Восстание Девятого

Я делаю шаг к нему, и Девятый без колебаний хватает меня и швыряет спиной в дерево. Я поднимаюсь на ноги и готовлюсь кинуться на него, но в этот момент мы оба слышим за спиной треск веток. Девятый поворачивается на шум. Я прижимаюсь к дереву и готовлюсь ослепить Люменом любого, кто за нами крадется.

Девятый шепчет:

– Извини за инцидент с деревом. Пойдем посмотрим, кто там за нами следит, и убьем его, пока он не прикончил нас.

Я киваю, и мы крадемся вперед. Шум доносится из сосняка, густого и непролазного. По мне лучше подождать и посмотреть, с чем мы имеем дело, но Девятый думает иначе. Осклабясь, он идет к соснам, готовый уничтожить то, что оттуда покажется. Шорох не умолкает, а нижние ветки шевелятся. Но видим мы не могадорскую пушку или блестящий меч. Вместо них из зарослей является черный мокрый нос бигля в белых и коричневых пятнах.

– Берни Косар, – говорю я с облегчением. – Рад тебя видеть, дружок.

Он подбегает ко мне, и я наклоняюсь, чтоб потрепать его за ушами. Берни Косар единственный, кто был со мной с самого начала. Он говорит мне, что рад видеть меня целым и невредимым.

– Не больно-то он торопился, верно? – говорит Девятый.

Я совсем забыл, что его Наследие тоже позволяет ему разговаривать с животными. Знаю, звучит по-детски, но мне неприятно, что у него такая же способность. Он и так самый взрослый и могучий из Гвардии, может делиться своей силой с людьми, он умеет пользоваться антигравитацией, обладает сверхскоростью и нечеловечески тонким слухом, телекинезом. Да наверняка он умеет что-то еще, о чем не успел рассказать. Меня от других отличает Люмен, но без источника огня он практически бесполезен. Я надеялся, что смогу развить способность говорить с животными, но теперь думаю, что Девятый найдет ей лучшее применение, прежде чем у меня получится что-то толковое.

Вероятно, Берни Косар замечает разочарование на моем лице, потому что он спрашивает, не хочу ли я прогуляться с ним. Один.

Девятый слышит его и говорит:

– Давайте. БК все равно только о тебе и болтает. Когда он не охранял забор, сидел в спальне – за тобой приглядывал.

Я продолжаю гладить его голову.

– Так это был ты?

Берни Косар лижет мою руку.

– Мой второй лучший друг, – говорю я. – Ради тебя я бы тоже умер, БК.

Девятый издает возмущенный стон, ему не нравится такая откровенная демонстрация чувств. По идее, мы должны прикрывать друг другу спину в этой огромной межгалактической войне, но иногда мне хочется, чтобы здесь были только мы с Берни Косаром. И еще Сэм. И Сара. И Шестая. И Генри. Да, честно говоря, кто угодно, кроме Девятого.

– Пойду, найду то, что я там убил. Чтобы у нас была еда на вечер. А вы, ребята, давайте, идите на прогулку. Когда вернетесь, надо будет решить, как найти остальных. Если ты пришел в себя.

– И как ты собираешься их искать? Адрес места встречи, который дала нам Шестая, был в кармане у Сэма. Судя по всему, он достался могам, и теперь они ждут, когда она покажется. Мне кажется, это еще одна причина найти Сэма.

Берни Косар соглашается. Он хочет отыскать Сэма не меньше меня.

– Поговорим об этом за ужином. Кажется, нам попался опоссум. Или ондатра, – говорит он, уходя в лес за добычей.

Берни Косар говорит, чтобы я шел за ним, и ведет меня сквозь лес, а потом вниз по высокому, поросшему травой холму. Несколько футов тропа идет ровно, а потом поднимается снова. Мы движемся быстро. Теперь, когда ко мне возвращаются силы, нагрузка только в удовольствие. Вверху, перед нами, прижимаются друг к другу два мощных ствола. Силой разума я развожу их в стороны. БК прыгает в открывшийся проход, и я бегу за ним, вспоминая как там, в Парадайзе, мы по утрам бегали в школу. Жизнь тогда была гораздо проще. Я тренировался с Генри, а свободное время проводил с Сарой. Было так здорово выяснять, что я могу, как мои способности могут помочь мне сделать то, что нужно. Даже когда мне было страшно или я был разочарован, у меня оставалось столько возможностей, что я мог просто сосредоточиться на них. Тогда я даже не представлял, как мне повезло.

Когда мы добираемся до вершины невысокого холма, спина у меня мокрая от пота. Мне лучше, но еще не на сто процентов. Вид на Аппалачи открывается потрясающий: горы, залитые золотистым вечерним светом, укрыты еловым ковром.

– Да, приятель, прямо дух захватывает. Ты это хотел мне показать? – спрашиваю я.

«Там, вдалеке, слева, – отвечает он, – Ты видишь?»

Я всматриваюсь вдаль.

– В той низине?

«За ней. Гляди – там свет».

Я прищуриваюсь и смотрю туда, куда он велит. Вижу густой лес и очертания каменистого речного русла. И наконец я различаю слева голубое сияние у корней деревьев. Это силовое поле у подножия штаб-квартиры могов. Она не дальше, чем в двух милях. Берни Косар говорит, что идти туда можно хоть сейчас. На этот раз он может отправиться со мной – ведь мы с Сэмом сломали систему, распылявшую по тоннелям горы газ, ядовитый для животных.

Я вздрагиваю, не отрывая взгляда от голубого сияния. Там, внутри, Сэм. И Сетракус Ра.

– А Девятый?

Берни Косар дважды обходит вокруг и садится у моих ног.

«Тебе решать, – говорит он. – Девятый сильный и быстрый, но непредсказуемый».

– Ты водил его сюда? – спрашиваю я. – Он знает, что мы настолько близко?

Берни Косар склоняет набок голову, как будто отвечая «да». Не могу поверить, что он знал и не сказал мне. Все, хватит с меня Девятого.

– Я иду обратно в дом. Пойдет с нами Девятый или нет – решать ему, но, что бы он ни сказал, пора встретиться с Сетракусом лицом к лицу.

Глава пятая

Военный грузовик подпрыгивает на кочках и выбоинах неровной дороги. Сквозь стекло я вижу, что мы на окраине города, а вдалеке высится огромный горный хребет, но мне это ни о чем не говорит. Машины с солдатами едут впереди и сзади нас. Мой Ларец лежит у моих ног, а Шестая сидит рядом. От этого немного легче дышать. После битвы в Испании я чувствую себя хоть в какой-то безопасности только рядом с Шестой.

Я не думала, что когда-нибудь буду скучать по Сестрам Святой Терезы, но сейчас отдала бы что угодно, лишь бы вернуться в монастырь. Годами я мечтала о том, чтобы сбежать от их правил и наказаний, но теперь мне хочется хоть чего-нибудь знакомого, пусть даже это будет строгая дисциплина монашеского ордена. Мой Чепан, Аделина, погибла. Ее убили могадорцы. Мой лучший и единственный друг, Гектор Рикардо, тоже мертв. Городка и монастыря тоже больше нет, их сравняли с землей моги. Эти смерти лежат на моем сердце тяжким грузом: и Рикардо, и Аделина пытались меня защитить. Господи, надеюсь, на мне не лежит проклятие. Страшно подумать – вдруг из-за того, что мне не хватает опыта и подготовки, могут пострадать другие? Я не хочу подвергать нашу миссию в Индии опасности одним своим присутствием.

Наконец командир Шарма оборачивается и объясняет, что к чему.

– Поездка продлится несколько часов. Располагайтесь с удобством. Вода в кулере у вас за спиной. Не привлекайте к себе внимания. Ни с кем не заговаривайте. Даже не кивайте и не улыбайтесь. Нас разыскивают.

Крейтон наклоняет голову в знак согласия.

– И что ты обо всем этом думаешь? – спрашивает у него Шестая. – Думаешь, он действительно там?

– Да. Это логично.

– Почему?

– Горы – идеальное место, чтобы спрятать одного из Гвардии. Многие годы люди боялись приближаться к ледникам к югу от Китая. Историй о том, что там появляются инопланетяне, достаточно, чтобы напугать местных. А китайская армия не могла исследовать те края, потому что в долине появилось загадочное озеро, перекрывшее доступ. Не знаю, где тут правда, а где слухи, но в любом случае это отличное укрытие.

– Думаешь, там есть и другие инопланетяне, помимо Восьмого? – интересуется Элла. – Ну, например, могадорцы?

Я хотела задать тот же вопрос.

– Не знаю, но если там кто-то и есть, то мы скоро это выясним, – говорит Крейтон. Он вытирает пот со лба и указывает на мой Ларец. – Кстати, стоит выяснить, как его содержимое поможет в нашей подготовке. Если, конечно, Марина с нами поделится.

– Разумеется, – тихо произношу я, опуская глаза на Ларец. Я не против поделиться своим Наследием с другими. Только одно смущает: я почти не понимаю, что мне досталось. Предполагалось, что мы откроем Ларец вместе с Аделиной. Она должна была рассказать мне, как пользоваться его содержимым, как оно может спасти мою жизнь. Но этого не произошло. Спустя мгновение я говорю:

– Но я не знаю, что делают все эти штуки.

Крейтон касается моей руки, я встречаю его серьезный, но теплый взгляд.

– Все в порядке, я покажу тебе, что смогу, – обещает он. – Теперь я Чепан не только для Эллы, но и для всех вас. Пока я жив, Марина, ты можешь на меня рассчитывать.

Я киваю и кладу ладонь на замок. Теперь, когда Аделина мертва, я могу открыть Ларец сама, но это меня не радует. Шестая смотрит на меня, я знаю, что она понимает, как я себя чувствую, ведь она тоже потеряла своего Чепана. Под пальцами я ощущаю холод металла. Замок подрагивает и, клацнув, падает на пол. Дорога, по которой мы едем, покрыта выбоинами и мусором, так что грузовик постоянно подпрыгивает. Мне трудно, но я стараюсь не коснуться светящегося красного кристалла в углу – того самого, из-за которого было столько проблем в колокольне. Вдруг это лориенская граната или что похуже. Я достаю пару темных очков.