Возвращение

— Тсукико? — тихо позвала она, видимо, не заметила среди «весёлой» компашки. — Ты здесь?

— Да, — отозвался я и выбрался из-под сена. — Не так, наверное, представляла нашу встречу?

Рыжеволосая неко только фыркнула и протянула мне руку.

— Давай, помогу.

— Благодарю, но я сам, — поднялся и осторожно выбрался наружу. — Смотри не испачкайся.

Как и ожидалось, мы остановились на скотном дворе. Повсюду бегали курицы, а где-то слышались поросячий визг.

— Идём, — улыбалась женщина. — Все тебя ждут. Ты заставил нас поволноваться.

Она направилась в сторону поместья, но мне пришлось её остановить.

— Да как я покажусь в таком виде? От меня же несёт за сотню дзё.

— Что правда, то правда, — обернулась та и улыбнулась, после показала вещи, сжимавшие в руке. — Переоденешься в это, но сперва искупаешься в бане. Её уже затопили.

— Ого, — довольно выдохнул я. — Вот это дело. Но меня могут увидеть.

— Нет, — покачала она головой. — Воины Ватанабэ опасаются к нам заходить без лишнего повода. Сам понимаешь, брат тоже имеет славного воина.

— Помню, — кивнул я. — Акайо страшный ван.

— Не преувеличивай, он всегда был справедлив.

С этими словами мы вышли во внутренний двор, где Эми провела меня в баню и вручила чистую одежду.

— Дальше, надеюсь, сам, — подмигнула мне и убежала в поместье.

Я только улыбнулся ей вслед. Повернулся к небольшому зданию, из трубы которого валил густой дым, и вдохнул полной грудью.

Эх, как же хорошо оказаться дома. И даже если ты не сидел в темнице, то просто вернуться в родные стены очень и очень приятно.

Я открыл дверь, и в лицо ударил пар. От предвкушения, что сейчас нырну в бадью, наполненную горячей водой, сердце готово было идти в пляс. Как мало надо человеку для счастья. И как много, чтобы поддерживать его.

* * *

Капитан Усао Сидзи проскочил между своих воинов, словно тех и не было. Его конь чуть было не сбил нерасторопного стража у ворот, когда тот зазевался и решил поклониться несущемуся капитану.

Усао был невысоким, но широк в плечах и отличался железной хваткой и непреодолимой силой воли. Если он чего-то собирался добиться, то получал это любой ценой.

Вот и тогда, стоило узнать о том, что пленённый подкидыш Ито сбежал, он вскочил на боевого коня и ринулся прямиком к поместью. А когда оказался во внутреннем дворе, то с довольной ухмылкой посмотрел на валящий дым из бани. Не стоило большого ума, чтобы понять, щенок прибежал домой и теперь решил попариться.

Он спрыгнул на вымощенную камнем дорожку и двинулся ко входу в баню. Но внезапно его окликнули со стороны поместья:

— Сидзи-сан? — по ступенькам спускались Джиро с сыном. — Рад вас видеть. Чем обязан вашему визиту в столь раннее время?

— Не заговаривайте мне зубы, Ито-сан, — грубо произнёс тот, повернувшись к хозяевам поместья. — Ваш внук сбежал из тюрьмы и теперь греется там.

— Что? — старик удивлённо вскинул брови. — Тсукико сбежал? Но как? Из тюрьмы невозможно просто так выбраться. Тем более вы сами выставили стражу, да ещё окружили магическим барьером.

— Не валяйте дурака, Ито-сан.

Капитан подошёл почти вплотную к Джиро, будто норовил помериться с ним ростом. Увидев это, Акайо вышел вперёд, он не собирался прощать такое отношение к отцу. Но Джиро остановил того, выставив руку.

— Вы меня в чём-то обвиняете, капитан? — спросил старик.

Усао сперва опешил, но быстро взял себя в руки и указал на баню.

— Для чего затопили? Решили искупаться на рассвете? Как-то подозрительно.

— Может, вы теперь ещё будете контролировать, когда мне помочиться? — хмыкнул Джиро.

Лицо вана побагровело. Он явно не ожидал такого разговора. Рассчитывал схватить беглеца. Но просто так отступать не собирался.

— Хорошо, тогда объясните мне, для чего это? Или мне приехать сюда с отрядом?

— Если так желаете, то приезжайте в любое время. Нам нечего скрывать, — хмыкнул старик. — Что касается бани, то всё просто. Мой сын уже говорил, что у меня сегодня особый день.

— Интересно, какой же?

— А вот это не твоё дело, Усао, — огрызнулся Акайо, не в силах больше терпеть этот разговор.

— Вот как? — ощерился тот. — И почему же?

— Потому что это касается только нашей семьи.

— Успокойся, Акайо, — улыбнулся старик. — Мне не стыдно признаться. Сегодня ровно пятьдесят пять лет, как я повстречал свою покойную жену Ясу. Это случилось утром на озере. После того дня мы были неразлучны, и каждый год решили проводить так же, как и первый. Но, сами понимает, Сидзи-сан, в моём возрасте бежать утром на озеро не лучшая идея. Кости уже не те.

Капитан надул щёки, словно обожравшийся запасливая белка, а потом шумно выдохнул. Он не знал, как успокоиться. Если всё правда, то…

— В таком случае вы позволите мне заглянуть внутрь?

Усао внимательно следил за реакцией глав Ито. Но на их лицах не дрогнул ни один мускул.

— Конечно, — кивнул Джиро. — Пройдёмте.

Стоило только открыть дверь, как густой пар окутал троицу с головы до ног. Они прошли через парилку и оказались в основной комнате. У ближайшей стены большая печь с бушующем огнём, а рядом стояли наполненный бадьи. Но никого внутри не оказалось.

— Теперь вы довольно? — спросил Джиро, всё ещё улыбаясь.

В тот момент капитану жутко хотелось стереть эту наглую ухмылку с лица старика. Но понимал, что за это может лишиться головы.

— Вполне, — прорычал он, направляясь к выходу. — И всё же ждите меня с отрядом.

— Непременно, — ответил Джиро. — Но подумайте сами, Сидзи-сан. Мой внук добился огромных успехов за короткий срок. Он не настолько глуп, чтобы вернуться домой, зная, что здесь его будут искать в первую очередь. Скорее всего, он сбежал к Ямадзаки. У него там были связи с алхимиком по имени Пошон. Может, слышали о таком?

Капитан ничего не ответил, лишь бросил на обоих Ито злобный взгляд, а потом выскочил наружу. Внутри клокотал гнев. Он не знал, что с собой поделать, куда деть руки.

«Может, оторваться на страже? — подумал Усао и зыркнул на воинов, стоявших у ворот поместья. — Если кто и упустил парня, то это они».

Но в этот момент на крыльцо вышла рыжеволосая красавица. Увидев капитана, она смущённо поклонилась и тут же скрылась в доме. Проводив её голодным взглядом, усмехнулся. В голове уже созрел новый план, и куда лучше, чем избиение подчинённых.