Волчица

И тут Дон тяжело вздохнул, встал и подошел к ней. Он внимательно посмотрел ей в глаза, и сел рядом.

– Что? Что ты хочешь? Гулять? На двор?

Собака не шелохнулась.

– Давай тут, в сенях свои дела делай. Лучше я уберу за тобой. Я тебя на двор не выпущу, и сама не пойду, даже с ружьем.

Кобель снова посмотрел Веронике в глаза, потом взял ее за поясок платья и потянул к окну. Вероника испугалась. Где-то в глубине ее тела все задрожало и захватило дух. Неужели этот второй бандит бродит где-то рядом или стоит возле того окна, к которому ее тянет Дон? А вдруг их вовсе не двое? Вдруг есть еще кто-то? С одним они с Доном как-нибудь справятся, а вот с двумя или с тремя…

Но девушка быстро успокоилась, так как Дон не проявлял никаких признаков беспокойства. Он не скулил, не рычал, а просто держал ее за пояс платья и тащил к окну. Нет! К фикусу!

– Зачем ты меня туда тащишь? – спросила у собаки Вероника.

Дон отпустил ее платье подошел к огромному цветку и, что было сил, ударил по кадке головой. Фикус снова упал. Земля рассыпалась и тут Вероника увидела, что внутри есть еще один горшок! Значительно меньше, чем сама кадка!

– Боже! Дон! Как же я не догадалась раньше? А эти два дебила, ведь почти добрались до цели. Но… А, может, я ошибаюсь? И там ничего нет? Мало ли что может прийти на ум собаке? Дон обижено зарычал, отвернулся от Вероники и пошел на свою подстилку. Он лег, и, положив голову на лапы, стал наблюдать за действиями хозяйки.

Девушка подошла к окну, задвинула шторы. То же она сделала и с остальными двумя окнами. Притушила свет керосинки, и, взяв в руки нож, стала осторожно вытаскивать горшок из кадки. Ей не хотелось портить цветок, надо было оставить все так, как есть, чтобы бандиты не догадались, где было золото, и есть ли оно там?

Наконец, ей удалось вытащить глиняный горшок. Она поставила цветок рядом и заглянула на дно деревянной кадушки. Там что-то лежало. Мешок. Мешок был старым и рваным, с подтеками воды, ведь фикус много лет поливали. Вероника взялась рукой за веревку, стягивающую мешок, но поднять его не смогла. Он был тяжелым. Тогда она взяла все тот же нож, и, отрезав веревку, раскрыла края полотняного мешка. Он был наполнен маленькими, точно такими же мешочками. Мешочков было много. Она взяла один, развязала веревку и высыпала на руку содержимое. Это было золото. Золотой песок…

Вероника с удивлением смотрела на переливающиеся при тусклом свете керосиновой лампы золотые песчинки и не знала, что ей теперь со всем этим делать…

– Ну, Дон, ты даешь! Откуда ты-то узнал, где отец золото спрятал?

Дон кокетливо взвизгнул, и, изогнув мощную шею, отвернулся от Вероники. Это он так с ней заигрывал. Он очень любил, когда его хвалили, впрочем, как и все собаки, да и не только собаки!

Глава 3. УЧАСТКОВЫЙ

Вероника легла спать. Была уже глубокая ночь, и, несмотря на такое количество событий, надо было хоть немного отдохнуть. Кто знает, когда снова явятся эти уроды. То, что их было не двое, она уже поняла. Это шестерки, а заправлял ими кто-то покруче. Но сам он сюда нос не совал! И еще ее мучило одно обстоятельство. Почему они явились за золотом только летом, а не зимой, сразу после убийства отца? Вопросов было так много, что в голове все перемешалось. Если они узнали, что отец, тот человек, который украл золото, почему сразу не пришли в дом и не попытались с его «помощью» забрать «свое»? Значит, они сомневались в том, что отец именно тот человек. Они узнали, что отец стал лесником, но прошло столько лет! И тот человек – пахан, умер уже 20 лет назад. Что за головоломка? Кто-то, кроме отца, тогда подслушал разговор и видимо отсиживал свой срок. Теперь вышел и стал искать. А когда именно он вышел, и сколько лет ушло на поиски человека, унесшего золото, которое им, кстати, тоже не принадлежало, Веронике было неизвестно. Вот и думай теперь – чье теперь это золото – того мертвого преступника, отца, или этого, неизвестного ей человека? Кто по справедливости должен им владеть? Девушка знала точно только то, что это золото, когда-то было украдено с прииска, и принадлежало по праву только государству. Но идти с этим мешком в милицию ей совсем не хотелось… Доказывай потом, что ты не верблюд! Тогда что делать? Золота много, может, взять несколько мешочков, собраться, и по-тихому смотаться в свою дальнюю избушку, о которой никто не знал? Это опасно! Они могут проследить, куда она идет. Хотя… Пока Дон с ней, ей бояться было нечего. Он почует чужаков. И сразу станет ясно – следят за ней или нет. Или идти к тетке в деревню? Она давно звала ее к себе. Сколько, мол, можно жить в лесу, как отшельнице. А тут и молодые люди, замуж уж, поди, пора выходить. А в лесу своем, где ты мужика найдешь? Права тетка. В лесу она, кроме бандитов ни одного подходящего мужика еще не встречала. Да и не до мужиков ей сейчас! Разобраться бы в том, что происходит, и что делать дальше!

Нет, к тетке опасно! Они, наверняка уже ее вычислили. Может, даже засаду там устроят. Поймают и невесть что сделают со мной, думала Вероника. Выход был один – затаиться в дальней избушке и сидеть. Только вот сколько сидеть? Отца вон, через 20 лет нашли. И меня найдут. Хочешь, не хочешь, а придется в милицию идти. Время сейчас нехорошее… Перестройки всякие, переделы. Раньше все было ясно и просто, а теперь, не знаешь, чего ждать… Под эти мысли, глаза у Вероники начали слипаться и она заснула. В комнате было темно и тихо, возле ее кровати, примостился ее верный страж Дон. Он решил быть к ней поближе, чтобы его любимой хозяйке ничего не угрожало…

Утром Вероника проснулась от рыка Дона. Она вскочила, схватила ружье и стала ждать. Но тут она услышала отдаленный рокот мотора. К заимке подъезжала машина. Звук не был похож на их старенький УАЗ. Значит, это не Семёныч – местный мастер, который должен был пригнать ей отцовскую машину, которая всегда ломалась. Да и не знала она уже, что с ней делать – отдать Семёнычу что ль? Пусть на запчасти разбирает.

Она тихонько вышла в сени и увидела машину участкового. Вероника с облегчением вздохнула, но дверь сразу открывать не стала, мало ли что? Из машины вышел молодой милиционер, совершенно не похожий на их участкового Петра Григорьевича. Может, заболел? Или уволился?

Вероника стояла молча, и приказала молчать Дону. Скорее всего, это, конечно, милиционер, но кто его знает? Вдруг бандит переодетый?

В дверь постучались. Вероника, немного подумав, все же решила отозваться.

– Кто там? – спросила она.

– Я ваш новый участковый. Зовут меня Виктор Александрович. Я из города приехал. Буду теперь у вас работать.

– Ага! – с усмешкой сказала Вероника, – Так я тебе и поверила! Где старый участковый? Документы покажи, и вообще, проваливай отсюда, у меня все хорошо! Я милицию не вызывала! – выкрикнула она и Дон, в завершении диалога хозяйки угрожающе зарычал.

– Нормально, говорите? Ну, тогда я поехал, коли, Вам моя помощь не нужна! Будьте осторожны только! В районе появились беглые преступники.

– И много их? Сбежало-то?

– Так и будем из-за двери разговаривать? – спросил милиционер. – Другая хозяйка бы уже в дом пригласила, кваском напоила. Жара-то, вон какая! Да и вонь у Вас тут на дворе жуткая…

– Подойди ближе! – скомандовала Вероника. – Просунь свои документы под дверь, я прочту и верну. А на тебя из окна посмотрю.

– Вижу, у тебя девица совсем не все в порядке! Но удостоверение свое я никому в руки не даю, не положено!

– Ну, ладно, проходи, Дон, место! – Вероника открыла дверь и впустила милиционера в сени.

После тщательного изучения удостоверения, девушка, наконец, пригласила участкового в комнату.

Дон неохотно отошел от хозяйки и лег на свою подстилку. Милиционер прошел в комнату.

– Садитесь, коль пришли! – сказала Вероника, не расставаясь с ружьем.

– Ружье-то поставь куда-нибудь. Вон у тебя какая охрана. – Засмеялся молодой парень-участковый.

– Ну, чего надо? – снова спросила девушка, положив ружье на пол.

– А разве прежний участковый к вам не наведывался? – удивился новый.

– Что ему тут делать-то? – Потом все же созналась, – наведывался, по дружбе. С отцом дружил. И меня берег.

– С отцом дружил, говоришь? Даже, несмотря на то, что батя твой в прошлом сидел?

– Все ты знаешь! Да, знал он о его грехах, видно. Мне ничего не говорили, отец только перед смертью сказал.

– Так кто отца твоего убил? Так и не нашли преступников?

– Браконьеры! Кто ж еще! – бойко ответила Вероника.

– А я дело посмотрел. Нет там ничего. Глухарь! Никто так и не нашел тех двоих.

– А откуда знаете, что их двое было.

–Так в деле написано. Да ты ж и сказала тогда участковому, что их двое было! С твоих слов…

– Мало, что я говорила! Как сказал отец перед смертью, так и я сказала. А где дядя Петя-то? На пенсию ушел? – спросила Вероника. – Вроде рано ему еще.

– Убили его! – сказал новый участковый и снял фуражку.

Вероника почувствовала легкое головокружение, ей стало не по себе. Это страх подкатывал к горлу, а потом опускался ниже, куда-то в район желудка. А голова плыла сама по себе, от переизбытка событий и ужасающей информации…