Впереди - Берлин !

Примерно через час Никитин доложил: прибыли командиры соединений и начальники политотделов.

– Что ж, начнем расширенный Военный совет,- сказал Катуков.

Шалин стоит около карты, разглядывая ее в последний раз перед докладом и постановкой задач корпусам. Участок, куда нам предстоит наступать, напоминает мешок. На правом фланге, параллельно маршруту, опять течет с востока на запад - тьфу, будь она неладна - Варта! На левом фланге так же протянулся Одер - они образуют как бы стенки, а через полтораста километров Одер вдруг круто поворачивает к северу, поперек нашего курса, и сливается с Вартой, закрывая мешок с днища. Сюда мы и должны сунуться головой. Вдобавок мешок этот природа дважды зашила: у самой горловины, от Одера до Варты, протянулась река Обра с цепью озер, а на главной линии УРа, то есть немного отступя, идут почти непрерывным строем озера, вытянувшись с севера на юг, как будто специально мешая нашему движению. Пучок красных стрелок разбежался по карте во все стороны, продырявливая этот четырехугольный мешок. Одна из них резко рванулась вправо, на самый север, - там, на Варте, примостился городок Бирнбаум,- другая проткнула мешок насквозь и вышла к Кюстрину, третья насадила на самый острый кончик далекий Франкфурт-на-Одере.

– Как стало известно, Ставка одобрила и утвердила решение командования фронта о продвижении фронтовой операции до реки Одер,- начинает Михаил Алексеевич.
– Решение это рискованное, но риск представляется законным и целесообразным. Только стремительным маневром фронт может успеть прорвать сильнейшую оборону противника по линии Восточного вала. Продолжение фронтовой операции обещает дополнительные трудности для нашей армии.

– Соболев,- спрашивает Катуков начальника разведки после того, как Михаил Алексеевич кончил,- ты у нас за противника сегодня играешь. Расскажи, какие войска против нас выставил, где их расположил,- чтоб бить тебя было удобнее.

Монотонно, спокойно Соболев начинает перечислять:

– На основании данных наземной разведки, воздушного наблюдения, визуального наблюдения, опроса пленных, изучения документации, а также данных разведгрупп, проникших в оперативную глубину территории противника, и материалов, взятых из целого ряда разгромленных штабов...

Бедный Веденичев! Сколько сил может уйти у волевого человека, чтоб скрыть неудержимое желание зевнуть. Но вот Соболев кончил преамбулу, и начинается интересное.

– ...можно сделать вывод, что против нас будут действовать разрозненные части двадцать первого армейского корпуса с пятьюстами пулеметами, ста пятьюдесятью орудиями разных калибров, самоходками, танками и минометами. Главное оружие противника - фаустпатрон: фаустников в районе УРа насчитывается свыше двух тысяч человек. Все эти силы уже сели в УР и частично заняли укрепления. Полная же емкость УРа рассчитана минимально на шесть укомплектованных дивизий. Поэтому во Франкфурт, по данным, которые нуждаются в проверке, уже прибывает из Югославии пятый горнострелковый корпус СС, чтобы в ближайшие несколько суток занять полностью укрепленные рубежи. Возможны и другие подкрепления. Если корпус СС успеет сесть, армия встретит очень сильное сопротивление.

– Как там разведчики, карту УРа достали?

– Пока нет.

– Обязательно достаньте! Нельзя вслепую в рейд идти. Все старые карты кончились, новые не готовы, и от разведки сейчас будет многое зависеть. Мы должны точно знать, где мосты, где минные поля, где огневые точки!

– Подгорбунского нет,- вздыхает Соболев.

– Разрешите предложить, товарищ командующий.- Шалин говорит медленно, машинально вытирая выпуклые линзы очков.
– Полковник Соболев предлагал мне следующее: неплохо бы, кроме передовых отрядов корпусов, создать армейский передовой отряд из мотоциклетного полка Мусатова, танкового полка и других средств во главе с Соболевым. Имея в своих руках такой кулак, Соболев легче сможет боем прощупать УР в деталях, а также раздобыть карту УРа даже в хорошо защищенном пункте.

– У меня как раз есть хороший штаб на примете,- добавляет, оживившись, Соболев.

– Ну, чего обрадовался, - остановил его Катуков.
– Думаешь, я не понимаю? За Одер надеешься первым выйти, да? Вот, Кириллович, какие командиры. Ты ему об Обре толкуешь, а он за Одер мыслями залетел, остановиться не может. Ну что ж, предложение Шалина, по-моему, дельное. Ну, Бабаджанян, твоя очередь докладывать, как понял задачу. Ты уже десять дней "комкор в бою" - на недельку тебя еще хватит?

Кажется, если бы Армо не стал за эти десять суток черным, как жук, от усталости, он бы просвечивал насквозь - настолько исхудал. Однако бодрится:

– До Берлина могу не спать!

– Ты понял значение Бирнбаума? Видишь, он на самом севере. Там мосты через Варту. Возьмешь город - северная группа противника не сможет ударить во фланг. Комфронта вчера по ВЧ особенно подчеркивал важность переправ.

– Но ведь это дополнительная задача!
– волнуется Бабаджанян.- Главное это рейд через УР " район Кюстрина. Так или не так?

– Так! Что, доволен? Завидовал Горелову, когда он по тыЛам ходил с бригадой? Так теперь ты сам с целым корпусом пойдешь рейдировать. Смотри не увлекайся, про Бирнбаум не забывай.

Бабаджанян секунду что-то обдумывает:

– Бирнбаум поручу самостоятельно Гусаковскому. Надеюсь, как на себя. Решительный, бесстрашный, не как другие.

– Кого имеешь в виду?

– Есть такие, - уклонился Армо.

– А в передовом отряде кто пойдет?

– Моргунова хочу проверить. Короткая пауза. Бабаджанян поясняет:

– Он ни разу не ходил передовым, а очень критикует. Будто сам бог! "Я бы так, я бы эдак". Вот посмотрю, как у него дело пойдет. Присмотрюсь к командиру.

– Слушай, ты его для чего посылаешь? Для выполнения боевого задания или для проверки? Как тебя надо понимать?

– Что вы! Конечно, для выполнения боевого задания. Значит, так: Гусаковский идет к северу, а Моргунов и за ним основные силы - южнее, прямо на Одер, и потом захватывают плацдарм. Правильно я понял?

– Правильно.

– Разрешите ехать для выполнения задачи.

– Какой шустрый! Послушай Дремова, знай, что сосед твой делать будет.

Дремов язвительно улыбается:

– Я решил разные сомнительные опыты с передовым отрядом не устраивать: как шел Темник передовым, так пусть идет, а следом бригаду Липатенкова пущу... То есть Баранова,- поправился он.

Секунду все помолчали.

– На всякий случай,- продолжал Дремов,- если твой Моргунов задержится возьмем вас на буксирчик, жаться не будем. Моя задача - двигаться по направлению Швибус - Франкфурт-на-Одере. Правильно понял?

– Имей в виду: слева фланг открыт, ты идешь лесной дорогой, - не забывай прикрытия! Все внимание разведке и флангу!

– С вами не забудешь, товарищ командующий!

– К тебе, Иван Федорович, есть особая просьба от Военного совета: будешь брать Франкфурт, прихвати ключ от города. Знаешь, через какие места идешь?

Дремов пригладил русые волосы.

– Знаю, мне Солодахин всю голову этим Кунерсдорфом задурил: Ферморы, Зейдлицы... Одного Суворова из всех полководцев только и знаю. Поручу ключом Темнику заняться.