Возмездие

— Научусь, Ито-сан, — Мива воспрянула духом. — Обещаю вам.

— И думаешь, благодаря готовке останешься в доме?

— Разве этого недостаточно?

— Ох, боги, — я запрокинул голову и шумно выдохнул. Меня снова пробирал смех. — Так, давайте мы пройдём в зал. У нас будет серьёзный разговор. И нет, — посмотрел на Иоко, — он не о том, о чём ты подумала. Я хотел, — а вот теперь момент истины. На мгновение замялся, потому что говорить придётся с открытым сердцем. — Хотел просить у вас прощения.

Глава 13

— Ито-сан, я не совсем понимаю…

— Зови меня просто Тсукико.

Я и Мива сидели за чайным столиком. Иоко вопреки своим словам приготовила заварной напиток. Следовало отметить, что аромат по залу прошёлся просто потрясающий.

— Боюсь, общество не оценит, — женщина присела напротив.

— Здесь лишь твоя дочь. Или ты ей не доверяешь?

— Лучше скажите то, о чём планировали, — увильнула та от ответа.

Запомним. Видимо, Иоко не хочет в чём-то сознаваться при Миве. Значит, следует поговорить с ней один на один, но после того, как зеленоволосая нас покинет.

— Слушайте, — я снова начал волноваться. Всё же говорить семье о том, что убил их кормильца, не самое простое. — То, что произошло… в общем, я не хотел…

— Не хотели убивать моего мужа? — переспросила Иоко с хитрым прищуром. — Тогда могли бы оставить его в покое.

— Ты ведь знаешь все детали, — твёрдо ответил я. — Даже боги согласились на Поединок. Значит, душа у него была нечиста.

— Мы это прекрасно знаем, — просто сказала женщина и пожала плечами. — Или за кого вы нас принимаете? За деревенщин, которые только и мечтают выскочить замуж за богатенького вана и закрыть глаза на все его поступки? Сидзаки похитил меня, а потом… — покосилась на дочь, которая осунулась и вжала голову в плечи. — Простите, Ито-сан, я перебила вас. Прошу, продолжайте.

— Тсукико, — поправил я, но Иоко лишь криво усмехнулась. — Понимаю, всё это выглядит, мягко говоря, глупо. В вашем доме поселился чужак, считающий себя полноправным хозяином. Будь я на вашем месте, то возненавидел бы его. Но так как я по другую сторону, меня несколько напрягают подобные мысли.

— Боитесь, что мы покусимся на вашу жизнь? — спросила женщина и сделала глоток, будто показывая, что он не отравлен.

— Да, опасаюсь. Я вроде бы не дурак, а это вполне логичные мысли.

— И снова говорите о себе. Да вы эгоист.

Зараза, а ведь она права. Не для этого я завёл разговор.

— Ладно, — выставил вперёд руки. — Буду краток и предельно честен. Кем бы вы меня ни считали, но мне не жаль Сидзаки. А вот перед вами меня гложет совесть. Понимаю, что лишил вас опоры. И не знаю, как загладить вину. Мне кажется, это уже никак не исправить. И всё же не считаю вас своей собственностью. Сегодня я был довольно груб, когда говорил про плату за проживание. Это ваш дом, и если хотите остаться, то, пожалуйста, я не против. Скорее всего, буду редко здесь появляться. А вы живите, как и раньше. Я распоряжусь, чтобы Кабэ доставлял вам всё необходимое. Конечно, в разумных пределах. Так как все силы сейчас брошены на строительство госпиталя.

— То есть вы разрешаете жить нам в нашем доме? — спросила Иоко с иронией.

— А вот ты умеешь простым вопросом перевернуть всё так, чтобы я чувствовал себя, как последний подлец.

— Слишком долго была замужем, — улыбнулась та.

Судя по всему, она не особо прониклась смертью мужа. Что-то мне подсказывает, пылкой любви здесь никогда и не было. Иоко просто переживает за свою дочь. Перемены не всегда к лучшему. Но я постараюсь сделать так, чтобы они считали иначе.

— В общем, — хлопнул себя по коленям. — Я виноват перед вами, но это не изменить. Приношу свои глубочайшие извинения, — с этими словами низко поклонился.

— Вы просите прощения за моего отца? — подала голос Мива.

— Нет, — посмотрел на неё. — Он получил то, что заслужил. Я извиняюсь не за его смерть, а за ваше положение.

— А когда вы шли на Поединок, знали о последствиях? — всё с той же иронией спросила Иоко.

— Я не знал о вас. Но даже если бы и был в курсе, то не остановился, — спокойно ответил ей. — Не я один должен думать об ответственности. Он обесчестил…

И тут женщина меня перебила, вскинув руку, и слегка кивнула на дочь.

— Мама, я в курсе, — ответила та. — И ты сама часто говорила, как ненавидишь отца, — после перевела взгляд на меня. — Он был бесчестным ваном. Бил нас, когда напивался. Таскал сюда шлюх и трахал всю ночь напролёт. Я не говорю уже о порках слуг…

— Мива! — её мать повысила голос. — Прекрати!

— Но ведь это правда! — вспыхнула та. — Тсукико просит у нас прощение за того, кого мы ненавидели! Разве он не должен знать?

— Для тебя Ито-сан, — продолжала сердиться Иоко.

— Мива, — я обратился к девушке, но вполне добродушно. — Ты не могла бы оставить нас с матерью наедине?

Та удивлённо уставилась на нас, а потом резко успокоилась.

Слишком вспыльчивая девушка. За такой нужен глаз да глаз.

— Хорошо, Ито-сан, — она встала и направилась к коридору. Но, остановившись там, обернулась и взглянула на меня. — Кстати, я знаю о праве первой ночи.

— Мива! — вновь воскликнула Иоко, обернувшись к ней, но девушка уже убежала на второй этаж. — Простите её, господин…

— Я ж просил, — вновь поправил я.

И вот тогда женщина посмотрела на меня презрительным взглядом.

— Хорошо, — произнесла она. — Хочешь говорить наравне, давай попробуем. Всё, что происходило в этих стенах здесь и останется. Моё отношение к Сидзаки также является личным, и делится им не собираюсь. Ты хладнокровно убил моего мужа. Отца моей дочери. Пришёл в наш дом, где мы прожили пару десятков лет, и пытаешься навести свои правила. И вот твои «простите» и «извините» не помогут. Ты совершил убийство, и этого не отнять. А ведёшь себя, как девчонка. Можешь тогда ты и показался настоящим мужчиной. Но сейчас я вижу лишь мальчишку, который просто хочет показаться хорошеньким. Это хотел услышать? Теперь доволен?

М-да, за такие слова ей может не поздоровиться. Такое неуважение никто не смеет проявлять. Ну, кроме меня. Я ведь повздорил с Джиро и Акайо, чего делать не следовало. И теперь попал в такую же ситуацию, когда стараешься кому-то помочь, а взамен нарываешься на… вот это.

— Почти, — ответил я, сжав кулаки.

Надо сдержаться. Не срывайся. Ты просил честности и открытости? Получай. В конце концов, она права. К тому же Иоко и сама понимает, что сболтнула лишнего. Вон как глазки бегают. Боится на меня смотреть. Сорвалась. Но оно и понятно, им сейчас тяжело.