Впервые
Шрифт:
Неожиданно Ник взял Лорен за подбородок и повернул к себе, заставив посмотреть прямо в свои насмешливые серые глаза.
— Если я такой красивый, почему ты отворачиваешься?
— Глупо было с моей стороны говорить такое, — стараясь держаться с достоинством, оправдывалась Лорен. — И я…
— Конечно, ты здорово преувеличила, — улыбнулся он, убирая руку с ее подбородка, — но мне понравилось. И если тебя это интересует, — добавил он с неожиданной хрипотцой в голосе, — то мне еще никто не говорил ничего подобного.
Он слегка вздрогнул, услышав, как кто-то назвал его по
— Пора тебе что-нибудь съесть и выпить, — сказал он.
В течение пяти минут еще шесть человек обратились к нему, и Ник с раздражением проговорил:
— Как бы мне ни хотелось провести этот вечер наедине с тобой, у нас ничего не выйдет. Нельзя долго делать вид, будто я внезапно ослеп и оглох.
— Понятно, — выразила ему свое сочувствие Лорен. — Они очень богатые и очень избалованные, а ты работаешь на них, поэтому они считают тебя своей собственностью.
Он удивленно поднял брови.
— С чего ты это решила?
— Случайно слышала, как Бебе Леонардос говорила кому-то, что ее муж прилетел сюда из Рима, потому что хочет строить с тобой отели. А другая женщина сказала, что ее муж, которого зовут Карлтон, тоже хочет поговорить с тобой о каком-то деле.
Ник оглядел собравшихся гостей, словно в каждом видел угрозу для себя и для своего отдыха.
— Я приехал сюда, потому что два месяца работал как вол и мне захотелось расслабиться, — сердито произнес он.
— Если ты не хочешь говорить о делах, то и не говори. В этом нет ничего страшного.
— Когда люди проделывают тысячи миль, чтобы поймать тебя, они могут быть чертовски настырными, — ответил Ник, обводя гостей недружелюбным взглядом. — И если я не ошибаюсь, то здесь, по крайней мере человек шесть ждут не дождутся, когда я потеряю бдительность.
— Предоставь их мне, — предложила Лорен, заговорщицки улыбаясь. — Я тебя спасу.
— Ты? — усмехнулся он. — И как же ты собираешься это сделать?
Лорен сверкнула синими глазами, затененными густыми ресницами.
— Как только кто-нибудь начнет деловой разговор, я притворюсь, будто мне от тебя что-то нужно. И уведу тебя.
Ник посмотрел на ее губы.
— Это будет совсем не трудно сделать. Ты и так все время меня уводишь.
Следующие три часа Лорен в точности следовала своему плану. Она вела себя как талантливый тактик и вполне могла бы поспорить в этом искусстве с Наполеоном Бонапартом. Раз пятнадцать, стоило ей заметить, что разговор становится серьезным, она с милой кокетливостью напоминала Нику, будто он обещал принести ей виски, или погулять с ней, или показать ей берег, или… короче говоря, годился любой предлог, который только приходил ей в голову.
И Ник подчинялся, позволяя ей командовать собою, и смотрел на ее в высшей степени эффективные маневры с откровенным восхищением и едва скрываемым любопытством. Держа в левой руке стакан, а правой обнимая Лорен за талию, он не отпускал ее от себя, бесстыдно пользуясь ею как военным щитом. Прием тем временем набирал обороты:
спиртное лилось рекой, разговоры становились громче, смех веселее, шутки откровеннее. И мужчины, которым был нужен Ник, наседали на него все настойчивее.— Тебе, правда, нужно было пройтись, чтобы избавиться от судороги в ноге? — с усмешкой спросил Ник, когда они отошли от краснолицего яхтсмена, который требовал, чтобы Ник рассказал ему в подробностях о какой-то нефтяной компании в Оклахоме.
Лорен с удовольствием пила уже третий бокал какого-то вкусного напитка, как вдруг начала осознавать, что ей, как говориться, море по колено.
— Ну конечно же нет. С ногами у меня все в порядке, — весело объявила она.
Внимание Лорен привлекли шестеро теннисистов, игравших в парный теннис на одиночном корте. Одна из женщин, французская кинозвезда, успела снять юбку и осталась в блузке, которая едва-едва прикрывала шелковые кружевные трусики. Однако туфли на высоких каблуках ей, как видно, не мешали.
Ник взял у Лорен пустой бокал и поставил его на столик.
— Пойдем на озеро?
На одной из празднично освещенных яхт веселье было в разгаре. Ник и Лорен стояли на берегу, слушая музыку и глядя на лунную дорожку на воде.
— Потанцуй со мной, — попросил Ник.
Лорен с готовностью приникла к нему, с радостью ощущая тепло его рук.
Прижавшись щекой к мягкой черной ткани смокинга Ника, счастливая Лорен двигалась в такт любовной песенке, наигрываемой оркестром, и с трепетом отзывалась на каждое прикосновение своего великолепного партнера.
Слишком много всего произошло сегодня. Сначала допрос у мистера Уитерби. Потом собеседование у мистера Уильямса. Ланч с Ником. Долгая дорога. И вот теперь вечеринка, во время которой она выпила больше, чем следовало, желая снять напряжение и неловкость. За один день столько переживаний! Неловкость, страх, волнение, надежда, страсть… И уик-энд с мужчиной ее мечты! Счастью Лорен не было предела. Она чувствовала, что, хотя и устала до крайности, готова веселиться до утра.
Мысли Лорен вернулись к французской кинозвезде, и она тихо засмеялась.
— Будь я на месте той женщины, я бы не сняла юбку, зато сняла бы туфли. И знаешь почему?
— Чтобы удобнее было играть? — шепотом спросил Ник, сдувая дыханием шелковистые волосы с ее виска.
— Нет. Я понятия не имею, как играть в теннис. — Лорен подняла глаза, словно решилась на Бог знает какую откровенность. — Причина в том, что я скромная. Или заторможенная? Ладно… Все равно… Или то, или другое.
Она вновь прижалась щекой к груди Ника, а он, хмыкнув, провел ладонью по ее обнаженной спине.
— На самом деле, — мечтательно и сонно продолжала она, — я не скромная и не заторможенная. Просто я неудачный продукт полупуританского воспитания и либерального образования. Это значит, что я считаю для себя неправильным совершать некоторые поступки, хотя другим предоставляю делать все, что их душе угодно. Тебе понятно?
Ник не ответил на ее вопрос.
— Лорен, ты, случайно, не пьяна? — с беспокойством спросил он.
— Не знаю…
— Тебе не надо больше пить, — приказал Ник.