Враг за спиной
Шрифт:
Руслана собеседник убедил, но в ответ на упоминание о «приключении» он не мог не съязвить:
— Так может быть, это такой туристический аттракцион специально организовали? Без предупреждения, чтобы побольше впечатлений!
Но дипломат только рассмеялся, его трудно было сбить с толку.
— Нет, конечно. Но я вашу бизнес-идею обязательно передам! Вот сейчас пойду обратно на работу и тут же передам.
— Не надо, а то вдруг там работают люди без чувства юмора! — Руслан встал одновременно с гостем и пожал ему руку. — В любом случае, огромное спасибо. Вы очень помогли… увидеть ситуацию.
Когда дипломат ушёл, он опустился обратно на стул. Юля допивала через трубочку
— И что думаешь?
— Что всё плохо, но не так плохо, как я думала. Насчёт не переживать — это он, конечно, слишком… Но, по крайней мере, это не како й-нибудь ИГИЛ или другие фанатики… И бежать куда-то искать миллионы тоже не надо. Хоть что-нибудь…
Руслан задумался и сказал:
— Я бы переформулировал нашего знакомого: не переживать, конечно, себя не заставишь. Но для паники оснований нет.
— Да, пожалуй, именно так… Ты специально не сказал, что в заложниках у меня отец и брат?
— Конечно. И не представил тебя ему, обрати внимание. Он может счесть это невежливым, но спишет на стресс. И кто из россиян — твой родственник, тоже не сказал. Это тот вопрос, по которому наш МИД вполне может быть так или иначе в контакте с российским. А мы же не хотим, чтобы в России узнали, где ты находишься. Так что ты для нашего дипломата останешься таинственной незнакомкой. — Руслан улыбнулся в своей характерной манере. — Ну что, успокоилась немного?
— Да, огромное спасибо ещё раз. Что бы я без тебя делала… И ты опять столько времени на меня потратил…
— Ну тогда поехали обратно. А то времени у меня действительно уже в обрез. Нет-нет, я заплачу. В конце концов, это же я вас обоих сюда пригласил!
Глава 17
Глава 17.
— Он вообще-то очень болен, — Сказала Анна Васильевна. — Серёжа — мой двоюродный брат. Только уволился из этой своей милиции. — К новому названию она так и не привыкла. — Думал на пенсии на рыбалку ходить. И тут у него рак нашли. И он знает…
— Знает?
— Да. У Серёжи близких родственников нет. Только я. Он один обследоваться ездил… Так что я ему теперь помогаю. Больше некому. С женой он разошёлся, и она с сыном и новым мужем за границу уехала… Не знаю, что с ними потом стало.
— Да, печально. А про маньяка он что знает? — Спросила Яна.
— Я точно не знаю. Мне такие вещи не очень интересны. Но Серёжа был одним из тех, кто маньяка ловил. И после его ареста этим делом занимался. До самого конца. Если кто-то что-то и знает, то это он. Поговорить с тобой он согласился. А дальше уже всё от тебя зависит…
— Спасибо вам! — Яна чувствовала, что в деле наметился прорыв. И как часто бывает, совершенно случайно.
— Да не за что. Серёже сейчас поговорить-то почти не с кем. Он только рад будет… Вот захочет ли про маньяка рассказывать — не знаю. Я это слушать не буду. Поздороваюсь, тебя представлю да и пойду. В магазин да в аптеку сходить надо, и вообще… — Анна Васильевна, кажется, относилась к редкой категории людей, не испытывающих никакого интереса к расследованию преступлений. Яна подумала, что она, наверное, за всю жизнь ни одного детектива не прочла. — Да мы уже и пришли.
Серёже, а для Яны — Сергею Ивановичу, оказалось лет пятьдесят пять. Хотя точно определить было трудно — по землистому цвету лица было видно, что он очень болен, а почти полное отсутствие волос говорило о химиотерапии. По квартире он передвигался медленно, было видно, что слаб. Но соображал отлично. Узнав, чем интересуется Яна, он сказал:
— Не думал, что сейчас кому-то это интересно…
— Ну, как минимум, моему редактору. А теперь уже и мне. Непонятно, что с этим делом
не так, никто не хочет ничего о нём рассказывать. Даже Денис никого не может найти…— А Денис — это кто? — Уточнил бывший оперативник.
— Парень, который мне помогает. Ему, кажется, тоже стало интересно, а познакомились мы случайно. По «БлаБлаКару».
Сергей внимательно посмотрел на журналистку.
— А фамилия этого Дениса, случаем, не Легодаев?
— Даже не знаю, не спрашивала… — Растерялась Яна.
— Невысокий, чернявый, ездит на «Ауди А6» с тремя семёрками в номере?
— Да, это Денис.
— Ну тебя и угораздило! — Покачал головой Сергей. — То-то ко мне ребята со службы забегали, говорили, что «Лего» в городе, а чем занимается — непонятно. А оно вот как. «Лего» — это его кличка. Потому что конструктор. — Бывший оперативник коротко объяснил, чем занимается Денис. — А ещё ходят слухи, что он имеет отношение к заказным убийствам. Как посредник. Так что, если он взялся тебе помогать с этим делом, — значит, кто-то заинтересован, чтобы ты ничего не узнала. А если узнаешь — хуже будет только тебе.
Яна побледнела, как мел. Это была грубейшая ошибка с её стороны.
— И… что вы мне посоветуете? И почему кто-то может быть заинтересован в том, чтобы я ничего не узнала?
— Посоветую? Исчезнуть. Немедленно. Как выйдешь от меня — сразу на первую маршрутку до Южанска. Или нет, лучше я таксиста знакомого вызвоню, быстрее будет. А там — на первый поезд куда угодно. Если жить хочешь, конечно. Ключи от квартиры у меня оставишь, я потом Ане отдам. А почему кто-то заинтересован — я тебе сейчас расскажу. Но только при условии, что ты сделаешь, как я сказал. И не под запись. Хотя мне уже всё равно. Говорят, мне жить месяца три осталось. Ничего они мне сделать не успеют. Но если что — не хочу, чтобы ребята знали, что это я их подставил.
И он рассказал. К моменту, когда Сергей Иванович закончил, у подъезда уже стояло такси. Яне пришлось смотаться на арендованную квартиру за вещами, потом, вернувшись к Сергею Ивановичу, девушка оставила у него ключи. Через два с половиной часа она была в Южанске. А через три садилась на междугородный автобус до Белгорода. Была почти ночь, она не решилась беспокоить главного редактора звонком, да и не нужно было, чтобы посторонние слышали разговор, и Яна, поставив сумку под сиденье, отправила сообщение: «Есть прорыв! Будет материал, просто потрясающий. Нужно искать дальше, нужно продлить командировку. Место назначения — Украина. Уже еду, пришлось срочно покинуть Занайск. В дороге могу быть не на связи. И тема не телефонная. Как только смогу, пришлю первую часть.»
Борис Гридасов (он же Борис Гель), получив сообщение утром, ничуть не удивился. В журналистских расследованиях прорывы и внезапное изменение планов — нередкое явление. Его немного обеспокоила фраза: «Пришлось срочно покинуть Занайск», но он истолковал её так, что, когда это было сделано, опасность, в чём бы она ни заключалась, миновала. А Яну он знал как девушку весьма хладнокровную, умеющую быстро принимать решения. А потому звонить ей не стал, зато распорядился скинуть Яне денег на банковскую карту, в качестве командировочных. На всякий случай Борис проверил, нет ли причин у украинских пограничников не пускать Яну в страну. Нет, о политике она не писала, в Крыму после 2014 года не бывала. А после нескольких случаев, когда в процессе написания статьи нужно было срочно собрать материал за границей, в редакции ввели правило: при командировке даже внутри России загранпаспорт у журналиста должен быть с собой. У многих, в том числе у Яны, и шенгенские визы были открыты. Так что проблем с пересечением границы не должно было быть.