Восстание

Столько уже было бессмысленных жертв, столько боли и отчаяния принесли своими действиями правительственные войска… я не мог дать погибнуть всем этим людям. Всех их я не спасу, просто физически не успею прикрыть всех и каждого. Но вот упредить их смерть могу.

Дождавшись, когда ад на поверхности, наконец, закончится, я вытащил из ножен подаренный не так давно двуручный меч и уверенным и громким шагом устремился на поверхность, в сторону усиливающегося гула приземляющихся транспортников.

— Все, кто сегодня на вас напал, — остановился я на полпути, развернувшись в полоборота, забросив меч на плечо, — трусы. Они не способны воевать сами. Так покажите этим уродам, что такое страх!

Перехватив правой рукой поудобнее клинок, я с яростным воплем устремился наверх, и только отчаянные крики боли и страха стали доноситься до ушей защитников. И они воспряли. За моей спиной показалось множество ощетинившихся стволов. Десятки людей выскочили на улицы, тут же лишая жизней правительственных собак.

Но и противник не остался в стороне.

В ответ тут же открылся огонь, деля на ноль жизни доблестных защитников. У этих тварей в обличье людей было преимущество, они были встречающей стороной сейчас, они могли спокойно расстреливать всех, кто выходит из бункера. Но я им этого не мог позволить.

Как только один отряд противника оказался полностью обескровлен, я сразу же накинулся на второй. Пляска смерти, пляска жатвы, пляска безумия. Только так можно было охарактеризовать происходящее сейчас. Я двигался для людей с невероятной скоростью, они просто не могли взять меня на прицел. А я этим нагло пользовался. Я чувствовал, как сила струиться внутри меня, я чувствовал, как вещество усиливало меня. Хоть это и временно… но эта сила была приятна.

Врываясь в очередную группу противника, я одним ударом тут же обезглавил двоих, разрубив пополам в районе туловища третьего. Следом в прыжке рубанул по очередному противнику сверху вниз, закручивая своё собственное тело вокруг оси параллельно земле для усиления удара. Эффект вышел просто невероятным. Двуручный меч как горячий нож через масло прошёл через стоящего предо мной бойца, мгновенно разрубая того на две почти идеальные половинки.

Я не стал смотреть на выпадающие внутренности, не слышал крики умирающих бойцов, не видел ужас тех, с кем я сражался, нужно было продолжать убивать этих тварей, чтобы сохранить как можно больше жизней со стороны защитников подземного города. Мне нельзя было допустить ещё больше боли, ещё больше отчаяния.

Внезапно голова одной из непонятно откуда взявшейся вражеской твари разлетелась на мелкие кусочки. Только спустя секунду моего слуха донёсся звук выстрела уже несколько знакомой снайперской винтовки. Даже не стоило сомневаться в том, что меня она прикрывает. Это в её интересах, это в интересах её отряда и её друзей.

Следующего врага и, как оказалось, последнего в этой скоротечной бойне я проткнул насквозь в рывке. Он хотел бросить гранату, взорвать меня вместе с собой, но у него не хватило скорости, он просто не успел выдернуть чеку, чтобы лишить меня на короткое мгновение жизни.

Но это был только первый раунд. Это были только три транспортника, которые повредила система защиты данного города. У нас были просто ужасные потери, но зато атака врага захлебнулась. Они не смогли с наскока вырезать нас и продолжить бесчинствовать, убивая мирное население. Это была победа. Маленькая. Но всё же победа. Мы способны их убивать. Толпами. Десятками. И защитники это поняли.

Враг учтёт этот урок. Он его уже учёл. Не просто же так самолёты летают на расстоянии, словно ожидая чего-то. Запрос помощи ими уже был отправлен, а нам остается только ждать, когда тут окажется ещё больше вражеской техники.

— Если прилетит ещё одна такая же эскадрилья, система защиты города справится с этим? — спросил я у старика, который мародёрил не так далеко от меня. Он был как все. Они только так могли добыть себе современное вооружение, только забирая его у мертвецов недостойных.

— Нет, — как-то грустно улыбнувшись, ответил он мне. — Уже около шестидесяти процентов пушек уничтожено. Всё, что мы сможем сделать, это лишь сократить наши дальнейшие потери.

— Тогда нам необходимо делать так, чтобы они вообще не смогли приблизиться!

Глава 30

Когда противник начал штурм второй раз, мы уже были лучше подготовлены. Все надеялись, даже я, что этой подготовки хватит. К слову, в моей голове было множество сомнений на счёт того, зачем я вообще помогаю местным… но они меня не атаковали, приняли, даже не особо опасались моей особенности… и, видимо, более-менее человеческие отношения немного остудили мой пыл и дали хоть чуть-чуть проникнуться к местным.

После первой волны на поверхности остались только смертельно раненые, которых спасти было уже невозможно, а также безумцы, которые были готовы ценой своей жизни реализовать почти невыполнимый план военного совета данного городка. Я ими восхищался. Без приукрас восхищался.

А план был простой, он делился всего на четыре этапа. Первый этап — оставить раненых и добровольцев на поверхности, чтобы создать иллюзию подготовки к следующему сражению. Этот этап уже выполнен. При наступлении противника, налёте его авиационных групп, им необходимо будет сделать имитацию спасения. Все понимали, что они точно не смогут выжить, лишь считанные единицы. Но на этом ещё не всё.

Следующие два этапа были построены целиком на анализе действий, совершённых противником ранее. Сразу стоит отметить, что если правительственные войска решат действовать несколько другим образом, то все запланированные действия сразу канут в лету, если нам не повезёт. Придётся буквально на коленке белыми нитками шить новый план.

Так вот, следующий этап заключался в том, что необходимо практически сразу же после атаки штурмовиков и бомбардировщиков занять боевые позиции и приготовиться к встрече наземных сил противника. И сделать это надо будет максимально скрытно и быстро. И вот оно — самое слабое звено плана. Если противник не пустит в ход те же ракеты, если он не будет бомбить местность, то не будет хорошей пылевой завесы, которая и должна прикрыть по плану наши силы. Тепловые сигнатуры при этом не будет видно, ибо вся местность будет раскалена, как и пыль после совершения налёта авиации. Точнее, это было третьим. Вторым, пережить саму атаку.

Ну а дальше последний, четвёртый этап. Он весьма банален и прост, всеми имеющимися силами встретить наземные войска и вырезать их, активировав системы ПВО и ПРО. Кстати, они в плане даже были отмечены отдельно. Большая часть батарей, которые ещё активны, будут убраны под песок, под защитные пластины, где они изначально и были спрятаны. Будет оставлена только небольшая часть, примерно процентов десять от общего количества работающей системы. Пускай думают, что смогли уничтожить большую часть. По логике, это позволит им действовать куда более рискованно и открыто, если они увидят такую разруху у нас.