Кесаря.