Воины игры

Воин поморщился от ее крика - громкие звуки лезвиями полосовали виски.

Через мгновение ночь за ее спиной ожила: послышались шаги и встревоженные голоса, забегали люди. Хагер попросил ловкачку помочь ему сесть.

– Я же говорил, что очухается, - сказал, подойдя, Брандин. Несмотря на попытки заклинателя казаться беззаботным, в его голосе пряталась тревога.
– Как чувствуешь себя?

Прежде чем ответить, воин попробовал пошевелить укушенной ногой. Боль отозвалась в самое бедро - будто туда кто-то ржавый гвоздь вогнал.

– Хреново, если честно.

Он скосил взгляд на место укуса. Нога от колена и до самой ступни была перемотана тканевым бинтом. До воина донесся неприятный горький запах. Он потянул носом, поморщился.

– Это, что ли, от меня такая вонь? Брандин, сволочь, ты что мне под тряпку положил? Дерьмо тролля?

– А ведь я предлагал и этот вариант, - со скучающим видом сообщил Сарф.
– Но он сказал, что у тебя плохо с чувством юмора и что без тебя нам тролля не одолеть.

"У меня что, в самом деле плохо с чувством юмора?" - на мгновение отвлекшись от происходящего, подумал Хагер.

– Брандин приложил к ране целебные мази, - сказала Руни. Кажется, ее единственную так и не проняла общая странная веселость.
– Придется побыть с ними до утра - этот яд...
– она запнулась.

– Она хотела сказать, - продолжила за ловкачку Арагна, - что мы без понятия, чем тебя отравили. Игра молчит. Брандин сделал все, что смог. Тебя лихорадило адски - хоть отбивные поджаривай.

– Меня укусил волк, - сказал Хагер.
– Первый раз таких увидел. У них все потроха были гнилыми еще до того, как я их убивал. И дрянь черная изо рта капала. Наверное, если они еще не изгнили окончательно, можно попробовать взять немного их плоти и, когда доберемся до Фьергарда, сделать противоядие.

– Уже, - кивнула Руни, - займемся, когда в город приедем. Посмотри журнал, там о них появилась информация.

Воин последовал ее совету - "Сумеречный волк". Твари обитали в местах крупных сражений, возле погостов и прочих мест, где можно наткнуться на большое количество трупов - людей, животных - неважно. Сумеречные волки с охотой поедали гниющее мясо, но и не думали подыхать от содержащихся в нем ядов. Напротив - становились только сильнее, да и сами обретали способность наносить дополнительный урон ядом.

– Долго я в отключке был?
– спросил Хагер.

Ночное небо над головой собравшихся вселяло надежду, что прошло самое большее часа четыре.

– Час, - ответил Брандин.

Хагер мысленно выдохнул с облегчением, затем проверил собственные характеристики. Отравление сказалось только на выносливости. Скорость ее восстановления упала на десять процентов. Ничего смертельного, но все равно неприятно.

– Где Совиная голова и Закейра? Оба живы?

– Готов поспорить, что эти двое разбежались по безопасным углам, как только запахло жареным, - скептически высказался лучник.
– Я не видел ни ее, ни его, а как только все закончилось - оба тут как тут.

– Уверена, что этот ослоголовый придурок не так прост, каким хочет казаться, - подхватила недоверие Сарфа ведьма.
– Сам зарылся, точно крыса, а все остальные - подыхайте на здоровье.

– Можно подумать, кто-то из вас с ним бы отсиживался, - попытался утихомирить друзей Хагер.

– Вероятно, Арагна не так выразилась, - вступился за нее заклинатель.
– Просто, согласись, странно все это. Своих бросил.

– То, что про ходы знал и никому из своих не сказал, - не странно. Возможно, в их рядах нет доверия. Вы все знаете, что об одном проходе он предупредил, но не стал его показывать. А вот то, что обоих не было, - это заставляет задуматься.

– Может, они заодно?
– предположила Руни.

– Может, но тогда у меня даже предположений нет, зачем им это нужно.

– Находят дурачков благородных вроде нас, заводят подальше, а там - бритвой по горлу и туды, в колодец, - сказал заклинатель - и его физиономия скисла.

Хагер даже не стал трудиться раздумывать над его словами. Не так давно он и Руни с Сарфом не доверял, а в последнее время его подозрительность еще больше усилилась.

– И раз уж зашла речь - тебя Совиная Голова повидать хотел, - проговорила ведьма, - а после него и Закейра рядом крутилась. Наверное, с теми же намерениями.

– Я с ним повидаюсь, только сперва бы на ноги встать.

– Думаю, каким бы важным ни было дело Совиной Головы - оно может подождать до утра, - сказала, как отрезала, Руни.

Ее забота - это, конечно, очень соблазнительно. Будь обстоятельства немного другими - Хагер впал бы в тяжелую болезнь, лишь бы ловкачка смотрела на него вот так, как сейчас. Но раз уж ввязался в квест и других втянул - придется расхлебывать в ущерб личному счастью.

– Не может оно до утра ждать, - стараясь говорить мягко, отказал девушке воин. Затем бросил взгляд на Брандина и Сарфа, надеясь, что им хватит соображения помочь ему встать. Не хватило, пришлось вколачивать: - Вы поможете мне или как?

Стоять оказалось невероятно тяжело. Стоило опереться на раненую стопу, как по всей ноге до самого бедра пробежала волна судорог.

– И скоро это закончится?
– стараясь унять боль, спросил Хагер у Брандина.
– Или я зря это дерьмо нюхаю, от которого у меня пекло в ноздрях?

– Откуда ж я знаю.

– Ну, хоть честно, - огрызнулся воин. Злиться на заклинателя повода нет, понятное дело, но ощущение собственной бесполезности и немощности заставляло думать и говорить глупости.
– Ладно, пускайте меня.

– Хочешь и второй костыль сломать?
– поинтересовался Сарф.

Хагер не ответил. Лучник, подняв руки, отошел и привычным движением встал Руни за спину.

– Ну, раз так, - Руни достала из ножен кинжал, придирчиво осмотрела лезвие и вернула его обратно, - то я пойду с тобой.

– Не думаю, что кто-то из этих двоих захочет говорить при посторонних.

– Не захотят - заставим, - запросто сказала она.

Делать нечего - согласился.

Ноги все так же не слушались, но с каждым шагом боль притуплялась. Археологи разместились на прежнем месте, но костер разводить не спешили. К счастью, глаза воина успели привыкнуть к темноте, и он прекрасно различил среди сгрудившихся НПС Рамата.

Они не успели дойти до странного нанимателя десятка полтора шагов, когда из темноты раздался еле слышный шорох, а затем прозвучал голос:

– Хагер из Стендара!

Воин инстинктивно схватился за рукоять Смертоносца, Руни - за кинжалы.

– Не убивайте меня!
– пискнула перепуганная Закейра.

Снести бы ее пустую голову, чтобы знала, с какой стороны к воину с двуручником подходить. Но не ругать же девчонку за то, что застала врасплох. А вот себя точно за неосторожность наградить мысленным трехэтажным. Окажись на ее месте кто-то с более кровавыми намерениями, для Хагера игра, скорее всего, закончилась бы.