Восхождение девяти

– Это…- я поднял свои глаза на потолок. Я просто не могу найти слов. Это заставляет меня смущаться тому что я делал все это время. Моя так называемые космическая тренировка, снег на заднем дворе, или с Шестой и Сэмом в бассейне. Наконец-то, я обижен на Генри за то, что заставлял нас так часто переезжать и не давал мне тренироваться так, как мне требовалось. Если бы мы сделали место похожее на это, тогда возможно я был бы так же уверен и силен как Девятый. Может Сандор действительно был лучшим Чепаном.

– Ты пока что не видел ничего лучше.- сказал Девятый.

Мы движемся через тренажерный зал и он открывает сефйоподобную дверь в конце. Там полки и полки оружия: пушки, мечи, ножи, взрывчатка и многое другое. Цела стена предоставлена только амуниции.

Девятый взял с полки большую автоматическую винтовку с оптическим прицелом и направляет ее на меня.

– Ты будешь удивлен, как просто было купить все это. Ты должен любить интернет.

Он подошел ко мне с оружием и нажал кнопку за моим плечом. В дальнем конце комнаты открылся огневой рубеж, больше чем дорожка для боулинга. Девятый взял коробку патронов и зарядил ружье. Потом я наблюдаю как он разрывает на куски бумажную мишень в девяноста футах от нас.

– Не парься. Эта комната очень хорошо звуко-изолирована, но мы так высоко, что никто нас не услышит.

Дверь в конце коридора ведет в комнату видео наблюдения. Он подошел к выключателя рядом с входной дверью, щелкая выключателем, очень близко наклонился к нему. Тусклый голубой свет прошел по его глазу и компьютер ожил. Сканер сетчатки. Круто, очень круто. Очевидно, Сандор сумел создать высокотехнологичную систему безопасности. Есть с десяток компьютеров и больше мониторов. Мы подключены к каждой камере в центре Джона Хэнкока, на всех ста этажах, плюс похоже еще и ко всем камерам города, контролируемые чикагским Полицейским Департаментом. Девятый нажал что-то на клавиатуре и самый большой экран в комнате ожил, показывая фото мускулистого мужчины в черном итальянском костюме, его красивые ткани и безупречный крой проявляется даже на зернистой фотографии. У него черные волосы и густая борода, он держит два ноутбука. Я смотрю удивленно на Девятого, зачем он мне это показал.

– Это Сандор,- произнес Девятый через минуту. Его голос изменился. Я слышу меньше бравады. Он повернулся ко мне. Я слышу уязвимость.

– Пойдем. Мы должны принять важное решение.

Он остановился для драматичного эффекта.

– В какой комнате хочешь остановиться? Есть несколько, проверь. Не торопись. Пицца не займет много времени.

Глава 15

Крейтон встает между Мариной и Эллой, чтобы лучше видеть линии, вырезанные в склоне скалы. Он прижимает ладонь к центру обрисованной двери, и затем тянет ее обратно.

– Интересно. Она теплая. А что, именно, ты имел ввиду, когда говорил, что это дверь в самые отдалённые уголки Земли?

– Дело вот в чем, - объясняет Восьмой.
– В лучшем случае, я могу телепортироваться на двести футов, ну может на двести пятьдесят. И чем дальше я телепортируюсь, тем хуже моя точность. Как то раз я попытался попасть на верхушку дерева, которое было на высоте пару сотен метров, и в итоге я приземлился между горным львом и ее детенышем. Это было неприятно и быстро. Эта телепортация, поистине, является блестящим Наследием. И оно было невероятно полезно для меня много раз, но это не так просто, как кажется. Но внутри этой пещеры, все же, я могу телепортироваться куда угодно.

Я прикладываю свою руку к склону горы, и я могу чувствовать, как теплота перемещается через меня.

– Как?

Восьмой подходит к Элле и Марине так, что может коснуться двери.

– Лучшая моя догадка, что это древняя пещера Лориенцев, или, даже одна из штаб-квартир Лориена. А мне просто достаточно повезло найти ее, и повезло еще больше выяснить, что я могу здесь делать. Как бы то ни было, я с уверенностью могу сказать, что я не первый Лорианец, который посетил это место.

Как только слова срываются с его губ, я чувствую прилив адреналина и страха, проходящего через меня. Я знаю, у Крейтона те же мысли когда он оборачивается, чтобы посмотреть назад. Посмотреть в направлении откуда мы пришли, а потом глянуть на меня. Я делаю то, о чем он собирался меня попросить. Быстро двигаюсь по коридору и прислушиваюсь к движению. Если это древняя пещера Лориенцев, то она была бы под наблюдением Могадорцев. Здесь могут быть солдаты, ждущие нас, или какие-то устройства, которые предупредили их о нашем прибытии.

Я поворачиваюсь к Восьмому.

– Ты с ума сошел? Ты совсем спятил что-ли? Фактически, наверно мы тут все мозги потеряли. Мы - идиоты, что слепо шли за тобой в известное убежище Лориена. Это место должно быть кишит ловушками. Как только то, что я сказала доходит до Марины и Эллы, они приближаются к нам.

– Эй! Эй! Слушайте, простите меня, - говорит Восьмой, опуская свой Ларец.
– Я был здесь уже много раз и ничего со мной не случилось. Так что, я думаю, мы не рискуем.

– Давайте не будем тратить время на извинения или осуждения, - говорит Марина, выходя вперед.
– Просто покажи нам, как это открыть, чтобы мы смогли добраться до остального мира. Или, по крайней мере, оказаться где-нибудь в другом месте!

Крейтон кивает, но все еще оглядывается с подозрением.

– Да. Давайте будем там, где мы менее уязвимы.

Восьмой вытягивает свой кулон над головой. Он подносит его к синему треугольнику.

– Подожди, пока не увидишь, что будет дальше, - говорит он с улыбкой. Затем он проводит своим кулоном по синему треугольнику.

Сначала ничего не происходит, но после небольшого напряженного ожидания, резные линии начинают углубляться и расширяться по отношению друг к другу. Восьмой позволяет своему кулону опуститься на грудь. Пыль врывается в проход, и мы отступаем на несколько метров. Когда все линии соединяются и обретают форму двери, правая сторона отделяется от передней части стены, и распахивается. Поток теплого воздуха достигает нас, а мы стоим на месте, загипнотизированные голубым свечением, исходящим изнутри.

Я чувствую, что энергия, проходящая через меня, ошеломляет и делает меня полностью и совершенно спокойным.

– Что это за синий свет?
– наконец, спрашиваю я.

– Это то, что позволяет мне телепортироваться по всему миру - отвечает Восьмой, как-будто это очевидно для понимания.

Элла подходит ко входу.

– Я чувствую себя странно внутри.

– Я тоже - говорит Марина.

С улыбкой, Восьмой пролезает через дверной проем. Крейтон и Элла быстро следуют за ним. Я иду в тылу. Как только мы залезаем на еще одну лестницу Восьмой начинает говорить.

Пару лет назад, когда мои Наследия еще только росли, наряду с этим я начал видеть очень яркие сны, как те, что у меня сейчас с Сетракусом и Четвертым. Из них я узнал больше о Лориене и о старейшинах. Узнал нашу историю здесь, на Земле, как мы помогали египтянам строить пирамиды, то что греческие Боги на самом деле были Лорианцами. Как мы учили римлян военной стратегии, и так далее. В одном из этих снов, была вся эта фигня о передвижении по Земле, и как Лорианцы делали это. Эта гора была моей мечтой. Мы уже переехали в Индию, и я осознал это. После того как я увидел сон, я пришел сюда начал здесь осматриваться. Вот тогда я и нашел все это.

– Это невероятно, - говорит Марина.

Лестница заканчивается в другой комнате. Потолок в ней куполообразный, и несколько зубчатых колонок поддерживают его. Я понимаю, что мы находимся внутри вершины горы. Комната полностью пуста. Если не считать ее центр, в котором запутанный набор горных пород образует узор, похожий на водоворот. Исходящий из одного центрального синего камня, размером с баскетбольный мяч.

– Лоралит, - шепотом говорит Крейтон. Он идет по направлению к центру пещеры и ставит Ларец Марины под ноги.